Чтение онлайн

На вокзале у часов уже собралась толпа бритых наголо молодых людей. Причастность этих ребят к националистически настроенной молодежи была видна невооруженным взглядом. Все они, как на подбор, были одеты в черные футболки с белой надписью «НСДРР» и коловратом на спине, широкие камуфляжные штаны с красными опущенными подтяжками и высокие армейские берцы с белыми шнурками. Это была своего рода официальная форма, ее выдавали тем, кто прошел посвящение и подтвердил свою готовность посвятить жизнь делу организации. Носить ее на акциях и собраниях движения было одним из принципов «НСДРР». Это, по мнению Сергея Карловича, давало значительное психологическое преимущество. Представьте, что на вас бежит разъяренная толпа в одинаковой одежде. Правда, в форме при милицейской облаве укрыться среди прохожих значительно сложнее, но этого практически никогда не приходилось делать, несмотря на частые заявления о побоях со стороны уличных торговцев и таксистов. Сергей Карлович, в прошлом подполковник милиции, имел большие связи в правоохранительных органах, поэтому задержанных РРовцев чаще всего отпускали.

Организационная схема движения была следующей: во главе стоял Сергей Карлович Зиновьев, его приближенными лицами и соруководителями были так называемые сотники, каждый из которых курировал около двадцати рядовых РРовцев. Замыкали иерархическую лестницу салаги или непосвященные, к которым пока что относился и Андрей.

Хозяин дачи, на которой периодически собирались члены движения, был мужчиной лет пятидесяти. Он имел явное внешнее сходство с Гитлером. Зиновьев даже отрастил небольшие усики и стригся так же, как глава Третьего рейха. Сам он был не то эстонцем, не то латышом, но с пяти лет жил в России и питал к этой стране крайне патриотические чувства.

Дача находилась в ста пятидесяти километрах от города и стояла одиноко на краю леса. До ближайшего населенного пункта было километра три, так что от железнодорожной станции приходилось идти пешком еще минут двадцать. Лучшего места для собрания организации придумать было нельзя. На земельном участке в тридцать соток, окруженном двухметровым забором, стоял большой трехэтажный дом. По всему двору и на самом доме были расставлены флагштоки со знаменами движения – красные прямоугольники с крупной черной надписью «НСДРР» в центре и небольшим белым кругом с коловратом в правом углу. Дача была своеобразным загородным штабом движения, в теплое время года здесь еженедельно проводились тренировки и обучающие лекции для всего состава. В дом Сергей Карлович, кроме сотников, никого не пускал. Остальные занимались, отдыхали и спали прямо под открытым небом. Некоторые привозили с собой палатки и разбивали на газоне своеобразный минилагерь. Но мало кто спал, в основном, после наставлений Сергея Карловича, пламенных речей сотников, тренингов и просмотра пропагандистских фильмов начиналась веселая попойка, которая сопровождалась песнями, и проходила до самого утра.

Андрей впервые оказался на слете движения. Он был впечатлен размахом организации. РРовцев завели во двор и построили в несколько колонн лицом к широкому крыльцу, которое использовалось в качестве сцены. Андрей очень волновался, он не знал, что собой представляет посвящение и переживал, что может не справиться и лишиться уважения и поддержки людей, ставших для него почти родными. Его и еще четверых новичков – Васю, Сеню и двух Олегов – поставили отдельно. Особняком стояли и молодые люди, одетые во все черное с красной повязкой на рукаве с изображением белой свастики в черном круге. Это были члены «Черной сотни». Они являлись своеобразной организацией в организации. Их было десять человек, но каждый год в Сотню отбирали одного-двух рядовых РРовцев, из тех, кто максимально проявил себя и доказал преданность делу движения. Только с сотниками Сергей Карлович совещался по вопросам организации и проведения акций. Члены «Черной сотни» имели и другие привилегии. Андрей слышал, что они даже получали от Сергея Карловича зарплату, и что сумма эта была весьма внушительной.

Зиновьев, как всегда, был хорошо одет, говорил с выражением и еле уловимым прибалтийским акцентом:

– Друзья, сегодня мы сильны как никогда! Никакая клевета, никакая напраслина, никакие преследования со стороны ненавидящих нас чиновников не смогли повредить нашему движению! Идеи наши верны, цели наши чисты и готовность наших сторонников к самопожертвованию – вне всякого сомнения! Если в атмосфере современной коррупции мы сумеем углубить нашу борьбу, если мы сумеем стать олицетворением идеи расы и идеи личности, то мы с математической точностью неизбежно придем к победе! И если вся Россия сорганизуется на этих же началах и усвоит себе те же самые принципы, она неизбежно завоюет себе достойное положение на земле! То государство, которое в эпоху отравления рас, посвятит себя делу совершенствования лучших расовых элементов на земле, раньше или позже неизбежно овладеет всем миром! Пусть не забывают этого сторонники нашего движения никогда! Перед лицом этой великой цели никакие жертвы не покажутся слишком большими! – Сергей Карлович перешел на крик. – Слава истинным патриотам! Слава России!

РРовцы дружно подхватили это «Слава России!». Их глаза загорелись патриотическим безумием, а руки взмыли вверх по типу фашистского «Зиг хайль». Андрей тоже кричал «Слава России!» и в этот момент чувствовал в себе невероятную силу. Казалось, он любил всех, кто стоял рядом и кричал вместе с ним. Когда крики, наконец, стихли, Сергей Карлович вызвал на сцену Кирилла, одного из сотников, а сам зашел в дом.

Кирилл был высоким атлетом с красивыми чертами лица. Его за глаза называли лосем, он, и правда, внешне чем-то смахивал на благородное парнокопытное. Как и остальные сотники, он был одет в черную форму с красной повязкой на рукаве, а на ногах у него были ботинки «доктор Мартене».

– Братья, – громко и четко заговорил Кирилл. – Сегодня пятеро новобранцев вступят в наше славное движение! Когда-то мы все проходили через это, давайте поддержим парней!

Все ободряюще захлопали в ладоши, и Андрей почувствовал себя увереннее.

– Но, – продолжил Кирилл, – перед тем, как дать нашим новым братьям проявить себя, я хочу немного поговорить с вами о том, какие беды сейчас угрожают нам и нашим родным! Думаю, я выражу общее мнение, если скажу, что в последнее время стало невозможно пройти по нашему прекрасному городу, чтобы не натолкнуться на группы кавказцев, которые стоят почти на каждом углу, таксуют и продают гнилые фрукты! Неделю назад, я думаю, все это помнят, в теленовостях прошла информация о том, что трое гастарбайтеров с Кавказа изнасиловали двенадцатилетнюю школьницу! Слава богу, это произошло не в нашем городе, но сам факт того, что это случилось в нашей стране, безусловно, не может не вызывать у истинных патриотов ненависть в черной мрази, которая, мало того, что заполонила Россию, но и позволяет себе такое, мягко сказать, скотское поведение! И я призываю вас, как истинных борцов за чистоту нашей великой нации, стоять до конца и жестоко наказывать всякого, кто позволяет себе неуважительно относиться к русским людям, к нашим матерям и детям! – Кирилл сделал небольшую паузу и внимательно посмотрел на стоящих перед ним ровными рядами РРовцев. – Я вижу в ваших глазах одобрение сказанных мною слов! Я прав?!

Кирилл получил в ответ громкое и многократное «Да» и продолжил:

– Сегодня вновь избранные члены движения должны подтвердить свою любовь к нашей великой Родине и свое отношение к тем, кто всеми силами старается ее уничтожить!

Двое сотников вывели на поляну перед крыльцом мужчину кавказкой внешности лет сорока в наручниках и наклеенным на рот широким скотчем. Мужчина шел с трудом, на его лице и одежде были видны следы побоев.

– Этот кусок дерьма, – указал на приведенного кавказца Кирилл, – держал шашлычку на одной из улиц нашего города! И, несмотря на то, что он готовил свои шашлыки из тухлого мяса, от которого, кстати сказать, многие получили отравления и неоднократно жаловались, правительство города не приняло никаких мер! Это и неудивительно, мы прекрасно знаем, что сегодня с помощью денег можно купить все, что угодно, и даже расположение правящих кругов! И это не единственный случай, когда коррумпированность власти негативно отражается на простом народе! – Кирилл сделал паузу. – Многие могут мне возразить, мол, и среди русских есть нечистые на руку коммерсанты, которые позволяют себе обманывать своих потребителей! Согласен! Но ни один из них не презирает русский народ и не старается нарочно погубить его! Русский человек не склонен к различного рода извращениям, по крайней мере, в здравом уме! Этого нельзя сказать о чурках, а иначе я не могу их назвать! Они ненавидят нас с вами и не считаются с тем, что находятся у нас в гостях! Они осознанно совершают поступки, прощение которых вряд ли возможно! – Кирилл указал на кавказца. – Эта мразь готовила свои шашлыки по очень интересному рецепту! Он мало чем отличался от остальных, правда, все же имел одну особенность! Жаря шашлыки, этот урод непременно мочился на них!

Среди РРовцев раздался гул негодования. Кирилл поднял руку в знак того, чтобы все успокоились:

– Мне противно даже представить себе, как это чучело совершало подобное! Это, блядь, настолько омерзительно, что без мата просто не выразить! Я уверен, что у каждого из вас чешутся руки наказать эту суку за подобное неуважение к нашим с вами согражданам! Но сегодня день посвящения новых братьев, и я хочу им предоставить такую возможность!

Андрея и других новичков подозвали к сцене, и двое сотников подвели к ним кавказца. В его глазах читался страх и мольба о пощаде. Со всех сторон раздались ободряющие новобранцев крики. Кто-то советовал покалечить чурку, кто-то вообще предлагал его замочить. Новички по очереди подходили к мужчине и наносили ему удары по лицу и туловищу. Один из Олегов так вошел в раж, что повалил кавказца на землю и стал изо всех сил пинать несчастного по животу. Андрей тоже крайне возмутился тому, что кавказец мочился на шашлыки, и когда он думал об этом, его начинало тошнить. Но бить взрослого беззащитного человека на глазах у толпы он не хотел. Андрей считал это нечестным поступком. Когда до него дошла очередь, он немного задумался и хотел было отказаться от участия в избиении, но затем, поддавшись гулу толпы, все-таки несколько раз, в полсилы, ударил мужчину в грудь.

– Бей сильнее, – посоветовал кто-то из толпы. – По морде бей!

Андрей ударил еще пару раз по лицу и отошел в сторону. Кавказца увели, и Кирилл вновь заговорил:

– Я хочу поздравить наших новых братьев! Знайте, с этого момента вы находитесь под нашей полной защитой и покровительством! Теперь вам нечего бояться: любой, кто посмеет обидеть вас, поплатится за это, кем бы он ни был! Но помните, что со вступлением в Национал-социалистическое движение рабочих России, вы приобретаете немало коварных врагов, и они не будут так же, как сегодня, связаны и беззащитны! Они крайне опасны, и вам необходимо постоянно быть в форме, как физической, так и духовной!

Кирилл, указав на новичков, обратился к стоящим ровными рядами РРовцам:

– Вот наши братья, давайте все вместе поприветствуем их!

Толпа вновь громко зааплодировала, но теперь это вызвало у Андрея уже испуг, а не облегчение.

– Сегодня, парни, вы пройдете посвящение, – продолжил Кирилл, – но учтите, что дороги назад у вас уже не будет! И я спрашиваю, готовы ли вы отказаться от прошлого и посвятить свою жизнь служению России?! Готовы ли вы взять на себя ответственность за будущее нашей страны?! Готовы ли жестоко карать всех тех, кто покушается на жизнь и права наших сограждан?!