Лжесвидетель
Шрифт:
– Я возражаю, - это говорит прокурорша, - мы можем не тянуть время, разобраться в деталях как произошло убийство, а потом заслушать новую свидетельницу.
– Уважаемый суд, показания новой свидетельницы, полностью отметут показания этого свидетеля. Стоит ли разбираться в деталях, когда они могут не соответствовать действительности...
Опять видимость совещания судей
– Суд решил отложить слушание, до появления свидетельницы.
– А как же быть со свидетелем, - опять вскакивает Жанна Дмитриевна, опять его в тюрьму?
– Нет. Мы всегда уважаем закон, сроки задержки истекли, кроме того, после заявления свидетеля о попытках его убийства в тюрьме, я разрешаю ему находится по месту жительства и милиции обеспечить его охрану.
Все начинают расходится. Жанна Дмитриевна подходит ко мне.
– А вы, однако, твердый орешек.
– Да нет, это мой долг. Я ненавижу эту шушеру и готов ей грызть горло...
– Задели раньше?
– Было дело.
– Ваша Клава может сорваться в суде и оболгать вас...
– Все к этому идет. Ее обработают еще по дороге сюда.
– Чем я могу помочь вам?
– Только одним. Не сорвитесь вы сами.
Она качает головой.
– Это так трудно, когда на тебя со всех сторон давят. Похоже дело от меня отнимут...
– Как это?
– Сам прокурор хочет продолжить разбирательство.
– Это мне грозит неприятностями?
– Конечно. Они с Каюровым друзья.
– Пойдемте на выход, а то уже все ушли.
– Где же ваша охрана? Милиция должна вас вывести.
– Пойдемте, она наверно там.
Мы выходим из зала и тут же попадаем под блики вспышек фотоаппаратов, раструбы кинокамер и буйной толпы корреспондентов.
– Скажите, это правда, что вас хотели убить в тюрьме?
– задыхалась женщина репортер.
– Вы, говорят, избили убийцу, - пищит тощий мужичонка.
– Скажите...
– Что будет если...
Это был обвал вопросов. Жанна Дмитриевна решительно проводит рукой.
– Тише. Свидетель никаких ответов давать не будет. Пропустите, пожалуйста.
Она отчаянно пошла на толпу. Я последовал за ней.
На выходе из здания собралась толпа поклонников Каюрова, эти встретили воем.
– Мы тебя прикончим...
– Ну поплатишься, сволочуга...
– Дать бы ему сейчас...
Несколько угрожающих рук тянуться ко мне. Тут скрипит тормозами милицейская машина, из нее выходит лейтенант и подбегает ко мне.
– Ей, вы, - орет он в толпу, - а ну прекратить.
Но взвинченные парни начали надвигаться... Лейтенант выхватил пистолет и выстрелил в воздух. Из здания суда выскочило еще два милиционера. Парни остановились, но мат и угрозы сыпятся во всю. Лейтенант за руку тащит меня к машине и только мы в нее сели тут же рванули от здания суда.
– Тебе куда?
– спрашивает лейтенант.
– В гостиницу.
– Понятно. Я твой охранник, лейтенант Воробьев.
– Один? Разве у тебя нет напарника?
– Один. Как мне объяснили в управлении, все при деле и я только один в резерве.
– Как звать то?
– Георгий.
– Меня Андрей.
– Знаю уже, громкое дело. Тебе не повезло парень. Все равно попытаются свернуть голову, даже я не помогу. Залечь бы тебе на дно...
– Зачем. Я их, сволочей, ненавижу...
– Случайно не в десантных служил?
– Там.
– То-то видно, так здорово отделал Копыто, этого уголовника с весьма сомнительным прошлым. Я в управлении видел лица моих начальников, никто не верил... Теперь этому мешку дерьма конец.
– Прибьют до суда.
– Конечно. Копыто же не выполнил приказ начальства...
Мы замолчали. Я невольно задумался, как здесь все переплелось, милиция, суд, прокуратура, следствие и махровая уголовщина...
– А что будет со следователем Дороховым?
– С этим то? Ничего. Сейчас он где-нибудь на юге. До него теперь добраться трудно, так что дело это заглохнет, так и не родившись. Кажется приехали.
Мы останавливаемся недалеко от гостиницы. Лейтенант захлопывает дверцу машину.
– Пошли, Андрей.
В холле много народа. Мы протискиваемся к администратору и, при виде меня, он торопливо отдает ключи от номера. Кто то дергает меня за рукав.
– Не узнаете меня? Это я, журналистка. Вы еще вчера со мной сидели на скамейке в здании суда.
Эта та энергичная мадам, которую встретил в суде.
– Помню.
– Мне нужно взять у вас интервью.
– Гражданка, - это мой сопровождающий, - прошу не мешать. Андрей идем, а то мне это место не нравится.
– Можно с вами?
– она семенит рядом и не отрывается от нас.
– Это так важно для телевидения
– Нет, нет, нет, извините гражданка, - лейтенант решительно отталкивает ее рукой, - дело еще в суде не окончено, так что давать интервью еще рано.
– Возьмите мою визитку.
Она втискивает мне в руку кусок картонки и на узкой лестнице отстает.
Коридорная, при виде милицейской формы, угодливо сгибается и присоединяется к нашей процессии до номера. Перед дверью лейтенант задерживается.
– Погоди, я первый.
Он отбирает от меня ключ, осторожно открывает дверь и исчезает за ней. Я, с испуганной коридорной, стоим в коридоре и ждем, когда он обследует комнаты. Наконец голова Георгия высовывается наружу.
– Заходи, все в порядке. А вы куда?
– это вопрос коридорной.
– Так я это, тоже посмотреть..., как мои посетители.
– Иди на место. Увидишь незнакомых мужиков, шатающихся здесь, сообщи мне по телефону.
– Поняла.
В комнате лейтенант плюхается в кресло и сдирает с головы кепи.
– Ну и попал я в историю...
– Это со мной?
– А с кем же. Теперь придется попотеть. За эту неделю до прибытия свидетельницы, все можно ожидать.
Я валюсь на кровать. В это время ожил телефон.
– Кого черт несет?
Лейтенант насторожился и знаками показывает чтобы я взял трубку.