Чтение онлайн

Первым пришел в себя Антон — бросив во­зиться с отключенным Шуриком, он стал за дверной косяк и произвел наугад несколько вы­стрелов.

Но того, кто еще недавно стоял за толстым деревом, простыл и след.

— За ним! — выкрикнул Лямзин и первым бросился в темноту.

Вот точно так же, каких-нибудь пару часов назад, гнались за майором. И комитетчик пони­мал, что поймать человека, отчаянно борющего­ся за собственную жизнь в ночном лесу, было практически невозможно, если он, конечно, сам не подставится. Но именно это и произошло.

Тот, которого называли за что-то Молотком, по-видимому, имел присущую этому слесарно­му инструменту твердость, но и соответствен­ный же интеллект.

Вместо того чтобы сбежать и рассказать обо всем пахану, он спрятался за домом и имел стойкое желание перестрелять всех врагов. Од­нако его подвела страсть к гангстерским филь­мам, в которых бандит сражает противника с первого же выстрела.

Вскинув ствол, он выстрелил в бегущего во­ра, но, к его огромному и трагическому сожале­нию, промахнулся — пуля лишь зацепила Гвоз­дика, оцарапав ему щеку. Но выстрел сыграл свою роль.

Лямзин, услышав за спиной звук выстрела, инстинктивно обернулся и наполовину разря­дил обойму на промелькнувшую вспышку.

Маленький кусочек свинца в латунной обо­лочке пробил насквозь трепещущее сердце отча­янного смельчака, оборвав на взлете его еще, в общем-то, молодую жизнь.

Выронив из рук пистолет, Молоток сполз по стене, растянувшись на асфальтовой дорожке, ведущей в глубину дачного участка.

Остекленевшие глаза уставились в пасмур­ное ночное небо невидящим взглядом, а куртка, на груди слева, окрасилась в темно-коричневый цвет — угрюмый цвет неожиданно подкравшей­ся смерти.

— Готов, — констатировал Дегтярев, пер­вым подскочивший к остывающему трупу. На свою царапину он в пылу погони даже не обра­тил внимания.

— Вижу, — промолвил Антон и тут же резко обернулся и зашагал в дом, бросив через пле­чо: — Надо отсюда убираться, пока соседи не вызвали ментов.

— Это точно, — согласился вор, следуя за комитетчиком. — Вот только куда?

Вымученно улыбнувшись, Лямзин неопре­деленно пожал плечами и отозвался:

— Я це знаю, куда. Мне вообще уже все рав­но. Вот только бы Машу понадежнее спрятать, а мы как-нибудь перекантуемся.

Вдруг Гвоздик замер и выпалил:

— У меня есть идея! Правда, она рискован­ная...

— Да что ты? — притворно испугался май­ор, — а мы здесь до этого в дочки-матери игра­ли, так, что ли?

— Ладно, кочумарь, — несколько стушевал­ся вор, — я же не за свою задницу беспокоюсь.

Зайдя в дом, Лямзин прикрыл за собой дверь и спросил, обращаясь к Дегтяреву:

— Так что ты предлагаешь? Перезарядив пистолет, Юра повернулся к приятелю и нетвердым голосом заявил:

— Есть одна красотка, которая может нам помочь. Но вот захочет ли?

Схватившись за одну из немногих возмож­ностей, Антон предположил:

— Ну, Машу-то она спрячет у себя до поры до времени?

— Может быть, — неуверенно процедил Гвоз­дик, — во всяком случае, спрос не бьет в нос, попробуем...

* * *

В комнате царили абсолютный мрак и ти­шина. На кровати в углу спала миловидная де­вушка, чьи платиновые волосы разметались на подушке. А у порога, на мягкой подстилке, свер­нулся клубком здоровенный кобель немецкой овчарки.

Пес, подобно своей хозяйке, спал, но его сон был чутким и напряженным, так умеют спать только собаки. Вдруг он приподнял голову и, слегка склонив ее набок, навострил уши, при­вычно вслушиваясь в доступные только собачье­му слуху звуки.

В эту секунду от дверей прозвучал мелодич­ный звонок, разорвавший тишину сонной квар­тиры.

Кобель мгновенно подскочил со своего ме­ста и громко залаял, бросившись к входной двери. Девушка недовольно пошевелилась и от­крыла глаза, еще не до конца осознавая, что же такое ее разбудило.

Звонок повторился, и она, предварительно посмотрев в темное окно, потянулась к прикро­ватной тумбочке, на которой лежали маленькие наручные часики. Стрелки на светящемся ци­ферблате показывали семь минут пятого.

Передернув озябшими плечами, она встала с теплой постели, набросила на плечи махровый халат и пошла к двери.

Посмотрев в глазок, хозяйка квартиры ис­кренне удивилась, узнав в утреннем госте того самого вора, обокравшего соседскую квартиру.

Взяв пса за холку, она накинула цепочку и приоткрыла дверь, уставившись заспанными глазами на нежданного визитера.

— Что вам надо? — раздраженно спросила она, а кобель злобно зарычал, готовый в любую секунду броситься на уже побывавшего в его зубах незнакомца.

— Извините, что побеспокоил вас, Ольга, — несколько смущенно проговорил Гвоздик, — но мне очень нужна ваша помощь.

— Что, в это время?! — Сон улетучился, а странный неурочный визит лишь раззадорил ее женское любопытство.

Вместо ответа Юра понуро склонил голову, уже собираясь уйти, но в этот момент она про­изнесла:

— Подождите, — дверь закрылась, звеня це­почкой, чтобы тут же распахнуться перед Дегтя­ревым. — Проходите, раз уж пришли, — сказала девушка и не замедлила предупредить. — Только без глупостей, потому что на этот раз я не стану сдерживать Рекса.

Войдя в квартиру, Гвоздик опасливо поко­сился на пса и принялся стаскивать с ног про­мокшие туфли.

— Место! — требовательным голосом при­казала хозяйка кобелю, и тот покорно, но с явной неохотой отправился на подстилку, искоса по­глядывая на ночного визитера.

Когда Гвоздик оказался в просторной ку­хоньке, Ольга уже поставила на плиту чайник и уселась напротив гостя, поинтересовавшись:

— Ну, так чем я могу вам помочь?

Вдруг Дегтярев отчетливо представил всю эту сцену со стороны, и ему стало неловко. Ну действительно, что он мог ей сказать? «Извини­те, милая Оля, но вы были так любезны на до­просе, когда не выдали меня, что я решил еще раз воспользоваться вашей добротой... Чушь со­бачья», — решил он про себя и уже хотел резко подняться и уйти.

Однако воспоминание о сидящих в машине приятелях, которые на него надеялись, остано­вило Гвоздика. Он почувствовал себя между двух огней и даже несколько подрастерялся.

Наконец, собравшись с духом, вор торопли­во выпалил:

— Не могли бы вы приютить у себя одну де­вушку?.. — Помявшись несколько секунд, Юра нерешительно добавил: —- Мы вам заплатим за беспокойство...

Он понимал, что несет откровенный бред, но ничего лучшего в его голову не приходило.

Но то, что он услышал в ответ, заставило его встрепенуться.