Чтение онлайн

Москву показывали редко, первый канал. Какой-то дом на Дмитровке опять ушел под асфальт. Пикеты на Старой площади. Открылся салон Жан-Люка Бурага на Тверской-Ямской. За спиной тележурналиста спешили одетые по-весеннему москвичи, озабоченные, сосредоточенные, явно не понимающие, какое это счастье – идти

Как-то вечером без предупреждения появился Пиркс.

– Быстро собирайся, у меня все готово!

Он выглядел очень озабоченным.

Макс надел новый темно-синий костюм, белую сорочку, галстук, черные туфли из мягкой кожи. Респектабельный чиновничий вид внушает доверие. В плоский кейс положил пару белья и бритву "жиллет". Пять бриллиантов, в том числе один крупный, он потерял во время ножевой драки. Оставшиеся были аккуратно завернуты в белую бумагу и разложены по карманам – так надежней. Один, самый большой

– Я готов!

Стемнело, у подъезда стоял серебристый "ситроен" последней модели, Пиркс

– Держи…

Пиркс протянул ему французский паспорт на имя Клода Лежара. Похоже,

– Он нигде не должен выплыть, иначе у меня будут большие неприятности.

– Я понял, – сказал Макс.

Пиркс сжал губы. Вряд ли парень представил о каких неприятностях идет речь. И наверное думает, что если паспорт нигде не всплывет, то все будет нормально… Ну что ж, пусть мальчик ни о чем не догадывается. Это его долг. А за

"Ситроен" миновал пост жандармерии и выехал из города. Их не остановили,

Пару миль спустя начался широкий пустынный пляж. Пиркс притормозил у

– Через пять минут тебя заберет вертолет. Два часа лету до Лиона, в

Пиркс протянул ему маленький, уместившийся на ладони "браунинг".

– Если пилот примет радио и попробует изменить курс, заставишь его лететь

Голос Пиркса дрогнул.

– Прощай.

– Это тебе! – Макс вытащил испускающий красно-зеленоватые лучики бриллиант. Камень стоил целое состояние, но Пиркс небрежно сунул его в карман, не спуская глаз с лица сидящего перед ним человека. Как будто хотел навсегда

– Прощай.

Макс крепко обнял прожженного двойного шпиона, купившего благополучие и свободу ценой предательства. Обнял своего отца, спасшего ему жизнь. От него пахло крепким одеколоном и ещe чем-то неуловимо родным и близким… Невоспроизводимым запахом детства. Ему опять, как много лет назад, надо было бежать, оставляя отца в другом измерении. Но теперь он сам мог планировать

– Я вернусь, папа… Я обязательно вернусь!

Ярко светила луна, загадочно плескалось серебристое море. Из темноты вынырнул мигающий красный огонек, послышался стрекот вертолетного двигателя. Машина привычно коснулась песка и замерла в какой-нибудь сотне метров. Лопасти

– Беги! – сдавленно сказал Томпсон-Пиркс и отвернулся.

Чуть замешкавшись, Макс бросился к вертолету.

Томпсон-Пиркс проводил взглядом взлетающую машину и смотрел вслед до тех пор, пока мигающий огонек не растворился во мгле. И потом долго сидел неподвижно, опустив стекло и жадно глотая холодный, насыщенный ионами морской воздух. Спешить некуда – для него все закончилось. Попытаться спастись можно только одним путем: сбежав за тридевять земель. Но в его возрасте четвертую

Впрочем, одно дело у него ещe осталось. Пиркс вытащил из кармана бриллиант, отстраненно полюбовался играющим вокруг него ореолом. Открыл перчаточный ящик: там лежали девятимиллиметровый револьвер и кнопочный нож.

Потом достал телефон и позвонил Луизе.

– Послушай, девочка… Я оставил для тебя кое-что в заднем сиденье.

– Что случилось? – испуганно спросила женщина. – Что с тобой?

– Ничего… Все нормально…

– Это связано с тем парнем? Я так и знала! Где ты? Когда ты вернешься?

Луиза была в панике. Странно. На неe это не похоже – очень спокойная женщина… Он хотел сказать ей что-то хорошее, успокоить, но не смог и нажал

Телефон тут же зазвонил снова, он подумал, что перезванивает Луиза, но

– Я не могу связаться с вертолетом, Рон. Ты не знаешь, в чем дело?

– Знаю, Дик. Он должен долететь до места, и он долетит. На борту мой сын.

Наступила продолжительная пауза. Эфир был чистым, без шорохов и тресков.

– Я так и думал, что за этим стоит нечто неординарное. Ты ведь не

Томпсон-Пиркс молчал.

– Надеюсь, ты понимаешь, что это ничего не меняет? – вновь возник

– Да, я это понимаю.

– Ты очень подвел меня, Рон. Да и всех нас подвел. Я ведь сообщил в Центр, что успешно провожу "Замещение" и там ждут результатов. А теперь я

– Извини, Дик. Мне очень жаль.

Уоллес вздохнул.

– Ладно, Рон. Мы долго работали вместе, какие тут могут быть счеты. Но ты

– Где ты сейчас?

– Там, куда садился вертолет. Скоро поеду обратно. Наверное, через

– Да, Рон, это будет нормально. Через полчаса. Ты настоящий мужчина. Мне

– Прощай, Дик.

Телефон ожил снова. На этот раз звонила Луиза.

– Ты где, Рональд? Я хочу приехать к тебе!

– Я сам приеду к тебе, девочка. Знаешь, раньше меня звали Томом. А ещe

– Что? Что ты говоришь?! Ты где, Ронни?!!

Пиркс совсем отключил телефон.

Ровно через полчаса, опустив левое и правое стекла, он развернулся и медленно поехал в сторону города. Вскоре впереди раздался рев мотоциклов, четыре фары, как неводом перекрыв шоссе, быстро приближались. Они охватили "ситроен" полукольцом: черные кожаные куртки, темные отблескивающие маски

Он выстрелил первым: вначале влево – темное стекло шлема разлетелось вдребезги, на миг за ним мелькнуло белое лицо, но оно тут же тоже стало темным

– Пш! Пш! Пш! – лобовое стекло машины брызнуло осколками, сквозь маленькие дырочки ворвался ледяной ветер смерти. Перегнувшись вправо, Пиркс выстрелил ещe дважды – второй мотоциклист слетел в кювет, но тут сразу две пули

Макс прилетел в Лондон ночью. Переночевал в аэропорту, утром абонировал в Британском банке сейф на предъявителя, спрятал бриллианты, тщательно записал шифр и пароль. Потом из таксофона позвонил Худому. Перед тем, как отправиться на встречу, он зашел в непривычно чистый общественный туалет, разорвал на крохотные клочки французский паспорт, спустил в унитаз и тщательно промыл. Он

– Они все смотрят на меня! Понимаешь – смотрят! И сдерживают улыбки! Или

Фокин тяжело вздохнул. Эти сцены стали ежедневными и аппетита за

– Тебе просто кажется. Доктор сказал, что это остаточная реакция, это

Лучше бы он этого не говорил. Как бензином плеснул в тлеющий костерок…

– Много знает твой доктор! Да и ты вместе с ним!

Наташа уперла руки в бока и широко расставила ноги, приняв агрессивную позу базарной торговки. Раньше она так не делала – одно из многочисленных