Чтение онлайн

— Одна? — снова спросил он. — Хочешь, отряд тебе дам?

— Отряд лучше Баровиту отошли, тяжко ему придётся, весь гнев ногайцев на себя примет. А я одна удержу Заремира, токмо, коли не поспеешь ко мне, то к брату с отцом отправлюсь, — проговорила Умила.

Истислав посмотрел в нежно-голубые широко открытые глаза, что-то заставляло верить этой воительнице. Поколебался князь и кивнул ей:

— Что ж, Умила Демировна, дело говоришь, давай так и поступим.

— Созывай вече, а затем выдвигайся ко мне с дружиной. А я пока подготовлюсь к встрече, — улыбнулась ему девушка.

Златовласая развернулась и стремительно вышла из палаты. Её шаги быстро стихли в извилистом чреве коридоров. Владыка Хамбалыка с разведчиком молчали. Князь погружался в раздумья, а дружинник никак не мог сложить картину происходящего и ждал слов Истислава.

— Знал я её отца, Истр, — задумчиво сказал князь, — будущее зрить он мог. Не знаю почему, но верю я ей, за Тархтарию сердце её болит.

Он подошёл к двери и выкрикнул:

— Кий, вели гонцам по всем городам скакать, вече всенародное созывать!

Топот копыт разогнал мотыльков, заставил встрепенуться вольных пташек, разразившихся звонким щебетом. Всадница спешилась и окинула взором поляну, погружающуюся в сонное забвение. Она отстегнула от седла свой мешок и топор, погладила коня по шее.

— Скачи-ка ты домой, дружок, — ласково сказала Умила.

Конь непонимающе посмотрел на неё, замотал белоснежной гривой, забил копытом, разгоняя в стороны земляные слёзы.

— Брата я во сне видала, говорил он со мной, а за его спиной мать наша стояла, — сказала девушка.

Скакун фыркнул.

— Она умерла семнадцать лет назад, и недавно моего отца с братом забрала, — пояснила голубоглазая, — видать, я следующая. Так что ступай домой, милый, не тебе забирать меня.

Поцеловала она могучий лоб и отправила коня прочь, похлестав ладонью по мускулистому крупу. Неуверенной поступью поплёлся в сторону города её друг, постоянно озираясь на хозяйку. Омуженка принялась рубить ветви и складывать их в высокие «шалаши», чтобы возвести высокое пламя. Стала она пшено по кустам сеять, заманивая птиц со всей округи. Много работы ей предстояло, велики были замыслы её.

_________________________________________________________________________________________________

Перун*– Бог грома и воинской доблести.

Шлем Перуна*– оберег воинов.

Руны* - алфавит Богов - древнейший способ общения славян с Богами.

через Навь приду к тебе* - во время сна сознание человека отделяется и переходит в мир Нави, другими словами увидимся во сне.

поляница* - дева-воительница, женщина-богатырь.

Ясноокий белокурый Хорс остановил пламенных коней и устремил взор свой на плывущую по небу белокожую Дивию, чьи серебристые локоны несли на себе ладьи-облака. Эта томная красавица упросила мужа своего Дыя позволить ей хоть изредка видеть брата. Не смог он отказать любе своей и разрешил Хорсу задерживаться в своём царствии, чтобы мог сверкающий Бог заглянуть в бездонные очи сестры своей драгоценной и предать ей власть над засыпающим миром. Провела дева нежной рукой по горячей щеке брата и отпустила его в хоромы подземные. Длинные светящиеся кудри богини развил по небу ветер, распугав лиловые облака. Белоснежные кони её фыркнули и повезли за собой колесницу с лунным диском. Дый, сверкая точно молния, вихрем заключил жену в пылкие объятия. Нежные поцелуи красавицы рассыпались по лику мужа бисером звёзд. Дивия помогала людям различить свет во тьме, бросая на землю холодный взгляд свой.

Робкий серебристый луч скользнул по мокрым бокам скакуна, вбивающего в земную твердь нежные зелёные нити трав. Сонные деревья шептали усталому путнику приветствия свои, ночные птицы сновали над могучими главами вековых елей и выискивали острым взором зазевавшихся жертв. Загнанный конь замедлял свой бег и, едва ворвавшись в распахнутые перед ним ворота, упал на землю, жалобно хрипя. Всадник ловко соскочил с обессилившего животного и положил голову друга на колени.

— Ну-ну, Рыжий, добрались мы до места, переведи дух, — говорил витязь, гладя скакуна по шее.

Страж подбежал к гостю и поставил перед конём ведро с водой, Рыжий принялся жадно глотать целительную влагу. Вены бешено пульсировали на его мускулистой шее, веки прикрыли глаза, он никогда не подводил своего хозяина… никогда, даже если это могло стоить ему жизни.

— Кем будешь? — пробасил стражник, окидывая незнакомца пристальным взором.

— Баровит Азарович я — воевода Камула, — отвечал путник.

Ратник подпрыгнул и закашлялся:

— Так что же это вы… Вас ждут же давно, глава наш на вече всенародное отбыл.

— А кто ждёт меня? — прищурившись, спросил Баровит.

— Так воевода наш и посланник из Хамбалыка, — тараторил стражник, таща за собой гостя. — Поспешать вам надобно. Вы не переживайте, светлый витязь, я о вашей лошадке позабочусь.

«Хамбалык… Так вот куда ты ускакала, Умила Демировна», — подумал Зорька, следуя за своим провожатым.

Ночной страж очень спешил, воевода Камула едва за ним поспевал. Витязь миновал резные арки и колоны, прошёл по длинным коридорам, массивные двери распахнулись, и освещённая сотней свечей горница предстала перед ним.

— Батюшка, Баровит Азарович прибыл, — радостно возвестил ратник.

— Слава Богам, — вскинул руки воевода Тандука, — вещий, стало быть, Князь наш новый, коли вас прислал. Да так быстро. Владыка города нашего славного ведь вчера только после обеда в Хамбалык отбыл, а сегодня к вечеру уже посланник великокняжеский прибыл и вы вот… Меня, кстати, Литобор Миладович звать.

Ничего не понял из сказанного Баровит, нахмурился он и уставился на старика:

— Рад знакомству, Литобор Миладович. По порядку давайте.

Мгла, поселившаяся в углу широкой палаты, скрываясь от тусклого света свечей, едва уловимо шелохнулась. От этой тьмы отделился тонкий мужской силуэт в плаще и вошёл в круг света.

— Великий Князь Истислав Родимович назначил вас своим воеводой и вверяет вам дружину Тандука для защиты волости этой. Умила Демировна его взор на вас обратила, — пояснил незнакомец.

— А, ну теперь всё понятно, — ухмыльнулся витязь. — А ты кто таков?

— Я Истр — начальник тайной службы Великого Князя, — представился он.