Чтение онлайн

Я покачал головой и опустился на стул рядом с кроватью. Тот факт, что он выкарабкался, был единственным светлым пятном в этом потоке дерьма. Голова Роберто была отправлена Патрику О'Харе. Я рассчитывал на то, что босс мафии будет так же раздражен тем, что его подставили, как и я.

Неожиданная кончина Роберто привела в движение события быстрее, чем мне бы хотелось, но теперь я буду контролировать их ход. Я отправил Серхио личное сообщение. Это выглядело бы как стратегический шаг с моей стороны.

Месть.

Я приготовился к резкому ответу, но Серхио зловеще молчал. Ни его, ни Маттео Романо никто из моих источников в клане не видел уже несколько дней. Мне это не понравилось.

Серхио должен был бы сейчас разгуливать по моим улицам и убивать моих людей. Человек, который выжидает, всегда опасен. Импульсивные эмоции выдают слабость.

— Как Эмилия? — Спросил Томми.

Так же, как вчера и позавчера, когда он впервые очнулся и спросил о ней.

— Без изменений. — По-прежнему не выходила из комнаты, почти не вставала с кровати и ела, только если я сидел рядом или готовил ей.

Впервые в жизни я не знал, что делать. Я не мог ей помочь; не мог понять, каково это — быть настолько невинным, чтобы сожалеть об убийстве. Не мог понять ее горя по человеку, которого она ненавидела настолько, что убила. Но он был ее отцом. Мы с отцом особо не общались, но когда он умер, я оплакивал его, или, возможно, наши отношения, которых у нас на самом деле никогда не было.

— Я все еще не могу поверить, что она убила его. — Он покачал головой и поморщился, пытаясь приподняться на кровати.

— Я не знаю, что делать. Я думал, она сама придет в себя, но прошла уже неделя.

Во всяком случае, ей становилось хуже. С каждым днем боль в глазах уменьшалась, но на смену ей пришло… ничего. Только черная пустота, как будто она постепенно уходит из жизни.

— Она, наверное, никогда никого не теряла, Джио, и уж точно не убивала раньше. Она тонет.

Я ненавидел себя за то, что чувствовал себя беспомощным. Я мог контролировать опасных мужчин, управлять целой империей и вселять страх в своих врагов, но одна маленькая женщина обладала силой, способной поставить меня на колени. И это было ужасно. Эмилия сейчас должна была быть в самом низу моего списка приоритетов, и все же она была там, на самом верху, как маячок. Даже когда я занимался чем-то другим, она не выходила у меня из головы.

Томми склонил голову набок, изучая меня.

— Ты любишь ее.

— Я... — Так ли это? Вот на что была похожа любовь? Быть полностью поглощенным одним человеком, в ущерб всей остальной жизни? Я прочистил горло и встал. — Мне пора.

Он издал смешок, затем вздрогнул от боли.

— Гребаный ирландец-засранец, — проворчал он себе под нос, несколько раз нажимая на кнопку дозатора морфия. — Надо было оставить этого ублюдка в живых, чтобы я мог проделать в нем несколько дырок.

— Поверь, Уна и Джексон проделали в нем много дырок. — И отрезали несколько частей тела…

Он снова нажал на кнопку.

— Ты же знаешь, что он дозирован. Перестань тыкать. — Я оттолкнул его руку — он был ужасным пациентом. — Я вернусь завтра.

— Принеси чертов чизбургер, — сказал он, когда я направился к двери. — И пронеси контрабандой немного морфия. — Я покачал головой, когда вышел в ярко освещенный коридор, проходя мимо людей, которых я поставил охранять палату Томми.

У меня был миллион проблем, но, увидев, что мой лучший друг жив, я слегка улыбнулся. Теперь перейдем к другой моей большой проблеме...

Томми прав. Эмилия тонула, и мне нужно вытащить ее. Я знал только один способ сделать это, и, как бы отвратительно это ни звучало, мой член дернулся при мысли об этом.

Эмилия сидела в кресле у окна, и серый осенний свет придавал ей бледный вид. Она подтянула колени к груди, устремив отсутствующий взгляд на сады за стеклом. На коленях у нее лежал блокнот для рисования, в пальцах карандаш, но страница оставалась пустой. Как и она сама. Она была призраком, тенью той девушки, которую я знал всего неделю назад, как будто горе пропитало ее, запятнав.

Из-за ее хрупкости мне захотелось обнять ее, собрать по кусочкам моего маленького котенка, пока она снова не зашипит на меня. Но если бы объятий и ласковых слов было достаточно, ей бы не становилось хуже.

— Эмилия.

Она моргнула, переводя взгляд на меня. Тени залегли под ее глазами, и мне не хватало искры, которая, казалось, готова была перерасти в пожар.

— Когда-нибудь тебе придется покинуть эту комнату.

Медленно моргнув, она отвернулась к окну.

Я встал перед ней, загораживая обзор, заставляя ее смотреть на меня.

— Томми очнулся. Он хочет тебя видеть. — Я надеялся, что именно он выведет ее из этого состояния, хотя и был разочарован тем, что не смог этого сделать сам.

— Я рада, что он жив, — прошептала она и снова уставилась на точку на моей рубашке, как будто могла видеть сквозь меня внешний мир.

К черту. Я не собирался позволять ей сломаться из-за Роберто Донато, и из-за всего остального. Она не будет жертвовать собой ради мужчины, который получил все, что заслуживал.

— Встань, крошка.

Она медленно подняла на меня свои мертвые глаза, и когда она не пошевелилась, я поднял палец.

— Один.

Ее брови сошлись на переносице.

— Джио...

— Два.

— Нет.

Я не мог удержаться от улыбки при виде малейшей нотки неповиновения с ее стороны.

— Не стесняйся испытать меня, принцесса. Ты уже понесла заслуженное наказание, и я все еще очень зол на тебя за то, что ты подвергла себя опасности. — Гнев пронзил меня, как всегда, когда я думал о том, что она пыталась убить чертова босса мафии, опасного человека с вооруженной охраной… Я подавил это, потому что гнев не пошел бы на пользу никому из нас.

Я бы показал ей на деле, что она значит для меня, и каковы будут последствия, если она попытается уйти от меня.

— Тебе лучше знать, что не стоит давить на меня. — Я схватил ее за горло, и она прерывисто выдохнула, когда я поднял ее на ноги.

Черт возьми, мне нравилось видеть свои татуированные пальцы на ее гладкой коже. Это было идеальное изображение того темного пятна, которым я был на ее сияющей чистоте. Я хотел запятнать ее, заразить настолько, чтобы никто никогда не усомнился, кому она принадлежит. Притянув ее к себе, я провел губами по ее подбородку, вдыхая ее сладкий аромат.