Чтение онлайн

Многоножка дёрнулась, обвила Горна хвостовой частью за ногу и рванула. Горн упал на камни. Жвалы клацнули в ладони от его лица, и он едва успел откатиться, вцепившись в хвост обеими руками, пытаясь оторвать тварь от себя. Многоножка наваливалась на него, сегменты тела скручивались и перебирали десятками лап по его одежде, подтягивая жвалы к горлу.

Мин оглянулся. Лу Фэй был на другом конце ущелья. Близнецы замерли у поворота с белыми лицами. Сяо Лань бежала, но до неё было шагов пятьдесят. Дэ Шен стоял рядом с Мином, готовый к действию, но так и не сумевший принять решения.

Мин в три шага подскочил к ручью, зачерпнул горсть ледяной каменистой грязи со дна, вернулся и швырнул в голову многоножке. Грязь залепила усы. Тварь замерла на полсекунды, мотнув головой, усы бешено задёргались, очищаясь. Полсекунды хватило, чтобы Горн выдернул ногу из захвата и отполз на метр.

Мин схватил со дна ручья камень размером с кулак, отбежал вправо и бросил в стену ущелья над многоножкой. Камень ударился о скалу с гулким звоном. Многоножка развернулась на звук, усы направились к стене, жвалы клацнули по камню, высекая искры. Слепая, понял Мин. Слизь на жвалах, усы-антенны, реакция на вибрацию, все это пронеслось в его голове и помогло сделать вывод. Она не видит, но чувствует движение.

— Горн, — сказал Мин, не повышая голоса, — ползи к ручью. Медленно. Очень медленно.

Горн понял. Он перестал дёргаться и пополз по камням к воде, плавно, как учили на тренировках, гася каждое движение. Мин подобрал второй камень и бросил его в стену дальше, за многоножкой. Она развернулась на звук, уползая от Горна на два корпуса. Дэ Шен, поняв схему, молча подобрал камень и бросил ещё дальше. Многоножка метнулась за третьим ударом, проскрежетала лапами по скале и скрылась в сужении ущелья, преследуя звуки, которые уводили её всё глубже.

Горн лежал наполовину в ручье, тяжело дыша. По его ноге сочилась кровь из длинных параллельных царапин, оставленных лапами многоножки, и левая рука распухла в запястье.

— Можешь встать?

— Могу, — Горн поднялся, покачнулся и ухватился за камень. Лицо у него было серым. Он посмотрел на Мина и сглотнул. — Мин, ты мне жизнь спас.

— Я бросил в неё грязью. Это не совсем то, о чём слагают героические баллады.

— Мне плевать на баллады. Я тебе обязан.

Мин хотел отшутиться, но Горн смотрел на него таким взглядом, будто бы только что видел собственную смерть вблизи, и шутки тут были неуместны.

— Ладно, — сказал Мин. — Сочтёмся.

Лу Фэй прибежал через минуту, оценил ситуацию, обработал ногу Горна мазью из аптечки и объявил сбор. Ущелье считалось безопасным, и появление духовной многоножки такого размера никто не ожидал. Старший ученик выглядел раздражённым и одновременно встревоженным, и Мин заметил, что он часто поглядывает в сужение, куда уползла тварь.

На обратном пути Сяо Лань подошла к Мину.

— Откуда ты знал, что она слепая? — спросила она, глядя на него в упор.

— Так не знал, но догадался. Слизь на жвалах и усы-антенны. У зрячих хищников нет таких длинных усов, им незачем. Я видел похожее описание в свитке о духовных зверях в библиотеке. Там было написано, что горные многоножки реагируют на вибрацию и тепло, а зрение у них рудиментарное.

— Ты читал свиток о духовных зверях? — один из близнецов обернулся. — Зачем подмастерью свитки о зверях?

— Затем, чтобы, когда многоножка полезет из норы, не стоять и не думать, что делать.

Близнец хмыкнул, но на этот раз без прежнего пренебрежения. Его брат молча кивнул. Дэ Шен, шедший позади, поравнялся с Мином и некоторое время шёл рядом, ничего не говоря. Потом сказал:

— Ты сразу понял, что она реагирует на звук.

— Я заметил, как она повернулась, когда камень ударился о стену. Остальное сложилось само.

— Хорошая голова, — сказал Дэ Шен и замолчал. За весь поход он произнёс меньше двадцати слов, и Мин принял два из них как высшую оценку.

Группа поднялась по тропе обратно на гребень восточного перевала и двинулась к Обители по дороге, огибавшей основание Серого Пика. Солнце уже клонилось к западному хребту, и тени растягивались по камням. Горн хромал, но шёл сам, опираясь на палку, которую ему вырезал Дэ Шен. Мешки были полны трав, и настроение в группе, несмотря на встречу с многоножкой, стало легче, чем на выходе.

Мин проверил свою добычу на ходу. Три корня горного шалфея для мастера Бо, завёрнутые в лист лопуха. Свёрток с диким тысячелистником и мятой для Палаты. И за пазухой, в отдельном мешочке, серебристый мох, горный лютик, ледянка, пучок каких-то мелких корешков с кислым запахом, которые Мин не опознал, но собрал про запас. Всё это ждало Чернильницу. Мин мысленно прикинул комбинации, какие хотел бы попробовать горный лютик с тепловым аспектом мог дать результат, похожий на огнецвет, а ледянка, судя по холоду в стебле, несла водяную ци, и если Чернильница примет её, чернила могут получить новый оттенок.

Они обогнули скальный выступ и вышли на тропу, ведущую к Первым Вратам, когда Мин увидел группу людей впереди. Четверо внешних учеников стояли у обочины тропы, и Мин узнал двоих из них по лицам: веснушчатый парень, который обсуждал Проверку у доски объявлений, и его приятель. Оба были избиты. У веснушчатого заплыл левый глаз, и он прижимал руку к рёбрам. Его приятель сидел на камне с рассечённой губой и пустым взглядом. Двое других выглядели получше, но стояли с опущенными головами и сутулились, как люди, которых только что унизили.

Перед ними стоял Син Вэй. За спиной у Син Вэя стоял ещё один внешний ученик, коренастый и широколицый, и держал в руках полотняный мешочек.

Веснушчатый парень протянул Син Вэю горсть бледно-зелёных шариков. Пилюли для прочистки каналов, Мин видел такие в лавке Обители, три штуки стоили месячное жалование подмастерья. Рука парня тряслась.

Син Вэй взял пилюли, пересчитал их на ладони и поморщился. Сытое спокойствие на его лице произвело на Мина впечатление сильнее, чем синяки на лице веснушчатого. Син Вэй собирал дань без усилия и без злости, с лёгкой скукой.

— Четыре, — сказал Син Вэй. — Я говорил шесть.

— У нас больше нет, старший брат Син, — выдавил веснушчатый. — Мы всё отдали, я клянусь… это все, что мы получили!

Син Вэй взмахнул рукой и эхо от звонкой пощечины долетело даже до Мина. Голова парня дёрнулась, и он покачнулся, но устоял.

— До конца недели, — сказал Син Вэй, не повышая голоса. Он ссыпал пилюли в мешочек, который держал коренастый, повернулся и пошёл по тропе вверх, к Обители. Сопровождающие двинулись за ним.