Чтение онлайн

— Миссис Петрович? — позвал я. — Это Кэл Дрекслер. Проверка газовой компании?

Ничего.

Маркус прислонился ухом к двери и прислушался.

— Я ничего не слышу. Ни телевизора, ни движения. — Он прижал ладонь к двери, а затем отпрянул, слегка нахмурившись. — Здесь холодно. Слишком холодно для паршивого отопления в этом здании, но как будто изнутри.

— Может, её нет дома, — предположил я , хотя внутренний голос подсказывал мне, что это не так.

Элисон приняла решение.

— Отойди.

Она прижала ладонь к дверному замку и что-то прошептала себе под нос. Я почувствовал лёгкую пульсацию магии, и замок щёлкнул.

— Ловкий трюк, — прошептал Маркус.

— Обучение в Агентстве, — ответила она, медленно открывая дверь. — Миссис Петрович? Привет? Газовая компания!

В квартире было темно и тихо. Воздух казался каким-то не таким, тяжёлым, гнетущим, с привычным холодом Неблагого Двора.

Элисон полностью вытащила пистолет и жестом велела нам оставаться позади неё, пока она шла в гостиную.

— Проверь, нет ли там Суммарта, — тихо скомандовала она. — Я осмотрю квартиру.

Я снова активировал детектор и пошел на его сигнал в сторону спальни. Маркус держался рядом, непривычно молчаливый, и его прежняя весёлость сменилась напряжённым вниманием.

Дверь в спальню была приоткрыта. Я медленно толкнул её, и на экране детектора замигали индикаторы приближения.

На прикроватной тумбочке стояла шкатулка с Суммартом, закрытая, и выглядела она так же невинно, как шкатулка для драгоценностей. Но что привлекло моё внимание, от чего у меня кровь застыла в жилах, так это фигура на кровати.

Миссис Петрович лежала совершенно неподвижно, на её морщинистом лице застыло выражение ужаса, а кожа была такой же неестественно-бледной, как у Роберта Чена. Судя по состоянию тела, она была мертва уже несколько дней.

— Элисон, — позвал я сдавленным голосом. — Она здесь.

Она появилась в дверях с пистолетом наготове.

— Ещё одна жертва, — мрачно сказала она. — А шкатулка?

Я указал на тумбочку.

— Бездействует. Но она отличается от остальных.

Дизайн был похож, но руны по краям образовывали другой узор, не для охоты, а для наблюдения. Пассивное устройство слежения, а не активный охотник.

И её поставили в моей старой квартире, в том самом месте, где я жил, где я использовал свои способности, где я оставил следы своей сигнатуры морфа.

Это не было случайностью. Это было личное. Зимний Двор следил именно за мной.

— Нам нужно сообщить об этом, — сказала Элисон, уже потянувшись за коммуникатором.

Я кивнул, оцепенев от осознания того, что миссис Петрович, добрая миссис Петрович, которая каждую пятницу оставляла мне на пороге коврижки с корицей в жестяной банке, умерла из-за меня. Потому что она жила в квартире, где я когда-то использовал свои способности. Потому что Зимний Двор охотился на морфов и нашёл в её доме остаточную сигнатуру.

Побочный ущерб, как выразилась Мерсер. Не имеющий отношения к их целям.

Но для меня это имело отношение. Невинная жизнь оборвалась из-за того, кем я был, из-за сил, которые я не мог контролировать, из-за того, что я был настолько беспечен, что оставил следы.

Пока Элисон сообщала об открытии, я снова изучил карту, рассматривая расположение Суммартов по всему городу. Да, семь основных точек пересечения образовывали их ритуальный круг, но были и второстепенные точки, наблюдательные посты.

И вдруг с тошнотворной ясностью я увидел закономерность, которую пытался распознать. Дело было не только в лей-линиях или магических точках пересечения. Дело было во мне.

Каждая второстепенная точка Суммартов соответствовала месту, где я за последний год использовал свои способности к морфингу. Моя старая квартира. Галерея, где я поглощал энергию Камня Цветения. Общественный центр, где я помогал с небольшим призрачным явлением. Парк, где я практиковался ранним утром, когда думал, что никто не видит.

Я всегда считал, что веду себя осторожно. Теперь я понял: ящики не просто наблюдали. Они учились. А я учил их, как меня найти.

Они выслеживали меня, следуя за моей магической сигнатурой, как по хлебным крошкам.

И я привел их прямо к тем, кто был рядом со мной.

Если они уже забрали кого-то вроде миссис Петрович, то сколько времени пройдет, прежде чем они доберутся до Маркуса? Или Элисон?

Зимний Двор не просто создавал сеть наблюдения, они выстраивали систему, чтобы точно определить и захватить конкретную цель.

Кого-то вроде меня.

И теперь мне нужно было понять почему.

— Если Зимний Двор охотится за какой-то конкретной силой, нам нужно понять другую сторону этого конфликта, — сказала Элисон на следующее утро, когда мы ехали в сторону Вествуд-Хайтс. Она оторвала меня от бессонной ночи, которую я провел, изучая карты и соединяя точки между местами, где были Суммарты, и моими прошлыми перемещениями.

— Баланс, — пробормотал я, вспоминая, что мой отец говорил о Дворах. — Когда один действует, другой отвечает.

— Именно. Зимний Двор не начинал всё это. По словам Мерсер, первыми активизировались Благие. — Элисон протянула мне планшет с несколькими отчётами о происшествиях. — Необычные случаи исцеления, необъяснимое выздоровление, всплески благотворной магии, всё это происходило в этом районе.

— Так что же мы ищем? Благой эквивалент Суммартов?

— Верно. Камни Цветения. Небольшие кристаллические объекты, которые, судя по всему, усиливают человеческие способности. — Она взглянула на меня. — Возможно, это связано с тем, почему Зимний Двор отслеживает источники силы.

Я почувствовал лёгкое беспокойство. Галерея, где я впитал энергию Камня Цветения, была одним из мест, за которыми следил Зимний Двор. Если оба Двора интересовались такими морфами, как я...

По крайней мере, я понимал, что мы здесь делаем.

Вествуд-Хайтс был именно тем районом, куда богатые люди приезжали, чтобы притвориться бедными. Дома в стиле крафтсман с тщательно продуманным ландшафтным дизайном, дорогие машины, припаркованные на круглых подъездных дорожках, и достаточно места между участками, чтобы не приходилось здороваться с соседями, если только вы этого не хотите. Это было место, где люди без иронии использовали такие слова, как "осознанность" и "органический".