Чтение онлайн

— До свидания, граф Эберлин! До свидания, леди Эшвуд! — Крикнула Люси, подбегая к карете. — До свидания, Луи! — Сказала она бодрым взмахом руки кучеру, который сидел рядом с кучером.

— До свидания, девчонка! Счастливого пути! — Крикнул Луи ей вслед.

Доннелли вскочил на одну из лошадей и посмотрел на Тобина сверху вниз. — Мы вернемся, — сказал он. — Все мы.

Тобин не знал, имел ли Доннелли в виду королевскую армию или семью Лили, но вряд ли это имело для него значение. Он пожал плечами.

Доннелли посмотрел на Лили и, подмигнув, издал звук «тщк», который заставил лошадей двинуться вперед, а карета последовала за ними. Тобин отошел, чтобы встать рядом с Лили, когда карета отъехала, и Люси высунулась из окна и яростно помахала им, прежде чем снова исчезнуть внутри.

Тобин взглянул на Лили. Как он и подозревал, по ее лицу текли слезы, и его сердце снова слегка подскочило.

Лакей спрыгнул с кареты Эшвудского экипажа и распахнул дверцу. — Миледи, — сказал он. С опущенной головой, поля шляпы закрывали ей глаза, Лили направилась к карете. Но, проходя, Тобин протянул руку и коснулся ее пальцев своими. Она остановилась на мгновение, и он почувствовал, как ее пальцы скользнули по его. И с этим он почувствовал, как в черной жиже внутри него образовалась крошечная трещинка, и еще более крошечный лучик света пробился сквозь нее.

Тобин думал о том, что он должен сказать, чтобы облегчить ее потерю, утешить ее. Но прежде чем он успел подобрать подходящие слова, дверь домика распахнулась, и на крыльцо вышла красивая женщина. — Лили, заходи на чай! — позвала она. Она взглянула на Тобина, затем снова на Лили.

Лили помедлила.

Рядом с Тобином появился еще один человек. — Милорд, ваша лошадь готова, — сказал он.

— Чай свежезаварен, и миссис Ноукс испекла печенье. Пожалуйста, заходите, леди Эшвуд.

Лили, казалось, помедлила, прежде чем сделать шаг вперед, но она пошла к домику, не удостоив его взглядом. Он смотрел, как она вошла внутрь с женщиной, и дверь закрылась за ними.

Затем он огляделся и понял, что все остальные занялись своими делами, и он остался совершенно один.

18 глава

В течение следующих нескольких дней персонал Тибер-парка был в состоянии хаотичной активности из-за подготовки к балу первой зимней ночи. Тобин ясно дал понять, что работы в новом дворе должны быть завершены, а также должен быть закончен ремонт общих зон дома. Десятки людей были брошены на работу, и территория начала выглядеть безупречной, а дом — девственно чистым.

Для подготовки бального зала Тобин нанял услужливого джентльмена из Лондона, который зарабатывал на жизнь оформлением театральных сцен. Мистер Кислер привез из Лондона команду людей и материалы для создания зимнего сада, сцены, которая затмила бы любое украшение, которое когда-либо видел Карлтон-Хаус. Тобин никогда не видел бальный зал Карлтон-Хауса и даже не знал, какие там были украшения, кроме того, что читал в "Утренних новостях". Но он слышал о пристрастии принца Уэльского к декорациям и решил, что его бальный зал будет столь же грандиозным, как и в Карлтон-Хаусе.

Мистер Кислер полностью преобразил бальный зал. Мягкий белый пух покрывал потолок, создавая впечатление облаков, а с этих облаков свисали десятки и десятки хрустальных звезд, которые мерцали в свете трех канделябров. Маленькие сосенки были расставлены в огромных глиняных горшках, их ветви украшены снегом и хрустальными сосульками. На балконе, где должен был сидеть оркестр, из деревянных рам и ткани были сооружены горы, которые должны были скрыть музыкантов, но не помешать их музыке. Гостям Тобина казалось, что вальс играет из Французских Альп.

В ночь бала ледяные скульптуры будут украшать оба конца бального зала, а большой круглый фонтан с напитками будет литься всю ночь. Во дворе была сооружена временная столовая, где в полночь будет подаваться полный обед. Это будет один из самых великолепных вечеров, которые когда-либо переживали жители Хэдли-Грин.

Тобин также готовился к приезду Черити и Кэтрин. Черити не хотела приезжать, но он умолял ее. Он, конечно, понимал ее опасения; у нее тоже не было теплых воспоминаний о Хэдли-Грине, и, в отличие от него, у нее не было желания мести. Честно говоря, Тобин больше не знал, чего она желает. Она держала свои желания при себе и говорила только, что хочет, чтобы ее оставили в покое с дочерью, блуждая по его дому в Мэйфэре и избегая общества.

Обычно Тобин делал все, что хотела его сестра, но на этот раз она была ему нужна. Ему нужно было знакомое лицо, он боялся, что может случиться, если на него наступит заклинание. Ему понадобится его сестра, чтобы помочь ему развязать его тело и разум, если они напрягутся.

— Но как насчет Кэтрин? — Спросила Черити, когда Тобин сказал ей, что хочет видеть ее в Тибер-парке.

— Ты не можешь держать ребенка взаперти, как будто она какой-то драгоценный восточный цветок, — сказал он мягко. — Ей нужно общество.

— Ей не нужно общество Хэдли-Грина, — фыркнула Черити.

Тобин не смог спорить с ее чувствами, но, тем не менее, настоял на своем, и Черити должна была прибыть на следующее утро.

Приезд его сестры оставит нерешенным только один вопрос, подумал Тобин в тот день, когда приблизился к концу своей живой изгороди. Была одна вещь, которая тяжело давила на него, и черт бы побрал его проклятые беспокойные мысли — необъяснимо нежные мысли — о Лили Бодин.

Он мог бы даже указать на день, когда они впервые появились у него. Это был день, когда она приехала в лес верхом с этим абсурдно кремнистым пистолетом, как будто она была шерифом. Это был момент, когда она стояла на ступенях Эшвуда, сжимая свою хлыстовую трость, как будто от этого зависела ее жизнь, полная решимости поднять перчатку. Он очень восхищался ее храбростью и хитростью за то, что она сделала прямо противоположное тому, что он ожидал.

Чувство, которое он испытал в тот день, было не более чем заметным тиком, но оно укоренилось.

Тобин взмахнул топором и ощутил сопротивление упрямой живой изгороди, от которого содрогнулось все его тело.

Когда она приехала поужинать, он собирался соблазнить ее. Но стоило ей оставить его стоять там, пораженного мощью её небесного поцелуя и болезненным осознанием, что хочет снова увидеть её, как тут же испытал привычное раздражение.

Смотря позже, как она резвится на берегу реки с Люси, он понял, что эта женщина вызывает в нём сильные, нежные чувства. Особенное впечатление произвела встреча в коттеджике, когда он обнаружил её в объятиях вожделенной физической страсти, позволившей заглянуть в глаза той девочки-Ли, чья дерзость и веселье ранее будоражили его дух. Тогда сердце немного смягчилось.

Однако поездка в Ашвуд оказалась поворотным моментом: увидев её больной, беспомощной, заброшенной всеми любимыми людьми, Тобин столкнулся лицом к лицу с собственным ужасом. Почувствовал внезапную тревогу, обеспокоенность, почти физически ощутив, как засохшая грязь внутри него начинает трескаться.

Такие непостижимые чувства были невыносимы. Он снова взмахнул топором. Не повредила ли эта тайная болезнь его мозг? Разве он не был очарован другими красивыми женщинами, не испытывая таких надоедливых чувств? Да, был… но с Лили была фамильярность, которую он не учел.