Чтение онлайн

Захват Ракки ИГИ произошел тихо, довольно неожиданно, как и продвижение «Ан-Нусры» по всей Сирии. «Когда ситуация в Сирии вылилась в массовое кровопролитие и попрание человеческого достоинства, — заявил аль-Багдади 8 апреля 2013 г., — и когда народ Сирии, обратившись за помощью, получил от всех отказ, мы не могли не прийти к нему на помощь. Мы призвали аль-Джолани, одного из наших солдат, и вместе с группой наших сыновей он отправился из Ирака в Сирию, чтобы воссоединиться с нашими группировками, действующими в этой стране. Мы разработали для них план, выработали политику, мы поддерживаем их финансово, выделяя им ежемесячно половину наших средств. Мы также снабжаем их опытными людьми — и иностранцами, и местными жителями… Мы не объявляли об этом из соображений безопасности и для того, чтобы люди узнали правду (об ИГИ) из первых рук, без искажений и фальши, допускаемых СМИ».

Аль-Багдади не просто подтвердил своим обращением то, что было и без того очевидно, — он пошел дальше, объявив, что «Ан-Нусра» и ИГИ объединяются в одну межрегиональную джихадистскую организацию, которая будет называться «Исламское государство Ирака и Шама» (ИГИШ), что также можно перевести как «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ)12.

Ответ аль-Джолани последовал через два дня: «Спасибо, нет».

Несмотря на уважительное отношение к своему иракскому боссу, к которому он обращался не иначе, как «достопочтенный шейх», аль-Джолани заявил, что не одобряет такого слияния, тем более что его не проинформировали об этом заранее. Он поблагодарил ИГИ за выделение средств из ее ограниченного бюджета в помощь сирийской структуре и подтвердил, что аль-Багдади назначил его на пост главы «Ан-Нусры». Вместе с тем аль-Джолани не оставил никаких сомнений в том, к кому он проявляет искреннюю лояльность — к Айману аз-Завахири, «шейху джихада», которому он публично присягнул на верность и от своего имени, и от имени «Ан-Нусры»13.

За этим последовали публичное молчание со стороны «Ан-Нусры» и активные выступления со стороны ИГИЛ14. Официальный медиаканал «Ан-Нусры» «Алъ-Манара алъ-Байда» («Белый маяк») перестал распространять информацию, в то время как ИГИЛ выпускала в свет многочисленные видеоролики, призванные создать впечатление, будто аль-Багдади одержал верх над аль-Джолани. И только в конце мая — начале июня 2013 г. аз-Завахири, как вышедший из терпенья папаша, попытался разнять потасовку, публично затеянную его непокорными сыновьями.

В сообщении, опубликованном «Алъ-Джазирой», он постарался выступить беспристрастным судьей. Аль-Багдади, заявил он, поступил «неправильно, когда объявил о создании „Исламского государства Ирака и Леванта“, не спросив нашего разрешения, не посоветовавшись с нами и, более того, не известив нас заранее». Но и аль-Джолани тоже поступил «неправильно, объявив о своем неприятии „Исламского государства Ирака и Леванта“, раскрыв при этом свои связи с „Аль-Каидой“, не спросив нашего разрешения и не посоветовавшись с нами». Таким образом, аз-Завахири «аннулировал» ИГИЛ и отдал приказ ИГИ и «Ан-Нусре» вернуться на свои территории, чтобы одна группировка контролировала Ирак, а другая — Сирию15.

Без сомнения, понимая, что это заявление не сможет удержать двух его подчиненных от возобновления конфронтации, аз-Завахири также застраховал себя от возможных проблем в будущем. Он назначил Абу Халида ас-Сури, «делегата» «Аль-Каиды» в Сирии, быть арбитром на случай каких-либо дальнейших разборок, которые могут возникнуть после его распоряжения. Кроме того, в случае нападения «Ан-Нусры» на ИГИ, или наоборот, аз-Завахири уполномочил ас-Сури на то, чтобы «созвать суд шариата для вынесения решения по возникшему вопросу».

Ас-Сури, который позднее, в феврале 2014 г., погиб в результате взрыва, произведенного террористом-смертником в Алеппо16 (и возможно, организованного ИГИЛ), был одним из старейших агентов «Аль-Каиды», а также одним из тех, кого Асад освободил по амнистии из тюрьмы в 2011 г.17 Он помог основать «Харакят Ахрар аш-Шам аль-Исламийя» («Исламское движение свободных людей Шама»), одну из самых мощных повстанческих группировок в сегодняшней Сирии18. До своей смерти ас-Сури был связующим звеном в давнем союзе между «Ан-Нусрой» и «Ахрар аш-Шам».

Аз-Завахири не напрасно подозревал, что противостояние между двумя его полевыми командирами продолжится и после его отеческого вмешательства. Аль-Багдади отказался подчиниться его указу и в свое оправдание объявил, что аз-Завахири, настаивая на разделении территорий Сирии и Ирака, признает искусственно созданные государственные границы, установленные западными империалистическими державами до окончания Первой мировой войны Соглашением Сайкса — Пико. Это было серьезное обвинение в адрес того, кого называли «шейхом джихада».

Детище сэра Марка Сайкса — секретный договор, заключенный между Лондоном и Парижем в XX в. — разделил на части то, что осталось от Османской империи19. «Я хотел бы нарисовать линию, которая начиналась бы у буквы „о“ в слове „Акко“, а заканчивалась бы у последней буквы „к“ в „Киркуке“», — сказал Сайкс, обращаясь к британскому кабинету министров в декабре 1915 г. В действительности Соглашение Сайкса — Пико так никогда и не было выполнено в полном объеме. Мосул, к примеру, должен был оказаться во французской сфере влияния, но в конце концов стал частью британской мандатной территории в Ираке. Несмотря на то что эти границы были прочерчены больше 100 лет назад, Соглашение стало причиной претензий и разногласий последующих поколений и баасистов, и коммунистов, и панарабских националистов, и исламистов. Оно было и остается олицетворением вероломных и двусмысленных планов Запада на Ближнем Востоке, и, когда ИГИЛ захватила в июне 2014 г. Мосул и закапывала бульдозерами приграничные траншеи, разделяющие Ирак и Сирию, это было преподнесено как акт физического и символического аннулирования Соглашения Сайкса — Пико20.

Косвенно заявление аль-Багдади означало отказ от признания за аз-Завахири права вести священную войну. Таким образом, разрыв аль-Багдади с египетским старейшиной был чем-то большим, чем просто враждебный выпад лейтенанта против генерала. Эмир ИГИЛ фактически назвал своего босса вышедшим в тираж и продажным.

Разлад «Ан-Нусры» и ИГИЛ привел к еще одной перетряске в рядах национального, если не глобального, джихадизма. Большинство иностранных боевиков покинули «Ан-Нусру» и перешли в ИГИЛ, оставив аль-Джолани в основном с сирийцами.

Характер действий ИГИЛ в Ираке также изменился. Аль-Багдади убедительно разыграл до конца пиар-гамбит, затеянный аз-Заркави, затем развитый аль-Масри и первым аль-Багдади, а также «иракизированной ИГИ», когда верхние эшелоны власти в организации были укомплектованы бывшими саддамистами21. Присоединив бойцов нижнего и среднего звена «Ан-Нусры», аль-Багдади встал во главе международной армии террора, распространившей свое влияние на Левант и Месопотамию. Таким образом, отказавшись от «Аль-Каиды», аль-Багдади вернул ИГИЛ к ее первоначальной иракской версии.

Суад Науфаль помнит, как в Ракке начались протесты против режима Асада. Это произошло 15 марта 2012 г. после смерти Али Бабински, первого жителя этой восточной провинции Сирии, убитого силами режима. Ему было 17 лет. «Мы похоронили его, а потом, когда проходило траурное шествие и протесты против его убийства, они начали стрелять по нам и убили 16 человек».

Она также помнит, когда начала выступать против ИГИЛ. «Я стала выходить на демонстрации, потому что они взяли отца Паоло», — сказала она, имея в виду итальянского священника-иезуита, который несколько десятилетий возглавлял приход в северной части Дамаска и с самого начала оказывал поддержку сирийской революции. После участия в протестных акциях в Ракке в конце июля он был похищен боевиками ИГИЛ, и с этого времени о нем ничего не известно. «Паоло бывал у меня в гостях, — рассказывала одному из авторов этой книги Науфаль, невысокая 40-летняя бывшая школьная учительница, носящая хиджаб. Интервью состоялось в ноябре 2013 г. — Он обычно приходил ко мне домой в Рамадан, когда наступало время трапезы. Он приходил, чтобы высказаться против ИГИЛ. Он хотел прекратить убийства и замалчивание всего того, что делал правящий режим. Он выступил, чтобы предостеречь от ИГИЛ, и пропал».