Любимец Фортуны
Шрифт:
«Мля-я-я… Это реальность. В грёзах был бы загадочный воин, неизвестно, как и где обретший невиданную силу».
«А я про что? Кто бы стал мечтать о таком вот дерьме? Людоедах, трупах? Ну?»
Альтер-эго промолчало. Видимо, оставило самого разбираться со всем происходящим, обидевшись на то, что ему не дали позабавиться иллюзиями.
«Всякую чушь сочинять мы и сами горазды. Вот, например. Путь — это испытание на достойность тебя поставленной цели».
Артур хмыкнул. А что, неплохо, неплохо. Надо запомнить. Потом можно детям будет мудрость выдавать.
«Ага, — ядовитым тоном подкинуло альтер-эго. — Только у этого есть два ма-а-аленьких условия. Совсем небольших. Первое, пустяшное. Мы в грёбаном подземелье хрен знает где. Второе, инструмент для делания детей… нефункционален».
«Всего пару дней назад и это было неактуально. При наличии на ноге браслетика».
«Да иди ты в жопу, слушай! Ты про логику слышал?»
«Логика? Что ж, вот тебе факты. Трупы где?»
«Пха! Да просто не тут они прошли и всё!»
«Тут»
«Чё? Оу».
Артур, остановившись, смотрел на нож. Точнее, на лезвие ножа, лежащее прямо в воде. Хотя, это не нож. Скорее, на короткий меч похоже.
«Итак», — Артур опустился на колено.
Клинок, понятное дело, пребывал в кошмарном состоянии. Рукояти нет, голый хвостовик. Побито ржой. Но не так, чтобы вообще в труху. Нет.
Артур нагнулся, вытащил бывший меч из воды. Опа, а он увесистый. Неожиданно. У рукояти клинок очень толстый, в четыре пальца. И прямо от самого начала сужался и заканчивался остриём. Этакое здоровое шило в локоть длиной. И странно этот меч заржавел. Не с краёв, как положено, а посредине рыжие пятна.
«А чё его бросили-то? А?»
Что же, бросили и бросили. Нам пригодится точно.
«О, да. Например, кинуться на него. Грудью!».
«Хрен вы угадали, товарищ майор. Не дождётесь».
Артур зачерпнул воды. Выпив, он провёл мокрой ладонью по лицу.
«В путь».
Бог его знает… Или другая сторона, но Артур понял, что он вполне себе самоходен. Только надо прям плавно идти, не торопясь. Ноги не поднимать, а как бы… Как на лыжах, на это похоже. И тогда, удивительным образом, но он, исполняя эти па, двигается со вполне приемлемой скоростью. И это не выматывает за десяток минут, как происходило раньше.
Но потом он всё же почувствовал, что устал. Нет, не так, как раньше. Сильно, но… Правильно, если так, конечно, можно это описать. А потом понял, что он попросту захотел спать. Что немедленно и совершил.
А проснувшись, он принялся считать, сколько раз он тут уже спал?
«Так я что, неделю уже тут?»
Или нет? Что-то… стали путаться в показаниях.
«Может и не неделю. Но достаточно» — оценил он свой вид, когда наклонился над водой.
Из-за струй, изображение постоянно переливалось, но Артур рассмотрел, что он, и до того не выглядевший особо здоровым на вид, теперь превратился… Н-да. И как Хана на это смотрела? Большеглазый суходрищ. Патлатый, к тому же. Большая башка, маленькое тельце. Плечики, как у ребёнка. А почему волосы белые стали?
«Ты реально поехал» — прокомментировало альтер-эго.
Когда Артур принялся точить обретённый клинок с целью его применить в парикмахерских целях.
«Я сам с собой разговариваю, — флегматично заметил Артур. — Конечно, я поехал».
«Но точить меч кристаллом… Это какой-то особенный тип сумасшествия».
«Кристалл твёрдый? Твёрдый. Как алмаз».
«Для точила, как бы, другие качества нужны».
«А мне…»
«Фу. Ты в приличном обществе. Не надо применять такие выражения».
«Слушай, а вот в этом месте ты прав. Именно, общество крайне приличное»
Срезанные волосы падали на камень. Закончив брадобрейские дела, Артур снова поглядел на себя в отражении.
«Ну, вот. Нормальный Горлум, — Артур повернул голову в профиль. — А то непотребство какое-то было, честное слово»
Из черепа торчали пучки волос. Кое-где имелись красные точки — не всегда удавалось именно срезать. А где-то, наоборот, удалось очень хорошо, чуть не до лысого черепа. Красавец! Хоть сейчас за «моей прелестью».
«Это уже какой-то причудливый бзик, ставить в качестве ориентира проклятого героя художественного произведения».
«А кого мне брать в пример? Леголаса?»
И в тишине раздалось хихикание.
— О, — удивился Артур. — Ы. Трансцендентность. Слышь! Я снова говорю!
А в ответ тишина.
— А вот это жаль, — вздохнул парень. — Я уже привык. Что ж, придётся искать реальных друзей. В путь!
И снова жутковатая скелетина заскользила, словно лыжник, по проходу. Пояс, снятый с охранника, можно теперь было обернуть вокруг его осиной талии раза два с половиной. Поэтому, пробив мечом дополнительные дырки, Артур затянул, как надо. А оставшийся кончик заткнул за пояс, при этом в получившуюся петлю он засунул меч. Получилось, прям, как у взрослых! Меч слева, как положено. Практически рыцарь!
— Надо мною тишина!
А вокруг лишь камень, на!
Мысленно Артур извинялся перед авторами оригинала. Ну, не поэт он! Что до вокальных данных, так его завывания никто не услышит…
…Это случилось внезапно. Он шёл себе, шёл. И вдруг погас свет.
— Э-э, — Артур потряс погасший кристалл. — Ты чё?
Он сунул руку в сумочку, вынул другой кристалл.
— И как это произошло?
Просто парень увидел, что держит сайгер, сиречь, чёрный кристалл.
— То есть, батарейки заканчиваются всё-таки, — вздохнул Артур. — Вот это… мрак.
Мысль о том, что придётся пробираться впотьмах, очень «воодушевила».
— Кто бы знал, а, — протянул Артур. — Нахрен я тот сайгер прихватил?
Теперь вместо десятка друз белых… найтрумов, да, у него лежит чёрный булыжник и четыре… теперь уже три друзы «фонариков».
— Пи…
Ах да. Приличное общество. В память о воображаемом друге, не будем использовать ругательства. Но, кстати, покинуть его в такой момент…
— Так друзья не поступают!
И вообще. Артур поднял кристалл над головой. О, пещера. А куда он вообще шёл-то? И зачем? Хм…
Парень потёр нос.
— И, правда, зачем? А может сюда?
Он снова огляделся. Увидел небольшой водоёмчик.
— Я мог выбрать это место, — резюмировал Артур. — Но где еда? Её приносить будут? Тогда что мне добывать?
И по пещере раскатился хохот. И резко стих. Артур подошёл к луже… отставить, озерцу посреди пещеры. Посмотрел на своё отражение. В более-менее стоячей воде изображение было более чётким.