Китайские сказки
Шрифт:
И была у братьев старая корова. Пас её Эр-сяо с раннего утра до позднего вечера. Разъелась корова – жирная стала.
Однажды злая невестка говорит своему мужу:
– Подумала я, зачем нам с Эр-сяо наследство делить! Давай раздобудем какой-нибудь отравы и погубим твоего младшего брата.
Старший брат, как всегда дремал, лёжа на кровати, не стал долго думать и говорит, еле языком ворочая:
– Делай, как знаешь!
Вот налепила злая женщина пельменей разных. Одни пельмени были из белой муки, а другие из чёрной. В белые она отравы положила, чтобы младшего братца накормить. А чёрных себе с мужем настряпала.
Эр-сяо тем временем пас крову на берегу реки. Наелась корова сочной травы, раздулся у неё живот. А Эр-сяо ещё и полную корзину травы ей нарезал, чтобы домой отнести.
И говорит юноша корове:
– Пойдём, коровушка, домой. Солнце уже высоко, полдень на дворе.
А корова стоит и не двигается с места, только слёзы катятся.
Удивился юноша и, спрашивает:
– Что с тобой, коровушка? Или ты не наелась, не напилась?
Открыла корова рот и говорит человеческим голосом:
– Ох, доброе сердце! Как вернёшься домой, ешь пельмени чёрные, а белые не ешь.
Возвратился Эр-сяо домой, а злая невестка говорит ему ласково:
– Ты, наверно, проголодался Эр-сяо? Ведь ты с утра и корову выпас и травы накосил! А я тебе белых пельменей налепила. Садись есть скорее!
А юноша ей и говорит:
– Ты, невестушка белые пельмени себе да старшему брату оставь, а мне и чёрных в самый раз будет!
Ответил так Эр-сяо невестке, и стал, пельмени из чёрной муки есть. А злая женщина стоит и от досады губы кусает. Юноша ест свои пельмени и спрашивает:
– Отчего же вы с братом за стол не садитесь, пельмени есть?
А невестке и сказать нечего, повернулась она и ушла.
Дождалась злая невестка, пока Эр-сяо уйдет, схватила белые пельмени и выкинула. А сама не унимается: «Так и быть! – думает. – Нравятся тебе чёрные пельмени, так я тебе и в чёрные отраву положу».
На другой день налепила невестка отравленных чёрных пельменей, а белые себе и мужу оставила.
Пасёт Эр-сяо корову на лугу, и снова полдень подошёл. Наелась корова сочной травы, раздулся у неё живот. А Эр-сяо ещё и полную корзину травы ей нарезал, чтобы домой отнести.
И говорит юноша корове:
– Пойдём, коровушка, домой. Солнце уже высоко, полдень на дворе.
А корова стоит и не двигается с места, только слёзы катятся.
Удивился юноша и, спрашивает:
– Что с тобой, коровушка? Или ты не наелась, не напилась?
Открыла корова рот и говорит человеческим голосом:
– Ох, доброе сердце! Как вернёшься домой, ешь пельмени белые, а чёрные не ешь.
Догадался, Эр-сяо, в чем дело.
Вернулся юноша домой, а злая невестка ещё ласковее, чем прежде говорит:
– Ты, наверно, проголодался Эр-сяо? Ведь ты с утра и корову выпас и травы накосил! А я тебе чёрных пельменей налепила, как ты любишь. Садись есть скорее!
А Эр-сяо, не моргнув глазом, ей и говорит:
– А знаешь, невестушка, как мой отец умер, вы со старшим братцем всегда белые пельмени едите, почему бы и мне их не попробовать!
Ответил так Эр-сяо невестке, и стал, пельмени из белой муки есть. А злая женщина стоит и от досады губы кусает. Юноша ест свои пельмени и спрашивает:
– Отчего же вы с братом за стол не садитесь, пельмени есть?
А невестке и сказать нечего, повернулась она опять и ушла.
И задумала злая женщина тогда по-другому Эр-сяо с белого свету изжить и говорит она ленивому мужу:
– Впереди зима, на лугах снег выпадет, станет негде нашу корову пасти. И зачем нам тогда Эр-сяо напрасно кормить? Давай разделим отцовское наследство. Эр-сяо отдадим ток с амбаром и немного негодной земли. А себе корову оставим. Всё поровну: нам – корова, ему – большой рыжий пёс. Нам – курица, ему – большой петух. Нам – целую соху, ему – сломанную соху.
Ленивый брат только зевнул в ответ, мол:
– Делай, как знаешь!
Разделили так отцовское наследство, а младшего брата, и слушать не стали.
Наступила зима. Эр-сяо каждый день в горы ходит, хворост собирать, а петух следом бежит да зёрнышки подбирает. Рыжий пёс тоже при деле – ветки носит. Раскормился петух, раскормился пёс.
А у ленивого старшего брата коровушка страдает. Холодно бедной, голодно, отощала так, что смотреть на неё жалко.
Подошла весна, время пахать подоспело. Эр-сяо не знает, что и делать. Увидел рыжий пёс, что переживает хозяин и залаял:
– Вав-вав-вау! Запряги меня в соху, – за корову я сойду!
Увидел петух, что переживает хозяин и закричал:
– Гу-гу-гу! Гу-гу-гу! – тоже я пахать могу!
Делать нечего Эр-сяо, запряг он пса, запряг петуха и начал поле пахать. Пёс тянет соху – надрывается, петух тянет соху – старается, крыльями, тащит плуг, Эр-сяо сзади идет, на соху наваливается. Режет соха сырую глину, так и вспахали поле.
Проведала невестка, что перепахал своё поле младший брат и снова в ней злость закипела. Задумала она недоброе, и снова говорит ленивому муженьку:
– Немощной стала наша корова, ни телеги, ни сохи не утянет! Иди к Эр-сяо, и забери его пса и петуха, будем на них телегу возить.
А старший брат и рад, ему надоело за коровой ухаживать, а пса и петуха сильно и кормить не надо, сами отыщут, что поесть.
Прибежал он к младшему брату и говорит:
– Совсем немощной стала корова, одолжи мне твоего пса и петуха!
А Эр-сяо, ничего не отвечает лентяю.
Тогда старший брат, выгнул грудь колесом и говорит:
– Не одолжишь, так зарежу старую корову, толку от неё всё равно нет.
Жалко стало младшему брату корову, он и отдал лентяю пса и петуха.
Старший брат запряг их в телегу полную навоза, хлестнул кнутом и приговаривает:
– Давайте, старайтесь, послужите мне, хорошенько!
А сам даже и пальцем не пошевелит, чтобы им помочь, только погоняет. Выбиваются из сил пёс с петухом, а лентяй их всё кнутом подстёгивает. Через какое-то время остановились горемыки передохнуть, тут старший брат на них и накинулся. Бьёт их, заставляет дальше телегу тянуть, а они и подняться не в силах. Бил он их бил и забил до самой смерти.