Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Гарики на все времена (Том 2)
Шрифт:

502

Дух весенний полон сострадания к тёмным и таящимся местам: всюду, где углы у мироздания, кто-нибудь весной ебётся там.

503

Липла муха-цокотуха на любые пиджаки, позолоту стёрли с брюха мимолётные жуки.

504

Здоровый дух в здоровом теле влечёт его к чужой постели.

505

Где музыка звучит, легко тревожа, где женщины танцуют равнобедренно, глаза у мужиков горят похоже: хочу, и по возможности немедленно.

506

Легко текла судьба моя, минуя храм и синагогу, и многим чёрным кошкам я перебежал тогда дорогу. Теперь давно я не жених, но шелушится в голове, что были светлые меж них, и даже рыжих было две.

507

Ведя семейную войну, где ищет злость похлеще фразу, я побеждаю потому, что белый флаг подъемлю сразу.

508

Мужчин рассеянное воинство своей особостью гордится, хотя у всех — одно достоинство: любой козёл в мужья годится.

509

Занявшись опросов пустыми трудами — а к личным секретам охоч я и лаком, я в мысли простой утвердился с годами: семья — это тайна, покрытая браком.

510

Из некоего жизненного круга нам выйти с неких пор не удаётся, поэтому случайная подруга — нечаянная влага из колодца.

511

Ведём ли мы беседы грустные, ворчим ли — всюду прохиндеи, а в нас кипят, не зная устали, прелюбодейные идеи.

512

От искры любовной — порой сгоряча в ночи зажигается жизни свеча. Какой ни являет она собой вид, а тоже свечу запалить норовит. И тянется так по капризу Творца — забыто начало, не видно конца. Покуда слова я увязывал эти, пятьсот человек появилось на свете.

513

К ней шёл и старец, и юнец, текли учёные и школьники, и многим был суждён конец в её Бермудском треугольнике.

514

Связано весьма кольцеобразно мира устроение духовное, и в любом отказе от соблазна есть высокомерие греховное.

515

Люблю журчанье этой речки, где плещет страсть о берега, и тонковрунные овечки своим баранам вьют рога.

516

Привязан к мачте, дышит жарко плут Одиссей. И жутко жалко — сирен, зазря поющих страстно в неодолимое пространство.

517

Когда вокруг галдит семья, то муж, отец и дед, я тихо думаю, что я скорее жив, чем нет.

518

Весьма крута метаморфоза с мозгами, выпивкой сожжёнными, и мы от раннего склероза с чужими путаемся жёнами.

519

Будь гений ты или герой, мудрец и эрудит — любви сердечный геморрой тебя не пощадит.

520

История — не дважды два четыре, история куда замысловатей, не знает ни один историк в мире того, что знают несколько кроватей.

521

С одной отменной Божьей шуткой любой мужик весьма знаком: полгода бегаешь за юбкой — и век живёшь под каблуком.

522

У девушек пальтишки были куцые, и — Боже, их судьбу благослови — досадуя, что нету проституции, они нам отдавались по любви.

523

Какой-нибудь увлёкшись кошкой драной (обычно с лёгкой пылью в голове), томился я потом душевной раной и баб терпеть не мог недели две.

524

Мужья по малейшей причине к упрёкам должны быть готовы; изъянов не видеть в мужчине умеют одни только вдовы.

525

Поют юнцы свои запевки про нежных кралей и зазноб, а мы при виде юной девки не в жар впадаем, а в озноб.

526

В острые периоды влюблённости — каждый убеждался в этом лично — прочие порочные наклонности ждут выздоровления тактично.

527

Мы проявляем благородство и дарим радость Божьим сферам, когда людей воспроизводство своим поддерживаем хером.

528

С тугими очертаниями зада иметь образование не надо.

529

В этом гомоне и гаме, в этой купле и продаже девки делают ногами, что уму не снилось даже.

530

Любовь немыслима без такта, поскольку он — важнейший клей и для игры, и для антракта, и для согласия ролей.

531

Живёт ещё во мне былой мотив, хотя уже я дряхлый и седой, и, девку по соседству ощутив, я с пылкостью болтаю ерундой.

532

Овеян двусмысленной славой, ласкаю сустав подагрический, а где-то с распутной шалавой гуляет мой образ лирический.

533

Именно пробелы и зазоры, а не толчея узлов и нитей тихо сопрягаются в узоры истинного кружева событий.
Поделиться с друзьями: