Чтение онлайн

И он снял медальон с Перчика.

– Лежать пять минут! – сказал голос.
– Потом можете делать, что вам угодно!

– Я сейчас посмотрю!- прошептал Перчик.
– Запомню его.

– Лежи!
– отозвался Хенк.
– Я запомнил его голос. А ты знаешь – по голосу я определю кого угодно. Мы еще вернем твой медальон.

Они полежали чуть-чуть и обернулись. Грабитель испарился, как утренний туман. Из их припасов он забрал ровно половину. «Справедливый, гад!» - констатировал Хенк. Немного погрустневшие маги в скором времени восприняли ограбление, как приключение и, со свойственным молодежи оптимизмом, решили продолжить путешествие. Лук и стрелы разбойник не забрал и можно было поохотиться в здешних лесах. Кроме того, в целях самообороны, Перчик решил потренироваться в магии, чем несказанно рассмешил Хенка.

– Перчик, ты со своей магией только поможешь грабителям. Кроме того, ты учти, у нас испокон веков не было никаких грабежей, а магию мы используем разве что для сбора урожая и для безнадежно влюбленных. Мой нюх говорит мне, что мы еще встретимся с этим грабителем.

Но Перчик упрямо тренировался, сокрушая верхушки сосен и сшибая попадавшие на пути грибы.

– Вот что ты делаешь, Перчик? – укоризненно поучал его Хенк.
– Ты бы эти грибы в корзину собирал, глядишь, сварили бы на обед.

– У нас корзины нет!

– Так ты бы складывал их в свою пустую голову, - предложил Хенк, и они принялись кататься по траве. А впереди четко выступал их ориентир – зеленая гора, что, несомненно, подтверждал и Крестик. Заночевали в предгорьях, установив палатку и окружив ее заклинанием от змей.

Адам, прощаясь, пожал руку капитану Вейну и сказал:

– Мы постараемся обернуться за неделю!

– Постарайтесь не спешить! – улыбнулся капитан, - Если все решиться раньше - я вас найду!

И капитан Вейн, подхлестнув лошадей, двинулся на флаэсине им вслед, держась в двух метрах от земли. А четверка путешественников шагала вдоль озера Сван к синеющему вдали горному хребту. Впереди шли Элайни и Байли, транспортируя свой груз над собой, по воздуху, все-таки немного легче, чем тащить на себе. За ними шагал доктор Фрост, неизменно поглядывающий на свой прибор. А Адам замыкал цепочку. Лучше всех устроился Глюк - он забрался на поклажу Элайни и плыл по воздуху, удобно свернувшись колечком и взирая на всех с высоты. Слева шли сосновые леса, а берега озера в некоторых местах были заросшими кустарником, которые приходилось обходить, поэтому путь путешественников напоминал походку пьяного попугая. Впрочем, попугаи не пьют. И в обход озера не ходят. А вот доктору Фросту со своим прибором приходилось постоянно менять ориентиры. Адаму это надоело, и он предложил:

– Доктор, давайте за ориентир возьмем что-нибудь дальнее. Тогда не придется перестраиваться каждый раз.

Доктор прицелился своим прибором – он указывал на дальнюю зеленую гору, с ёжиком высоких скал наверху.

– Вот туда и держим! – подытожил Адам.

Шли целый день. Но так как в предгорьях вечер наступает внезапно, то пришлось заранее остановиться на ночлег. Адам развернул палатку, Элайни, выбросив из пальца искру, разожгла костер. Вскипятили травяной чай и закусили запасами из поклажи. Байли ушла в палатку, доктор Фрост дремал у костра. Глюк устроился на коленях Адама, повернувшись спиной к огню. Элайни сидела, склонив голову на плечё Адама, и смотрела на огонь.

– Адам, - повернула голову Элайни, а тебе правда надо возвращаться назад, в свою страну?

Она посмотрела ему в глаза. Адам растерялся:

– Ну, да! Надо возвращаться, - как то неуверенно сказал он.

– Тебя там кто-то ждет? – спросила Элайни и затаила дыхание.

– Да нет, никто меня не ждет, мои родители умерли, – сказал Адам и добавил, - остался только друг армейский.

– Понимаю, - опустив глаза, сказала Элайни, и, потом, вскинув их, решилась спросить,- а девушка? Я не поверю, что такой красивый парень, как ты не имел девушки.

– У меня была девушка, Светлана,- ответил Адам, - но мы с ней расстались.

– Сочувствую!
– сказала Элайни, но Глюк, который вдруг открыл один глаз, ей почему-то не поверил.

– Я пойду спать, - опустив руку на плечё Адама, сказала, подымаясь, Элайни.

– Иди, - похлопал ее по руке Адам, - я тоже сейчас ложусь.

Адам пытался собраться с мыслями, но они почему-то рассыпались. Он думал о словах Элайни и не находил ответа на вопрос: « А ему действительно так надо возвращаться?» Вдруг Глюк вздыбил шерсть и зашипел. Такого Глюка Адам еще не видел. Глюк смотрел куда-то сквозь огонь и шипел. Там, и правда, что-то мелькнуло. «Вероятно, какой-то зверь», - подумал Адам и погладил кота. « Надо бы провизию положить возле входа, чтобы случайно не растащили», - решил Адам и, разбудив дремавшего доктора Фроста, потащил котомки в палатку. Все не помещалось, пришлось оставшимся грузом прикрыть вход. Забравшись в палатку, они пристроились по бокам сестренок. Адам притиснулся к спине Элайни и та, во сне, положила свою руку на его. Глюк взгромоздился сверху на них, и принялся топтаться, умащиваясь, но Адам его не прогонял. Он закрыл глаза, и, обняв Элайни за пояс, заснул.

Наутро их ждал сюрприз. Утащили одну котомку с едой. Адам винил себя: - «Надо было все-таки затащить всю провизию в палатку». Придется подумать о том, как пополнить запасы. Люди здесь не живут, а вот зверей – хватает. Адам стрелял неплохо, но вот этим пистолям на поясе он не доверял. «Надо будет потренироваться с луком», - подумал Адам, глотая горячий травяной чай. Все быстро собрались и принялись шагать дальше. Отныне все перерывы Адам посвящал изучению лука. Элайни помогала ему, поскольку лук знала в совершенстве и стреляла, как богиня. У фей луки были необычные. Элайни рассказала, что серединка лука состоит из перемежающихся слоёв рога и жил горных козлов, сверху, как пружиной, намотанным еще одним слоем рога. В результате луки фей никогда не ломались, были гибки и в тоже время упруги. Адам подозревал, что его изготовление не обходилось без волшебства. Впрочем, он и сам привыкал к волшебству, к примеру, когда Элайни, мимоходом, протягивала руку и с дерева послушно слетали плоды, мягко ложась на её ладонь. Он спросил, как она это делает. Она подробно объяснила ему жесты и по несколько раз подряд повторила заклинание, пока Адам его не выучил. Но у него так ничего и не получилось. Наверное, дело было не только в заклинаниях. А в чем-то ещё. Так вот - луки у фей не служили для добычи пищи, а были для престижа и развлечения. Поскольку лук всегда был под рукой, Адаму удалось подстелить дикого гуся, что подняло его самомнение на небывалую высоту. Кроме того, с помощью Элайни (она немного поколдовала), Адаму из булавки удалось сделать приличный рыболовный крючок, и вечером он закинул свою самодельную удочку в озеро. Ему и правда попалась приличная, килограмма на два, темно-бурая рыба со светлым брюхом, на спине и по бокам покрытая темными, овальными пятнами небольших размеров очень похожая на ленка. Каково же было удивление Адама, когда Элайни, посмотрев его рыбу, махнула рукой, что-то прошептала, и к берегу, перегоняя друг друга, приплыли еще две рыбины, которых Элайни вытащила из воды просто руками. Под смех ухахатывающейся Байли она, хитро улыбаясь, пошла к костру, а Адам со своей рыбой смущенно плелся сзади. Больше он рыбу не ловил, а вот с луком упражнялся и дальше. А еще они много болтали с Элайни. В том смысле, что Адам как-то спросил:

– А почему вы говорите на моем языке?

Элайни засмеялась:

– Мы говорим на своем языке! В Стране Фей все понимают друг друга! Даже если они говорят на другом языке! Понимают в голове! Понимаешь?

– Понимаю! – сказал Адам и подумал: «Я же не тупой!»

– Но чтобы ты знал, – добавила, улыбаясь, Элайни,- мы – феи, сразу определяем, кто иностранец. Помнишь, в харчевне я тебе сказала, чтобы ты молчал? Так вот, услышав тебя, любая фея мгновенно признала бы тебя иностранцем.

– А ты можешь сказать мне что-нибудь на своем языке?

– Для этого в этом месте надо убрать магию страны, - сказала Элайни, взмахнула рукой, пальцем выписывая в воздухе замысловатые па. Потом сказала что-то легким мелодичным голосом и, глядя на Адама, засмеялась.

– Что ты сказала? – спросил Адам, повторяя за ней её слова. Элайни смущенно покраснела и ответила:

– Потом узнаешь!

– Я хочу учить твой язык! – взяв ее за руку, сказал Адам.

– Зачем? – удивилась Элайни.
– Его знают только феи. Даже папа еле-еле его знает.

– Я так хочу! – заупрямился Адам.

– Хорошо! – легко согласилась Элайни.
– Только потом не жалуйся!

После этого он всю дорогу повторял за Элайни ее мелодичные трели, но у него они выходили грубыми и корявыми, что чрезвычайно веселило Байли и Элайни. Где-то на третий день он спросил у Элайни:

– А как сказать, «Я тебя люблю»? – не успела Элайни ответить, как Байли выпалила слова. Те самые первые слова, которые ему сказала Элайни на своём языке. Элайни смутилась, а потом рассмеялась. Адам тоже засмеялся. Так они и смеялись, а Байли попеременно смотрела на них, не понимая, и глупо спрашивала: