Чтение онлайн

Признаюсь вам, что я люблю хорошие концы, потому что они согревают сердца читателей, люблю слезливые, сердечные моменты, когда особые люди преодолевают необходимые трудности на трудном пути. Я люблю, когда герои так или иначе находят своё счастье и честных друзей, которые всегда смогут выручить их из передряг. Люблю, когда зло проигрывает добру, и когда добро объединяет силы против невиданного стокружьями зла. Однако эта история, история Томаса, Джима и Лорсан, увы, не такая.

— Но ведь всё закончилось хорошо? — спрашиваете вы меня.

— Хорошо, — смахнув слезу, отвечу я. — На данный момент история закончилась хорошо. Для троицы героев. Но как же те люди, которые погибли в развеянном в прах и разрушенном до основания Онфосте? Как же бедная бабушка Аделия, рыдающая где-то в железной клетке, словно ребёнок, совершивший убийство и попавший в колонию Мистера Бина? Да, а как же она? Что старушка говорила себе каждый час, минуту, секунду, когда не видела юного внука, последнего из двух, когда-то очутившихся на пороге дома №3 с Терриякки. Внука, который таковым не являлся, но за двенадцать кругов сблизившийся с бойкой женщиной в отставке. Вспомним продрогшего от холода в тёмном подземелье отца Джима Логана. Вспомним и о смелой карге и господине Судье, решивших заступиться за горожан и в итоге погибших от руки Неизвестного. Вспомним задушенного верзилу из банды заговорщиков Менгеля и его лучшего друга, карлика. У всех перечисленных только что людей были семьи, родные и близкие. В какой-то миг они потеряли всё, в том числе и жизнь.

Как бы печально не было, мы заранее вспомним о Мистере Лаки, которого загрызли швондеры. А ведь ни мы с вами, ни горожане не уделили особого значения тому добряку, которого забыли сразу после похорон. Подумаем о бесследно исчезнувшем Бертране Гринбейле и таинственной даме, принесшей его вместе с братом в корзинке. Не забудем и о пропавшем практически без улик усатом шварце, Скобеле Тарасовиче, явно подозревавшем нечто подобное. А ведь а самом деле той ночью старик не сам потерял самообладание, ему помог в тайне подсыпанный в напиток “Неясная Мэгги” порошок, вызывающий страх и галлюцинации. Не могу не упомянуть о старушке в розовом, которую заживо проглотила громадная крыса из-под земли, и о жертвах внезапного крысонашествия. Да, наделал Крысолов дел в Тинсане. Однако всё это осталось в прошлом.

Томас Гринбейл, Лорсан Варди и напуганный Джим Логан зашли в тёплый вагон и нашли необходимое купе для “людей со средним денежным состоянием”. Троица поглядела вправо, влево и, в конце концов, безмолвно скрылась за дубовой дверцей. Никто из них не заметил семь подозрительных, злодейских теней, скрытно забравшихся в другой конец паровоза. Точнее, семь человеческих теней и одно объёмное животное.

Достаточного роста дама, скрытая от чужих глаз из-за плохого освещения, глядела на троицу ребят, появившуюся в одном из крошечных иллюминаторов паровоза. Женщина замерла на платформе и опиралась на громадный чемодан на колёсах, не обращая внимания на редкое собачье лаянье, доносившееся изнутри.

— Тише, Жвон, — шикнула дама. — Тебя могут заметить посторонние, а затем последуют ненужные расспросы.

Незнакомка, осознав, что поезд уже отходит, удовлетворённо кивнула в сторону длинной, дымящейся машины и незаметно скрылась в клубах Тумана.

Паровоз в очередной раз издал протяжный гудок, уведомляющий пассажиров об отправке. Снегопад на улице усилился, и теперь с хмурого, ночного неба падали крупные хлопья, постепенно покрывающие платформу и заполняющие капюшоны дамских капюшонных шуб. Среди тех чистых, плотных снежинок на станции Сталгорд появилась другая троица. Неизменная старушка, женщина с огромным, неизвестным окружающим музыкальным инструментом и неопрятный мужчина с выпаленной бородой. Но вдруг из-за стены снега и Тумана вышла четвёртая фигура, которая, казалось, парила в воздухе и просвечивала через себя свет от фонарей. Серое существо, призрак, бессмертный бард, встало перед странной группкой и принялось дирижировать неизвестно какому оркестру.

— Приготовьтесь! – послышался приказ со стороны молодого, но уже мёртвого парня, и со всех сторон полилась музыка. Раздался мелодичный свист, после чего бард запел незатейливую песенку.

— Куда же приедут,

Наши герои?

И полон злодеев,

Наш паровоз.

Однако отправились наши ребята,

В уютном купе.

И что же случится,

На том пути с ними?

Отвечу я вам,

Не в этот раз.

Что ж, дорогие читатели, — обращаюсь к вам я, драгоценный рассказчик. Рассказчик одной невероятной истории. — Время прощаться настало для нас. И рад был увидеть я хмурые, светлые лица у вас. Быть может, когда-то увидимся впредь мы, узнаем о Томасе, Джиме, Лорсан, но в этой жизни всё происходит. Так появился я сам.

— Быть может, спасут Корону герои, — продолжил призрачный бард. —

Быть может, не все дойдут до конца,

Быть может, постигнет их неудача,

На вязком пути.

Но знаю я точно,

Что счастье настанет,

Лишь краткий вопрос,

Когда?

Слова заканчиваются, а бессмертный бард вновь свистит в такт песне. Однако свист тот уже не слышен. Паровоз, прогудев в последний раз, закрывает входные двери и трогается с платформы. Трогается через непогоду, Туман и снегопад. В далёкую или не совсем неизвестность.

Ночь. Туман. Безмолвие. Фонарь. И валит бесконечно снег.

Герои сели в паровоз, героев больше нет.

Теперь же город беззащитен. Он один. Его уж тоже нет.

— Швондер-что творится, швондер-что творится вокруг, ничего не сделать, ничего не сделать, мой друг, — напевал под нос привлекательный мужчина двадцати шести кругов, уверенно шагающий по улице Фринлорд.

Он не был типичным жителем Тинсана, ведь сам молодой человек когда-то прибыл с окраины Короны, из любимого им всей душой Онфоста. Крошечный, кроткий, северный городок кардинально отличался от духовной, центральной провинции, и вовсе не походил на неё.

Лицо господина было покрыто щетиной, так как совсем недавно он вернулся из Анфоста, куда отправлялся по срочному приказу или, на самом деле, по слёзной мольбе управляющей Тинсаном троицы. Ведь кто, как не Билли Сузерхэл, напарник знаменитого детектива Дорда Айверхилла, мог справиться с поставленной задачей.

В эту противную, премерзкую, излишне нагнетающую ночь, когда с неба падали очередные мокрые, порой грязные крупицы детской радости, снежинки, и когда совершенно внезапно объявили очередной ежетрехдневный приход коварного Тумана, и по совместительству прелестный день, прелестный лишь потому, что для руководства ожидались выходные, Билли не спал. Не забуду упомянуть, что настроение Билли, откровенно говоря, представляло собой огромное, кровавое месиво, состоящее из разрывающих голову мыслей и проблем. Такое же месиво, какое обнаружили на проезжей части, что расположилась рядом с городским парком Хеменгион, через мост с улицы Лонгрен. Да, поверить в происходящее на самом деле оказалось не так уж и просто, особенно тогда, когда умный и, возможно, не совсем образованный Мистер Хелпер по шипящему рациофону пытался объяснить, что причиной крупной аварии и массовых смертей стала гигантская крыса, вырвавшаяся из-под земли неподалёку от станции Билборд, сожравшая милую с виду бабулю и врезавшаяся в горренбус, полный людей. К счастью, физически пассажиры двухэтажного автомобиля не пострадали. Но вот что по поводу психического здоровья, так оно пострадало у многих, особенно у водителей и горожан с передних рядов. Конечно, я забыл упомянуть о массовых сборах крыс и их этаком нашествии-сумасшествии, наделавшем дел в праздничный день.

Бред умалишённого и, вероятно, перепившего чигин в честь праздника, Мистера, к всеобщему удивлению, оказался истиной. Однако Сузерхэл не поверил, пока за ним к дому на улицу Герхарт не приехала личная машина Хелпера. Приехав на огромной скорости к месту бедствия, Билли осмотрел его и опросил дрожащих свидетелей о случившемся. Затем их отправили в больницу Сайхо для того, чтобы успокоить. Молодой человек уже успел увидеть омерзительного, издохшего грызуна, десятки галлонов липкой крови и почувствовал запах вековой помойки. После детектив залез на крышу одного из зданий, по которой, по словам очевидцев, от кошмарного существа убегал некий мальчишка в шляпе. На крыше той, на снегу, обнаружились отпечатки громадных лап, а на стене здания – царапины и погнутая пожарная лестница. Не стану скрывать, что Сузерхэл заметил и дыру, ведущую в неизвестность, но неизвестность не пустую. Она вела в подземелье, в котором виднелись объёмные коридоры и реки отвратной жижи и объедков. Признаюсь, что наш герой остался не очень доволен увиденным.