Чтение онлайн

– Я ранен, – пояснил ученый сухо. – Еще мне холодно. Мозг – такая же часть тела, как и все остальное, и когда тело повреждено и испытывает дискомфорт, мозг может работать хуже. Но я понял, что ты имеешь в виду: варханы из того же мира, что и цивилизация – хозяин портальных технологий. Назовем ее…

– Предтечи, – вставил Кирилл, припомнив словечко из какой-то недавно прочитанной фэнтезийной книжки.

– Как? Почему… Хорошо, пусть будут предтечи. Значит, Римская империя и варвары?

– Ну да, – кивнул Кирилл. – Только варвары не в шкурах и с дубинками, а на рогачах и тачанках, с пистолетами и помповиками, то есть скорчами.

– А колонии? Териана, еще Сайдон, Земля… – Денис снова замолчал, размышляя.

– Возможно, колонии созданы не варханами?

– Я как раз подумал об этом. Колонии в других реальностях создала старая цивилизация, предтечи. После того как изобрела портальные машины. Может быть пеоны – потомки предтечей? Но тогда почему Земля… Нет, не складывается: если Земля тоже колония, то когда предтечи на ней появились?

– Возможно, экспедиция предтечей стояла у истоков земной цивилизации, – предположил Кирилл и выплюнул спичку. – Хотя звучит это по-идиотски, как цитата из какой-нибудь книги в стиле "Тайны прошлого", ну где еще на обложках летающие тарелки над пирамидами рисуют.

– Дело не в том, по-идиотски или нет, просто с хронологией какая-то проблема. Хотя… может быть, атланты… Но ведь прошли тысячелетия – почему за это время колония на Териане не развилась в цивилизацию, подобную земной?

– Да ведь не слишком они от нас отстали, судя по всему.

– Кирилл, здесь только одно государство, Аргелис, в окружении дикого мира. Это стало понятно, еще когда мы с терианцами обменивались сведениями через передатчик. Ну, давай поразмышляем… Допустим, хронология такая: предтечи осваивают портальные технологии и создают первую колонию в реальности, которая, условно говоря, ближайшая к их Ангулему, – в Сайдоне. Через него проникают дальше – на Териану. Потом на Землю. Колонии надо поддерживать – это требует от предтечей большого напряжения, траты ресурсов. Цивилизация, так сказать, надрывается, и их захватывают варханы – варвары, возможно, с соседнего континента. Я только предполагаю, как это могло быть. Римская империя ведь пала не сразу, было несколько варварских набегов, она деградировала постепенно. Хорошо, сейчас не об этом, ты представь дальнейшую картину: цивилизация предтечей рушится, они перестают поддерживать свои колонии, портальная связь нарушается. Без поддержки метрополии колония на Сайдоне гибнет, колонисты растворяются в дикарском окружении, а терианцы справляются с ситуацией, медленно подчиняют окрестные земли, создают первое государство… Но ведь на Земле прошли тысячелетия, и наша цивилизация развилась до теперешнего уровня – так почему не развились терианцы? И сами варханы? Ведь не могли они в те времена, когда напали на предтечей, действительно быть дикарями в шкурах с дубинками. Если смогли покорить такую цивилизацию – значит, какие-то технологии уже тогда у них были. Машины, оружие… И теперь, спустя тысячелетия, они остались такими же?

– Может, у них наступили темные века, как на Земле. Не было прогресса.

– Именно что века, а не тысячелетия! А Сайдон, Териана? Про первую реальность я знаю совсем мало, но там, кажется, все хуже, чем здесь. Колонии практически нет, колонисты смешались с сайдонскими дикарями. Здесь же у потомков первых колонистов хватило сил создать не очень большое государство в окружении земель, населенных магулами. Но если в их распоряжении были тысячи лет, как у землян, то они должны были либо населить всю эту реальность, либо исчезнуть, поглощенные местной дикостью.

Кирилл сунул в зубы новую спичку, и вдруг подумал, что все это время не курил. Как отшибло… в лагере варханов на Красной площади он то и дело вспоминал про сигареты, а потом закрутилось: побег, 'Старбайт', другой мир… Какое там курево, не до того было.

Зато опять хотелось спать. Он выплюнул спичку в воду, вытянул ноги и прикрыл глаза. Словно реле какое-то в голове повернули, и мозг начал отключаться сам собой. Денис продолжал говорить – что-то про другие реальности, их количество, про инфляционную теории и о том, что вселенные – только пузырьки-флуктуации в мультиверсуме… Голос его слился с плеском воды и рокотом турбин гидростанции, он звучал и звучал, все вокруг качалось, весь мир был лодкой, которая плыла в темном потоке мультиверсума вместе с другими лодками-мирами, и между ними – льдины, пустые миры, где нет разумной жизни, способной наблюдать и осознавать окружающее… Иногда течение сталкивало лодки-миры, иногда разносило далеко в стороны, а впереди нарастал гул, он все ближе – и вот поток срывается в черную бездну, и там, в глубине, разгорается огонек. Он все ярче, светлее… Это горит лампа.

Кир схватился за катану, когда из круглого отверстия, низко пригнувшись, вышли Мариэна и мужчина в рабочем комбинезоне с газовой лампой в руках. На терианке тоже был комбез, новая куртка и черные ботинки на ногах. Ссадину на виске она замазала желтой мазью.

Ступив вслед за ней на бетонную полку, незнакомец поднял лампу, оглядел двух землян и заговорил с девушкой. Она поманила их. Привставший Денис задал вопрос, девушка ответила. Кирилл услышал знакомое слово "зурно" – "быстро", шагнул к терианцам, и тут Денис сказал:

– Нет, подожди. Кто это? – он кивнул на мужчину с лампой.

Тот, низко пригнувшись, уже полез обратно. Мариэна, снова сделав призывный жест, направилась следом.

– Пошли, – сказал Кирилл. – Это она кого-то из своих повстанцев привела. Командира их, мне кажется.

– Он может быть агентом варханов, – возразил Денис.

– Идем, идем, Штирлиц.

Потом были несколько труб, глухих коридоров и узкая, сваренная из железных прутьев галерея, протянувшаяся вдоль бетонной стены высоко над озером.

Кирилл, шагая вслед за терианцами к правому берегу, подумал о том, что ему нравится в другом мире больше, чем на Земле. Здесь ему интересно. Главное, почти исчезла обычная его флегма и равнодушие к людям. Киру был любопытен этот мужчина с лампой, его привлекала Мариэна, хотелось узнать, о чем думают терианцы, какие у них заботы… даже Денис со своим щитом сдержанности, которым он прикрывал от окружающих уязвимость, щитом, давшим в последнее время трещину, был интересен. Кир хотел больше узнать про Териану, изучить их столицу и окружающие земли, пограничье и дикие территории вокруг. И не только Териану – Сайдон, Ангулем… и другие миры. Ведь они наверняка есть, не может же во всем мультиверсуме существовать всего четыре реальности. Неужели в нем проснулся исследователь? Исследователь-путешественник… До того ведь ему ничего, кроме Сети, нужно не было.

– Эй! – позвал он через плечо. – Как этого мужика звать, спроси. Нет, лучше переведи для меня, я сам спрошу: "Как тебя зовут?"

– "Вит хоннома?" – сказал Денис слабым голосом. Судя по нему, ученого, в отличие от Кира, на галерее мутило.

– А почему только два слова?

– "Хон-нома"… "Хен" на лингвейке женщина, "хон" – мужчина…

– А "хан"?

– "Хан" – это военный. Не в том смысле, что штатный армейский, а скорее "воин" – "человек-воин".

– Ну хорошо, как ты сказал… "хонома"?

– "Нома" значит "имя", а "хоннома", скажем так, "человекоимя". Вернее "мужеимя". А "вит" – "какое" или "как". То есть вопрос переводится примерно "Как (твое) мужеимя?"

– Вит хеннома? – громко спросил Кирилл.

– Маре-Эна.

– А я – Кир-Ил. А вот его? – Он показал на провожатого. – Вит хоннома?

– Готан.

– Готан? – хмыкнул Кир. – Ему подходит.