Чтение онлайн

Медсанчасть сделала его артистом. На что только он не шёл, чтобы разжалобить медсестёр, чтобы остаться в больнице подольше. Вот тогда Люций и понял, что не так уж важно, что говорить, главное, как и сколько вкладывать энергии в слова. Самое нелепое враньё может выглядеть нескладной правдой, если ты говоришь с жаром и убедительно.

Годы в лагере сделали из него политика. Тогда Люций понял, что же движет людьми, и как использовать это. Он узнал, как лютый сплав жадности и страха превращает людей в винтики механизма, заставляя одного стать надсмотрщиком, а другого соглашаться на простую работу с мизерным пайком.

Василь появился только через сорок минут, когда Люций начал замерзать. Видно, долго не мог найти место.

— Направьте, пожалуйста, свет в потолок, — попросил Василь, входя в зал.

Комендант развернул фонарик на потолок, залив комнату мягким светом.

— Садись, — сказал комендант, — мебель тут хорошо сохранилась, не развалится.

Василь проигнорировал его предложение, и пошел вдоль стены и рассматривая схемы на стенах. Люций в который раз думал, как же не подходит внешний вид Василя, под его суровое ремесло. От законников ждешь какого-то устрашающего вида, но Василь был плотным, мускулистым мужиком неопределенного возраста, с редкими волосами, и походил скорее на учителя физкультуры. Ещё с физруком или трудовиком его роднили глаза, какие-то слезящиеся, несчастливые, казалось, что он пьет не просыхая. Хотя по меркам законников он был стар, профессия не располагала к долголетию, и это намекало, что дело своё он знал.

— Я слышал, что тут был штаб Нового Сибая, — сказал законник. — Когда вы только стали комендантом.

— Да, — сказал Комендант — тут был городской Совет. Зачем ты попросил встретиться не в городе?

— В вашем кабинете кругом прослушка, — спокойно ответил Василь.

— Не может быть, — ответил Люций, — я всё время проверяю.

— Вы обыскали всё в кабинете, — пояснил Василь. — Вот только тот, кто ставил прослушку, знак, куда прятать. По воздуховодам звук слышен за десятки метров, микрофоны стояли у главной вентшахты.

«Гильза, — подумал Люций, — больше некому. Теперь понятно, почему ты был так хорошо информирован о моих перемещениях».

Василь сел. Люций почувствовал себя неуютно, законник сидел, положив руки на стол, не мигая. Люций решительно не мог представить, что у Василя могут быть друзья. Автомат просто, а не человек. Законник не ходил ни в бар, ни в кинотеатр. Он даже спал у себя в кабинете, за железной дверью.

— Ну, что нарыл? — спросил комендант. — Нашёл, кто устроил стрельбу на площади?

Василь помассировал лоб, но даже это выглядело неестественно.

— Армянин или Хохол, кто же ещё. Наркоту сбывают в городе их люди, да и стрелок был под какой-то дурью. Как начать их разрабатывать, пока не придумал. Хорошо концы в воду прячут.

Люций кивнул. Ничего нового законник не нарыл. Уже год по утрам в городе находили людей, умерших от передоза. Вне ниточки вели к Армянину, главе администрации Внешнего города, и к Хохлу, владельцу корчмы.

— Не спорю, они первые в списке, — сказал комендант, — нужно проверить все заведения во Внешнем городе, которые как-то связаны с этими двоими. Я организую приказ Администрации. По факту треть пайков уходит по внутренним ценам во Внешний город, ну а там продаётся в заведениях Освальдса и Хохла. По уставу они должны прибыль отдавать в бюджет города, но по их отчётности это всё глубоко убыточные предприятия. Кроме столовых, можно проверить баню, кино и медпункт. Подозреваю, все эти заведения куда более прибыльны, чем показывают Хохол и Армянин. Если я попробую что-то сделать, мои оппоненты тут же поднимут людей на протесты. Но если наезд на них будет от тебя, население обеими руками поддержит. Никто их не любит, правда, меня ещё меньше.

Василь кивнул.

— Хорошо, — спросил Василь, — если что-то нарою, решение, что с ними делать, я принимаю сам?

Комендант помедлил с ответом. Он легко мог представить себе, что законник нароет что-то на Арсена или Расима, лишая его союзников.

— Я не буду защищать никого, если у тебя будут доказательства. Еще скажи, Ким, механик, почему ты против, чтобы он был в городе?

Василь с кривой улыбкой посмотрел на коменданта.

— Непростой он человек. Легенда у него чёткая, все проверки прошёл, но что-то с ним не то. Откуда вы его откопали?

— Карина нашла в Кумертау. Очень недорого он мне достался. Наверняка народник, но выбора не было.

Василь поморщился.

— Дело ваше, но я бы выгнал его из Внешнего города. Просто чувствую, что с ним могут быть проблемы.

Люций не ответил. Возможно, Василь был и прав, но механик, это был шанс на победу. Вряд ли Ким сможет навредить за недели, что остались до выборов.

— Вот ещё. Люди нужны, — сказал Василь, — Вы мне посоветовали вербануть Искандера, но он сдал меня Александере. Откуда могли Плюха с Луизой узнать, что я по их душу? Я только Искандеру сказал.

Люций отрицательно покачал головой.

— Когда вы уехали, Ильфат уже знал про тебя. Так что это точно не Искандер.

Впервые за разговор, Комендант увидел хоть какую-то эмоцию на лице Василя. У того на лице появилось облегчение.

— И ещё, я знаю где Плюха, — едко улыбнулся Люций, — он попросил Александеру, чтобы его сопроводили до одной деревни около Сибая.

— В охране ваши люди?

— Конечно, — усмехнулся Люций. — Если бы я сидел ровно, меня бы в этом подвале и прибили.

— Хорошо, — недобро улыбнулся Василь. — Первым делом я навещу его. Думаю, там и дальнейшие ниточки появятся. Что думаете про Ильфата?

Люций помолчал.

— Не могу сказать точно. Грехов за ним полно, но вот что он замазан в налёте ордынцев или стрельбе на площади, я не уверен… Ильфат трусоват, да и так поднимает со складов много, не стал бы он рисковать. Что по бойцам посоветовать могу. Попробуй с Фангатом контакт найти, я просил его людей встретить вас на пути из Белорецка. С Армянином он на ножах, думаю поможет.

— Попробую, — ответил Василь, вставая.

— Будь осторожен, — Люций протянул руку, — ставки очень высоки. В следующий раз они выберут кого-то посерьёзнее наркомана с трясущими руками.

Лу стояла под потоками дождя, с наслаждением подставляя лицо теплым каплям. Из темноты над головой хлестали болезненно приятные струи. Геофронт был освещён лишь цепью фонарей над дорожкой по краю, так что можно было легко поверить, что этот тёмный свод — это настоящее небо.

Девушка шла по блестящему от воды лесу, нарочно задевая ветки, и каждое дерево сбрасывало на неё поток капель. Лу смахнула воду головы, радостно рассмеялась и пошла по лесу к краю Геофронта, туда, где склон становился совсем крутым, и нужно было использовать звонкую лесенку из нержавеющей стали, звенящую от капель. Как всегда после дождя, она не могла надышаться свежестью. Вроде тот же воздух, что вентиляторы гнали с поверхности, но всё равно, вдохнёшь, и внутри какая-то детская радость.