Чтение онлайн

Мир потонул в жаре его прикосновений. Он срывал с меня самообладание, как с плеч одежду — легко, почти небрежно, но с одержимостью, будто я принадлежала ему по праву. Я пыталась сопротивляться, хоть для вида — уколоть его словом, отстраниться, вернуть контроль… но стоило его пальцам сжать мою талию, прижать к себе, и всё рушилось.

Мы столкнулись, как пламя и шторм. Ни мягкости, ни нежности — только ярость, притяжение, поцелуи до головокружения. Он целовал меня, как будто дышал мной. А я отвечала — потому что сдерживаться больше не могла.

Это не было игрой. Это был взрыв.

Его рука прошла по спине, оставляя за собой огонь, и я судорожно вцепилась в его плечи, сама не понимая, хочу ли притянуть его ближе или оттолкнуть.

Он сам был искушением — тёплым, тяжёлым, одурманивающим. И я тонула. Не в поцелуях. В нём.

— Ты сведёшь меня с ума, — выдохнул он, прерываясь лишь на секунду, чтобы провести губами по моей шее. — Но, черт возьми, я уже не хочу быть в себе.

Одежда исчезала между поцелуями и жадными касаниями, между нашими короткими вдохами и хрипами. Мы не остановились, когда спина ударилась о матрас. Не остановились, когда его пальцы скользнули мне в трусики и утонули во влаге, будто искал подтверждение того, что я его хочу. И черт побери, он его нашел!

Я желала этой близости также сильно, как и он.

Когда он вошёл в меня, это было не нежно. Это было дерзко, требовательно, без тени сомнений. Я выгнулась ему навстречу, пальцы сжались в его волосах, а губы сорвались с дыханием, которое перешло в тихий стон.

Он двигался с бешеным ритмом, будто боялся, что я исчезну. А я держалась за него, впивалась ногтями в спину, теряла себя в каждом толчке, в каждой вспышке страсти.

Мы были не любовниками. Мы были катастрофой. Красивой. Разрушительной.

Я чувствовала, как он становится всё более жадным, более резким — и знала: он на грани. Моё тело отзывалось на каждый его толчок, на каждый хриплый выдох у моего уха. Внутри всё сжималось, разгораясь до предела, пока не вспыхнуло — ослепительно, беспощадно, сладко до боли.

Я вскрикнула, потеряв дыхание, и в тот же миг он тоже сорвался — с глухим стоном, сжимая меня так, будто отпустить означало потерять навсегда. Его движения стали резкими, короткими, пока он не застыл, всё ещё внутри меня, тяжело дыша.

Несколько секунд — только наши сердца, только жар, только осознание того, что только что произошло.

Он медленно опустился рядом, притянул меня к себе, не отпуская ни на миллиметр. Его ладонь лежала на моей талии, а губы прикасались к макушке.

— Ты моя, — прошептал он. — Что бы ты там себе ни внушала.

Я не ответила. Слова остались где-то за пределами этой комнаты.

Сейчас были только его руки. Его дыхание. Его тепло.

Я чувствовала, как он дышит — медленно, глубоко, грудью прижимаясь к моей спине. Его пальцы лениво скользнули по моему боку, потом замирают, будто и ему, наконец, стало достаточно.

Тишина накрыла нас, как мягкое покрывало.

Тело расслабилось, мысли рассыпались, и я позволила себе утонуть в этом моменте. Глаза сомкнулись сами собой.

Я даже не заметила, в какой момент провалилась в сон — просто исчезла, тихо, будто растворилась в нём.

Я проснулась внезапно — не от шума, не от движения, а будто из-за внутреннего толчка. В комнате было тихо, только дыхание Себастьяна, ровное, глубокое, он спит по-настоящему. Луна светила сквозь тонкую занавеску, рассыпая бледные отблески по полу.

Я приподнялась на локтях и сразу почувствовала — что-то… не так.

Тонкая, едва уловимая нить магии соединяла нас. Одна шла от меня — нежная, серебристо-блестящая, словно сотканная из самого моря. Другая — от него, более плотная, пульсирующая в такт сердцу.

Я замерла, прислушиваясь к ощущениям. Нет, он не наполнял меня своей силой, не навязывался. Наоборот. Поток от него был странным, почти прозрачным. А вот от меня… Моя магия текла к нему, легко, свободно, будто сама стремилась вплестись в его суть.

Русалочья магия. Чистая, первозданная.

Он впитывал её. Неосознанно, во сне. Не с жадностью, нет. Просто принимал. И становился сильнее. Я это чувствовала — как будто часть моей силы теперь пульсировала в нём. Удивительно, но это не пугало.

А ещё страннее было то, что я не ощущала себя слабее. Словно внутри меня открылся скрытый источник, доступный только для него. Особый резерв — личный, только для Себастьяна.

И… теперь я знала точно — он стал сильнее. И станет ещё. Видимо, так и происходит таинственный магический обмен. Хотя… какой же это обмен? Это скорее одностороннее потребление. Но почему-то я не злилась. Напротив — желание напитать его, наполнить до краёв, казалось важным, необходимым. Будто от этого зависело нечто большее, чем просто его сила.

Что ж, Себастьян… ты всё же получил свою русалку.

Я тихо вздохнула, и в тот же миг он шевельнулся. Его веки дрогнули, глаза приоткрылись — и я увидела, как магические нити растворяются, исчезают без следа, будто их никогда и не было. Любопытно.

— Мел… ты чего не спишь? — прошептал он хрипло, голос ещё сонный, тёплый. Протянул руку, обвил меня и притянул к себе. Его тело — горячее, сильное — укрыло меня словно щитом.

Он нашёл мои губы и поцеловал — лениво, но с тем наслаждением, которое говорит: «ты моя».

— Спи, а то я тебя трахну, — пробормотал он, зарываясь носом в мои волосы.

Это прозвучало как-то слишком заботливо для угрозы. Я не сдержала лёгкого смеха.

— Это угроза или обещание? — прошептала я, но он уже не ответил. Его руки снова обняли крепче, тёплые ладони легли на мою талию. Он дышал ровно, глубоко, уткнувшись в мои волосы, будто ни за что не собирался отпускать.

А я… я улыбнулась и закрыла глаза.

Пусть так. Хотя бы этой ночью Локфорд будет моим плюшевым мишкой.

Утро встретило меня тишиной и пустотой рядом. Тёплая сторона кровати остыла, а вместо Себастьяна — только складка на простыне и маленький, аккуратно сложенный листок.

Я потянулась, села, взяла записку. Какой у него почерк характерный — размашистый, резкий, будто он писал на ходу, не удосужившись сесть. Почерк Локфорда.

'Не скучай без меня, мелкая. Я бы остался, но не хочу, чтобы ты снова захотела меня раньше, чем позавтракаешь.

p. s. Ты всё равно моя.'

Я закатила глаза и усмехнулась. Ах ты наглый гад. Но, чёрт возьми… улыбка не исчезала.