Чтение онлайн

…Перед глазами возникла белая пелена, и человек услышал уже знакомый голос...

! ! !

– Что Вы говорите? Я Вас не понимаю.

– К сожалению, не вы один.

Адольф открыл глаза. Перед ним был белый потолок его одиночной камеры. Известка лежала на нем ровным слоем и лишь в местах стыковки плит немного бугрилась, выдавая халатность рабочих, заделывавших швы.

Гитлер приподнялся на локтях и тут же почувствовал нестерпимую боль в запястьях. Ощущение длилось не больше секунды, но Адольф, тем не менее, непроизвольно вскрикнул. Казалось, будто кто-то резким движением насквозь пронзил его запястья чем-то острым.

Адольф вылез из постели и начал прохаживаться по комнате. Он увидел сложенный вдвое лист бумаги, лежавший на столе, и вспомнил о направлении в санаторий. Приведя себя в порядок, Адольф взял листок и вышел в коридор.

Изнутри санаторий был скорее похож на просторный готический собор, чем на оздоровительное учреждение. Высокие потолочные своды и темные каменные стены со стрельчатыми витражами, настолько плотно закрашенными, что света они пропускали не больше, чем бетонная плита, вызывали чувство дискомфорта и тревоги. Навстречу Адольфу вышла фигура, облаченная в странного вида одежду: серый комбинезон, полностью скрывавший тело, и такой же серый шлем с прозрачным окошечком спереди. По небольшой выпуклости на груди Адольф понял, что перед ним – женщина.

– Ваше направление, пожалуйста, – произнес несколько грубоватый голос, и фигура требовательно протянула руку.

Адольф вложил в перчатку листок бумаги. Женщина поднесла его к прямоугольному окошечку в область предполагаемого лица и принялась долго изучать написанное там врачебное предписание.

В эту минуту Адольф подумал, что каллиграфические особенности почерка Паркинсона, видимо, являются крепким орешком не для него одного.

Фигура закончила изучать направление и, повернувшись к Адольфу спиной, скомандовала:

– Следуйте за мной.

Адольф послушно пошел за серым существом, стараясь не думать о плохом.

При ходьбе материал, из которого был сделан комбинезон, неприятно шуршал, отчего Адольф каждый раз внутренне вздрагивал. Когда фигура остановилась, Адольф увидел в стене дыру диаметром в полтора метра. Отверстие было похоже на лунку от прямого попадания гранаты – оно имело рваные и обугленные края и уходило вглубь стены.

– Вот ваша процедурная кабинка. Раздевайтесь догола и ложитесь головой к выходу. Скоро подойдет доктор и начнет процедуру.

Адольф с недоверием посмотрел сначала на отверстие, затем на фигуру, но последняя развернулась и стремительно зашуршала в неизвестном направлении. Поняв, что выбора у него нет, Адольф разделся и аккуратно, стараясь не пораниться об острые края, полез в дыру.

Адольф оказался в узком помещении, похожем на старую канализационную трубу, заржавевшую от времени и покрывшуюся плесенью и тиной. Где-то глубоко внизу под решетчатым полом журчала вода. Когда Адольф прополз на четвереньках несколько метров, проход за ним резко закрылся, и вокруг воцарилась абсолютная тьма. Решив, что безопаснее всего будет оставаться на месте и никуда не двигаться, Адольф застыл и затаил дыхание. Неожиданно в темноте раздался громкий мужской голос:

– Добрый день, меня зовут доктор Лаатиэль, я буду проводить процедуры, назначенные Паркинсоном. Сейчас над вашей головой загорится экран, и вы сможете меня увидеть.

Через секунду, в трех метрах от того места, где находился Адольф, ярким светом загорелся прямоугольник, висевший низко и почти касаясь пола.

– Лягте на спину так, чтобы экран был на уровне вашего лица, – приказал голос. – Расслабьтесь и ничего не бойтесь.

Следуя инструкциям Лаатиэля, Адольф протиснулся под выпуклый прямоугольник, излучающий странное голубое свечение. Весь экран был заполнен изображением огненно-рыжеволосого мужчины в белом халате и больших, в пол-лица, зеркальных очках в форме крыльев летучей мыши.

– Внимательно смотрите на меня. Сейчас вы почувствуете легкое покалывание в глазах. – Мужчина зачем-то начал быстро водить руками в воздухе. – Следите за моими движениями, расслабьтесь и ни о чем не думайте.

Адольф, действительно, ощутил небольшое покалывание глаз и инстинктивно зажмурился.

– Что вы чувствуете? – спросил с экрана мужчина.

– Немного глаза колет, – ответил Адольф.

– Очень хорошо. Предварительная часть процедуры пройдена. Переходим к основной части. Сейчас, в целях безопасности, ваше тело на время зафиксируется, а экран потухнет. Вы окажетесь во тьме без возможности шевелиться. Кричать вы тоже не сможете, поскольку ваши голосовые связки будут заблокированы до конца процедуры. Начнем.

После этих слов Лаатиэля экран мгновенно погас. Адольф почувствовал, как по его телу пробежали мурашки легкого волнения, стремительно переходящие в топот дикого страха. Он решил оглядеться по сторонам, хотя и не особо надеялся увидеть что-либо в темноте, но сделать это ему не удалось. Адольф не мог пошевелиться, его тело парализовало, и теперь оно было ему совершенно неподвластным. Адольф по-прежнему ощущал свой организм, мог дышать, чувствовал, как сквозь решетку в спину дует прохладный ветерок, и как постепенно начинают замерзать ноги. При этом он был не в состоянии даже закрыть глаза, которые начали слезиться. Рот Адольфа тоже был широко открыт. Раздался глухой щелчок, и Адольф почувствовал, как сверху на его живот закапало что-то горячее. Капель становилась все больше и больше, и вскоре они уже сильно били, минуя голову, по всему телу. Горячая жидкость растекалась по коже и быстро застывала, образовывая неприятную жгучую корку. Адольф понял, что это был воск. Постепенно капли превратились в струи, и Адольфа начало буквально заливать обжигающим воском, сковывая и без того обездвиженное тело. Когда Адольф практически полностью находился под толстым восковым слоем, струя ударила ему прямо в лицо. Воск полился в рот и тут же через горло проник в пищевод. Обжигая все на своем пути, раскаленная масса дошла до желудка, а оттуда, через тонкий кишечник, – в прямую кишку. Глаза Адольфа сильно обожгло. Воск попал в дыхательные пути, и Адольф начал задыхаться, испытывая при этом дикое чувство паники. Он ощущал боль каждой клеткой своего организма, но при этом не мог даже прохрипеть. Воск быстро застыл. Адольфу казалось, будто все тело изнутри и снаружи было смешано с воском, и теперь он уже никогда не сможет очиститься от этой мерзкой субстанции.

Через несколько минут решетка, на которой лежал Адольф, начала нагреваться, и воск, полностью заливший его тело, стал стремительно плавиться и стекать сквозь решетку вниз. Это вызвало новую волну боли. Адольф вновь попытался закричать, но по-прежнему не мог произнести ни звука. Успевший застыть в Адольфе воск начал плавиться и вытекать наружу. Казалось, все внутренности плавятся вместе с ним. Адольф почувствовал, что вновь может дышать. Он сделал глубокий вдох, и ощутил облегчение. Когда воск окончательно растопился, сверху на Адольфа вновь полилась какая-то жидкость. На сей раз это была вода. После воска она практически не омывала тело, а лишь скатывалась на коже в крупные капли.

Экран перед лицом Адольфа вновь загорелся, и в нем появился доктор Лаатиэль. Он по-прежнему был в больших очках и говорил спокойно и монотонно:

– Видно невооруженным взглядом, что с вами еще работать и работать. Ну, ничего, первый блин, как известно, всегда выходит комом. Пожалуй, завтра зальем вас бетоном, послезавтра – гудроном, если и это не поможет – попробуем свинец. А сегодня вам еще необходимо пройти курс реабилитации у нашего психотерапевта. Думаю, это вам поможет. Доктор гуляет в саду, туда можно подняться на синем лифте. Когда откроется люк вашей процедурной кабинки, вы сможете выйти и привести себя в порядок. А на сегодня я с вами прощаюсь, до завтра, – экран погас, и тьма в трубе разбавилась светом, проникшим через открывшееся отверстие.

Когда Адольф выходил из дверей санатория, он уже твердо решил для себя, что сегодняшний визит сюда был для него первым и последним. По крайней мере, по доброй воле он точно не вернется в это место. Как только Адольф подошел к лифту, перед ним открылась кабинка под табличкой «Ган Эден». Зайдя внутрь, он увидел панель с цифрами от одного до семи, правда, кнопка была всего одна, напротив остальных этажей, начиная с третьего, зияли узкие замочные скважины, по-видимому, для того, чтобы туда подняться, необходимо было вставить какой-то специальный ключ. Адольф нажал на кнопку, и лифт медленно поехал вверх.