Чтение онлайн

Её запах туманил мысли, а вкус губ сводил с ума, горячая тягучая волна медленно ползла по позвоночнику вниз. Это было восхитительно волшебно! Хотелось, чтобы это никогда не кончалось.

И только когда я понял, что мне отвесили оплеуху, очнулся.

Я предложил ей стать любовницей в обмен на молчание и покровительство... Я, наверное, сошёл с ума.

Лизнул губу, остро ощущая вкус малины.

Я бы мог забрать её кристалл памяти, и сделать так, чтобы словам слуги никто не поверил. Но... её победа была честной. А главное - мне не хотелось её оспаривать.

Теряясь в противоречивых чувствах, я ушёл, вспоминая полупрозрачную картинку: две мужских фигуры, их объятия, поцелуй. Это было как взрыв, взрыв нашего нового снаряда прямо в руках, как лицом по булыжной мостовой. Как...

Больно - вот как это было.

И более всего оттого, что мои методы - грязные, а её победа - честная.

Да, ловушку она расставила мастерски. Но, к чести Лиззи, она меня в неё не заманивала, не звала. Она лишь ждала. И провокаций не устраивала. Могла бы. Но не стала.

Я сам сделал первый шаг, и сам наступил на пружину, захлопнувшую ловушку, и сам же получил по носу. Очень больно, очень. До искр из глаз, до закушенной губы, до слёз.

Эта сцена в библиотечной комнате целый день стояла перед глазами. Мне то хотелось найти подлую девчонку и сделать так, чтобы она с позором покинула Академию, то снова впиться в её рот, сладкий, как спелая малина, то просить прощенья за оскорбление.

Иногда становилось до жути обидно. И обида-то была какая-то детская, нелепая - она отвергла меня, не оценила, не сдалась! Как посмела?! Ни одна девушка не смела, а эта посмела. Все без исключения падали к моим ногам, стоило намекнуть на свой интерес. Радостно повизгивая, подпрыгивая и едва не вертя хвостами, бросались ко мне. А эта -нет!

А ведь были и такие, как Марая - сами искали моего внимания, вертелись перед глазами, порой не давая себе труда придумать благовидный предлог, сами делали первый шаг, завлекали, предлагали себя. Многие открыто кокетничали. Некоторые строили из себя недотрог. Но после первого поцелуя я точно знал, как будут развиваться отношения.

А здесь...

Не понимаю.

Что ж, я могла бы праздновать победу - Зуртамского я остановила, и он больше не посмеет ко мне лезть. Но операция «поймать старосту» выжала из меня все силы. И я ходила по академии хоть и спокойная теперь, но совершенно обессилившая.

И прежняя холодность товарищей по учёбе не только ничего не царапала в душе, как прежде, но даже и не замечалась.

В таком состоянии на удивление хорошо проходили в лаборатории опыты: мы со Степаном сделали бесконечную череду образцов новых снарядов и даже успели сделать одну маленькую серию испытаний. Говорить о результатах было рано, но новый сплав мне нравился - характеристики пока полностью оправдывали себя и, думаю, для наших целей он вполне сгодится. Но посмотрим. Ещё рано о чём-то говорить.

Я как раз сидела на лекции, размышляя о том, стоит ли изменить последовательность опытов и попробовать наши снаряды сначала на сопротивление сжатию, а потом уж разрыву, или всё же оставить как есть? Но тут в дверях нашей большой аудитории появился один из дежурных студентов, что обычно выполняли мелкие поручения по Академии.

– Ларчи, тебя к гранд-мэтру!

Стоявший у доски мэтр Ломэр, что читал лекцию об устройстве мира, благосклонно кивнул, позволяя мне выйти. И я под перешёптывания моих одногодок вышла. Скорее покинуть это место значило быстрее прекратить эти шепотки и подозрительные взгляды в спину.

Степан, как всегда, ждал меня в коридоре, и вскинулся:

– Что, хозяй?

– Князь вызывает, - сказала и вздохнула, - наверное, что-то срочное.

Рядом со Степаном было спокойно. Он, наверное, ничего не сделал бы зарвавшимся парням - моим однокурсникам, но я вооружила его записывающим кристаллом, и не посмотрела на затраты. Ведь моя безопасность, а главное — спокойствие, стоили того.

У Степана был категорический приказ не влезать ни при каких обстоятельствах в конфликты, снимать всё, что может произойти, кристалл хранить, как зеницу ока, и только закончится запись, немедленно доставить князю. Послушался бы меня мой нянька или нет, не знаю. Сомневаюсь. По крайней мере, в той части, где от него требовалось не вмешиваться. Но надеюсь, что заснять и отнести гранд-мэтру он сможет. А уж князь сам потом пусть разбирается с моими обидчиками.

Потому под охраной Степана я чувствовала себя спокойно и уверенно.

У кабинета гранд-мэтра меня встретил сам его сиятельство, такой бодрый и светящийся, будто произошло что-то ещё более прекрасное, чем преобразование Мастерских в Академию, а учеников - в студенты.

Я даже немного сжалась - к добру ли эта радость?

– Прошу вас, Ларчи, проходите, - князь распахнул передо мной двери кабинета и пропустил вперёд. Я спиной ощущала взгляд секретаря. После откровений Зуртамского я уже каждого здесь готова была опасаться. Вот и сейчас напряжённо ожидала какого-нибудь вопроса секретаря о неправильности того, что его сиятельство открывает передо мной двери?

Но дверь за мной закрылась, а ничего нового я не услышала. Что ж, хоть на краткие мгновенья, но можно перевести дух.

– Лиззи, очень рад вас видеть! Как ваши успехи?

«Что у нас новенького?» - подсказала я князю мысленно. Но сразу стало понятно, что ментальной магией я не владею: собеседник промолчал, указал на кресло для посетителей, и когда я опустилась в него, и сам присел в своё кресло.

– Благодарю, всё хорошо, - я внимательно смотрела на князя, ожидая, что он сообщит свои новости.

Князь с довольным видом улыбался и смотрел на меня. Молча.

– Я вызвал вас вот по какому делу, - наконец проговорил гранд-мэтр.
– Ольга Леоновна соскучилась по вас и приглашает сегодня к нам на ужин.

Я задержала на лице приятную улыбку, ту самую, светскую.

– Да? Очень мило!

А у самой в голове крутились вопросы. Множество вопросов: с чего вдруг княгиня вот так внезапно соскучилась? Не скучилась, не скучилась, а тут нате вам, приходите к нам на ужин - оскучилась? Не иначе доченька боится за своего неприкосновенного Зуртамского, вот и призывает подданных для проверки?

– Я, право, не знаю, ваше сиятельство, - начала я медленно и нерешительно готовить почву для решительного отступления.
– Ведь завтра занятия...

– Сударыня, - понимающе улыбнулся гранд-мэтр, - я взглянул какие завтра занятия у вашего курса, узнал, как вы успеваете по данным предметам. Преподаватели все как один хвалили и за подготовку, и за целеустремлённость, говорили, что оценок у вас достаточно. Не будет большой беды, если вы не успеете что-то подготовить.

Боюсь, что лицо я всё же не удержала, и правая бровь поползла вверх. Неужели и в самом деле Марая?