Чтение онлайн

Или… было.

До того, как я сорвалась, убежала и переехала через всю страну. Но кто тут вообще ведёт счёт?

Пока я открывала и читала сообщение от Бри, пришли ещё два.

Бри: Хочу всё узнать про ферму. Тебе нравится? Какие впечатления?

Бри: Кстати, ты видела этот пост в Instagram вчера?

Вслед за сообщением приходит скриншот поста от @therealTylerMarino. На фото — та самая коза в бандане, за которой Тоби гонялся по кухне Леннокса. Подпись гласит: «Обычный вторник Пенелопы: прогулка до ресторана на ферме, немного пугающая погоня с собакой и обед с шефом. #особыепривилегии»

От того, что Тайлер уже знает про погоню, у меня неприятно сжимается живот. Очень надеюсь, что это Оливия рассказала мужу, а не Леннокс. Потому что если именно он пересказал эту неловкую историю — про меня или про мою собаку — это ощущается в сто раз хуже.

До того как я успеваю ответить, приходит ещё одно сообщение. Я уже начинаю привыкать к таким односторонним диалогам — и это приятно. Мне нравится, что Бри уверена в нашей связи настолько, что продолжает писать, даже если я пока молчу.

Бри: Когда я прочитала про погоню с собакой, сразу подумала о Тоби. Скажи, что это он! Я хочу, чтобы твоя собака гоняла самую знаменитую козу в мире!

Я смотрю на счётчик лайков под постом — уже больше миллиона. И посту, наверное, нет и суток. Возможно, Пенелопа и правда самая известная коза в мире, что, признаться, делает то, что Леннокс вчера назвал её по имени, чуть менее странным.

Тэйтум: Это был Тоби. Он получил очень серьёзный тайм-аут.

Бри: Эм, ПРИВЕТ. Ты обязана посадить его в угол и выложить фотку! И отметь Тайлера. Уверена, он сделает репост! Тоби тоже может стать интернет-звездой! У него идеальная мордочка для этого.

У Бри диплом по маркетингу в соцсетях, так что такой совет — не сюрприз. Я провела у неё два дня на диване, когда ехала сюда, и она тогда же составила целый план по запуску моего собственного бренда — без тени Кристофера Эллиотта.

Я ценю её усилия, правда. Но чем дальше, тем больше я понимаю: мне куда больше понравится жизнь, в которой никто и не вспомнит, что у Кристофера Эллиотта вообще есть дочь. Всю жизнь я думала, что хочу ту самую жизнь отца — телешоу, контракты, бренд. А теперь? Теперь я не уверена.

Тэйтум: Я не хочу, чтобы моя собака была звездой интернета. И вообще, странно, что ты так много знаешь про семью Леннокса.

Бри: Я знаю только про Тайлера. И только из-за Пенелопы. Ты же знаешь, как я реагирую на милых животных в интернете.

Да, я знаю. И за последние месяцы, пока мы с ней начали общаться чаще, я узнала ещё кое-что — например, что её особенно трогает видео, где усыновляют собак, от детей с неожиданно сильным вокалом и от котов, которые едят странную человеческую еду. (Не спрашивай.)

Бри: Ну так что? Как ощущения? Было странно снова увидеть Леннокса?

Тэйтум: Очень странно.

Бри: Он всё ещё горячий? Ну, я помню фотку, что ты мне показывала. А вживую?

Я колеблюсь. Как на такое вообще ответить? Он был горячим ещё в кулинарке. А теперь, с этими широкими плечами, аккуратно подстриженной бородой, окружённый живым доказательством собственного таланта и успеха? Горячий — это мягко сказано.

Но я же не скажу это сестре.

Тэйтум: Разве это имеет значение?

Бри: КОНЕЧНО, ИМЕЕТ. Просто ответь и не строй из себя дипломатичную взрослую тётю.

Тэйтум: Ладно. Да. Он невероятно привлекательный. И одновременно невероятно раздражающий. Причём, судя по всему, он думает то же самое обо мне.

Бри: Не смеши. Ты такая милая. Если он этого не видит — он просто с ума сошёл.

Тэйтум: Не думаю, что «милая» — это слово, которым Леннокс когда-либо описал бы меня.

Через секунду после того, как я нажимаю «отправить», телефон загорается входящим видеозвонком — на экране лицо Бри.

— Что? — ворчу я, принимая звонок.

— Даже слушать не хочу, как ты себя так принижаешь, — говорит она в своём новом, неожиданно начальственном тоне старшей сестры. — Ты самая милая, Тэйтум. Самая настоящая. Кстати, ты где? Это что, брюссельская капуста висит у тебя сзади?

— Ты предвзята, — говорю я. — И да. Я в кладовке.

— Почему ты в кладовке?

— Потому что я подумала, что это мой кабинет, а оказалась здесь. А потом стало слишком людно, и… знаешь что? Забей. Суть не в этом. Ты ведь в детстве называла меня «наглая штучка». Так что я теперь — милая или наглая?

Она фыркает.

— В детстве ты была самой настоящей наглой штучкой. А сейчас? Не верю я тебе.

— Вот в том-то и беда. Как только я вчера увидела Леннокса — сразу превратилась обратно в «наглую штучку». А ведь совсем не так я хочу, чтобы он меня воспринимал.

— Это легко исправить, — говорит Бри. — Просто покажи ему, что ты выросла.

Я косо смотрю на дверь. Оливия придёт только минут через десять, но я всё равно не хочу, чтобы кто-то вломился в кладовку во время такого разговора. Особенно этого разговора.

— И как мне это сделать?

Бри почти захлёбывается от смеха.

— О, детка, это как раз просто. Ты ведь живёшь прямо над его рестораном, да? Так вот — подожди, пока все уйдут, а он останется, весь в муке и в делах, например, колдует над тестом для хлеба. И тогда спускайся за стаканом воды… в своих самых сексуальных пижамках. Короткие шортики. Лёгкая маечка. Грудь свободна и в полёте...

— Бри! — перебиваю я, одновременно краснея и озираясь — за спиной что-то глухо стукнуло, будто кто-то пнул стену. Я резко разворачиваюсь — никого. Но всё равно понижаю голос. — Я думала, ты собираешься дать мне настоящий, вменяемый совет! Такого точно не будет. Никаких «свободно и в полёте». И с чего ты взяла, что он месит тесто?

— Всё это в моей голове, детка. Ужасно, правда? — она ухмыляется. — Кстати, ты уже познакомилась с его братьями? А с Флинтом?

Я закатила глаза.

— Флинт здесь не живёт. Но остальные братья помогли мне разгрузить трейлер с вещами.

Она вздыхает.

— Каждый раз, когда я смотрю фильм с Флинтом Хоторном, мне хочется немного описаться от смеха, потому что я вспоминаю, что ты живёшь на его семейной ферме с его чертовски сексуальными братьями.

— Серьёзно. Такая генетика — я никогда ничего подобного не видела. — Я бросаю взгляд на часы, понимая, что пора заканчивать разговор, чтобы быть полностью готовой к приходу Оливии. — Слушай, мне пора. Оливия вот-вот придёт, чтобы познакомить меня с персоналом.