Чтение онлайн

Но глаз так и не подняла.

А ведь я сидел прямо напротив.

Тихие слова «Эрих, передайте соус, будьте любезны!» со стороны Мараи отвлекли меня и вернули к словам князя.

– Вольдемар, условности возводят барьеры между людьми. Ты вспомни наш девиз: «Для таланта нет преград!» И эти преграды мы возводим сами.

Тихое позвякивание столового серебра и хрусталя фоном сопровождали слова гранд-мэтра. Его глаза сияли, и воодушевление плескалось как шампанское в его полуопустевшем бокале.

– В прошлый набор я отказал одному отцу. У него талантливое чадо, большая умница, самородок. А я отказал в приёме. Как же я сожалел тогда!
– поднося вилку ко рту, князь бросил мимолётный взгляд на Лиззи. Прожевал, промокнул губы салфеткой и продолжил, снова обращаясь к сыну: - Теперь же мы можем без ограничений принимать всю талантливую молодёжь. Это большой шаг вперёд, сын мой! Так мы можем собрать все светлые головы нашей империи у себя!

Лиззи молчала, ела и, казалось, не очень интересовалась беседой. А я наблюдал каждое её движение и не мог поверить: я же каждый день видел в столовой, как она ест, как подносит ко рту ложку или вилку, но ни разу мне не пришло в голову, что все движения щенка Ларчи женственные. Как я мог быть таким невнимательным?

– Ты про снятие сословных ограничений? Или про женщин? Но почему ты уверен, что это большое достижение? Разве много черни или барышень, которые разбирались бы в механике?
– Вольдемар взмахнул вилкой, и я чуть не дёрнулся - прибор мелькнул слишком близко к Лиззи.

– Их мало потому, сын мой, что никто не предлагает им такого. А мы предложим! Ещё твой дед собирал по всей империи редкие таланты, но он не смог и помыслить, что среди обычных плотников или кузнецов можно найти самородки.

Кузнецов... Я вспомнил Хозяя. Да уж...

Рядом раздалось короткое хмыканье, и я обернулся к Марае. Она сидела с недовольно приподнятыми бровями и косилась на матушку.

Княгиня с улыбкой предложила:

– Дорогие мои, а давайте поинтересуемся впечатлениями от бала у тех, кто там побывал. Ведь это очень интересно!

Князь не стал возражать, только посмотрел на жену, кивнул согласно и предложил мне высказаться.

– Да, да! Эрих, расскажите!
– Марая воспрянула духом, заулыбалась, глаза её засветились восторгом. Она снова дотронулась до моей руки.

Что тут рассказывать? Что я был поглощён сначала волнующими видами в декольте своей неожиданной напарницы? Потом мыслями о невероятном перевоплощении? А остаток вечера искал гранд-мэтра, чтобы разоблачить самозванку?

Я глянул на Лиззи. Она с непроницаемым видом едва заметно двигала челюстью. Надеюсь, жевала, а не играла желваками. Вновь обратил внимание на Мараю. Она умоляюще заглядывала в глаза, двумя руками вцепившись в мой рукав.

Барышня...

Ей про императорский бал нужно рассказать.

Вздохнул и стал вслух вспоминать всё, что знал о портальном переходе, об императорском дворце, о саде, о бальном зале. Хорошо, что я бывал там раньше. Кое-что извлёк с задворок памяти о гостях, о традиции устраивать показ достижений самых молодых магов империи.

Не заметил, как стал рассказывать о нашем выступлении, вернее, о выступлении Лиззи, и даже увлёкся, передавая в лицах события тех минут.

Всех особенно позабавил рассказ о послах тёмных, которые не скрывали своей тревоги по поводу нашей пушки - все улыбались, а княжна едва в ладоши не хлопала от восторга, и только Лиззи молча смотрела в свою тарелку.

Княгиня обратилась к ней.

– А ваши впечатления, дорогая?

Лиззи подняла на неё глаза, едва заметно пожала плечами.

– Студент Зуртамский всё уже рассказал. Что тут добавить?

– А как вам император, Лиззи?
– со слегка наигранным интересом спросила Марая. Арчинская отложила вилку и задумчиво ответила, глядя на на гранд-мэтра:

– Он показался мне очень толковым человеком. Задавал дельные вопросы. Непустые, такие, знаете, ради поддержания беседы. Очень правильные, стратегически верные, такие вопросы, какие и должен был задавать император.

– Например?
– чуть подался в её сторону Вольдемар, и мне захотелось подойти и стать между ним и Лиззи.

Она глянула на молодого князя без улыбки. Сейчас это была не милая девушка, это был тот самый щенок Ларчи - сосредоточенный, чуть прищуренный взгляд, губы чуть выдвинулись вперёд, отчего скулы обозначились чётче, только светлый завитой локон очерчивал овал лица и говорил - это девушка, это не Ларчи.

– Он спросил о перспективах новой пушки и сроках её доработки, - и девушка вновь взялась за вилку.

– И что же вы ответили его величеству?
– Вольдемар отложил приборы и, сомкнув пальцы домиком, перевёл взгляд на Зуртамского.

– Я, - выделила голосом Лиззи, не поднимая глаз от своей вилки, - ответила его величеству, что мы работаем над тем, чтобы оружие мог носить и заряжать один человек, и чтобы дальность и прицельность стрельбы выросли в разы. И срок обозначила в полгода.

– Что?
– растеряно улыбнулся Вольдемар, взглянул на отца с непониманием. Князь откинулся на свой стул, сложи руки в замок и смотрел на сына с насмешкой. Но молчал.

– Я считаю, что Лиззи верно сказала, хотя, конечно, это невозможно. Срок и вовсе чушь, -постарался, чтобы голос мой звучал ровно, а мнение - непредвзято.

Это произвело эффект: наконец её глаза поднялись к моему лицу. И в этом взгляде не было ничего общего с тем взглядом, что я видел сегодня у Мараи - ни улыбки, ни восторга или восхищения. В глазах Лиззи была насмешка, а во вздёрнутом подбородке -превосходство.

На занятиях Лиззи появилась опять как Ларчи. И я увидел её только в столовой. Она снова читала книгу за едой и ни на кого не смотрела.

Меня разбирало любопытство - что делало её фигуру мужской: одежда или магия? Я просканировал её несколько раз. Это было непросто.

Прежде всего я нарушил запрет на применение магии. Ну да ладно, как-нибудь отобьюсь. Или отработаю штраф. Затем пришлось несколько раз подойти как можно ближе, но при этом так, чтобы девица не заметила. И это было уже посложнее. Она вскидывала глаза или поворачивалась каждый раз, как я оказывался рядом. Чувствует она меня, что ли?