Никем не победимая!
Шрифт:
– А как же вопрос ? – раздался другой весёлый голос – кому вы тогда его зададите ? Веселишься ? Ну веселись, веселись… Пока…
– А мне ответ на вопрос не так уж и нужен – сам додумаюсь. Или докопаюсь… Минута вам, парни: потом – извините… Время пошло…
– Хорошо… раздался через несколько десятков секунд голос командира – мы согласны на ваши условия, но если обманете…
– Знаю, знаю… - ухмыльнулся я, наблюдая за лежащими за кочками и бугорками диверсантами – на том свете достанете… Встаём на колени; выкладываем перед собой всё оружие: автоматы, гранаты, ножи, ремни с кобурой и хитро спрятанные пистолетики... Отползаем на три метра и садимся на пяточки не отрывая колен от земли. Не сочтите это за унижение – это обычная мера предосторожности с таким как вы… - польстил я диверсантам. Мелочь – а приятно слышать это тем, кто вынужден выполнять наши требования, как бы это не оскорбляло их профессиональную гордость... И моим бойцам спокойнее… Диверсанты нехотя разоружились. Но не все полностью… Когда они отползли на положенные три метра, я снова обозначил себя голосом, не появляясь из-за дерева: я хоть и защищён магией, пофигизмом не страдаю:
– Ай, яй, яй… Как нехорошо… Мы к вам со всею душой, а вы, как малые дети – нас обманываете… Командир диверсов, окинул взглядом своих бойцов и выкрикнул раздражённо:
– Кончай глумиться, выходи… Понимаю – надо "держать лицо"…
– Ты скажи своему чернявенькому – пусть он пистолетик и гранату сложит в общую кучу. И ползком туда-сюда – раз он такой умный !
– "Голем" – мать твою за ногу ! Нашёл время для гонора ! Живо выложил всё, что сказали ! – рявкнул зло командир диверсантов. Чернявенький "весельчак" молча подполз, выложил "Вальтер" ППК из внутреннего кармана бушлата; достал гранату - из необъятных штанов и положив их на кучу оружия, показательно послушно отполз на своё место. Странное погоняло, или позывной. И симтоматичный, на что то намекающий… Ладно, не важно. А вот сейчас можно и поговорить…
Вышел из-за дерева; дёрнул пальцы вверх, подавая команду – выйти "из тени"… Бойцы, похожие на леших в своих маск. Накидках, поднялись со своих мест, разобрали каждый своего диверсанта для контроля. Пулемётчик с боку переместился чуть назад и лежал за пулемётом, готовый любого срезать короткой очередью ! Все диверсанты на мушке; любое движение контролируется, а любой резкий чих может привести к открытию огня. На поражение… И командир и остальные правильно оценили своё положение, даже расслабились, сидя на пятках, хотя выпрыгнуть в стойку или уйти кувырком в сторону тренированному бойцу – раз плюнуть: моими такое отработано на раз !
– Спецназ СССР – произнёс я и уточнил – "Лесные призраки"… В глазах командира мелькнуло уважение – слышали, значит… А вот чернявенький вздрогнул от чего то. Глянул на ауру – а там целый тайфун эмоций ! Любопытно – отчего бы такой ураган ? Командир ответил:
– Осназ СССР. Выполняли особое задание – и добавил – может отойдём, побеседуем, как свои: всё же из одного ведомства… И бойцов моих перестанете держать в таком унизительном положении…
– Погодим немножко с беседой… - туманно ответил я, а пока – во избежание, так сказать… Глянул на снайпера и мотнул головой. Тот закинул, через голову, винтовку на спину и пошёл собирать оружие от кучки к кучке. Набрал; отнёс за кусты; вернулся за новым "сбором"… А мои бойцы продолжали контролировать сидящих. Снайпер отнёс последнюю "порцию" и остался там – за кустами. Думаю – воображение подсказало диверсантам: присел где-нибудь и винтовку направил на сидящих… А я приступил ко второй части моей думки о диверсантах…
– Пока мы вас не взяли – было у меня к вам два вопроса… Сейчас у меня остался один, но я вот думаю: а стоит ли вам его задавать ?
– А вы задайте ! – выкрикнул чернявый – как говорит товарищ Сталин: Попытка не пытка… Командир неодобрительно посмотрел на весельчака, а я "подлил масла в огонь" :
– Хреновенький вы какой то осназ, если подчинённые рот открывают без разрешения командира… Боец хотел что то возразить, но командир рыкнул на него свирепо:
– "Голем" – заткнись ! Дома я с тобой поговорю ! Чернявенький только еле заметно улыбнулся. Весело ему, а аура по прежнему бушует !
– Насчёт дома – это ты командир поторопился с обещанием… - небрежно возразил я. Диверсанты тут же напряглись…
– Это почему же ? – бросил командир и добавил - а как же насчёт вопроса ? Неужто своих убьёте ? Правда ведь всплывёт всё равно…
– Во первых вы нам не свои ! – безжалостно сказал, словно плюнул я – вы похитили нашего военврача и отправили его куда то самолётом… Мимолётная растерянность мелькнула на лице командира, да и остальные бойцы серьёзно озаботились: на подобное любая "контора" реагирует очень болезненно. А я продолжал давить:
– Вы живы и здоровы пока только потому, что не убили часовых, а обездвижили, иначе бы с вас сейчас с живых сдирали шкуру и вы бы ответили не на один вопрос, а на сто один ! Какие вы после этого свои и о чем мне с тобой говорить командир ? О погоде ? О Москве ?
– И потом: мне как то неловко разговаривать с… покойниками… - небрежно продолжил я. – Нет: мы вас убивать не будем – мы вас отпустим… Вас убьют свои… Вы же в город идёте – на явку местных НКВДешников ? Вот там вас и убьют. Отравят, скорее всего… - закончил я равнодушно. Диверсантов пробрало "не по детски"…
– Командир… - обернулся к сидевшему за спинами бойцов командиру один из диверсантов – мне очень не понравился взгляд одного из местных, когда он прочитал пакет, который ты ему передал… Но командир – он и в Брянских лесах командир:
– И за что же нас отравят ? Просвети, если не трудно ? Отвечу: раз спрашивают – мне не трудно… Обернулся к лесу за моей спиной:
– Товарищ капитан медицинской службы… Будь ласка – появись перед страждущими получить ответ на вопрос… Через несколько секунд кусты раздвинулись и ко мне подошла Грета Мюллер… У командира диверсантов глаза полезли на лоб, но он командир – в себя пришёл быстро, чего не скажешь о подчинённых – изумлены были до неприличия и даже не могли этого скрыть…
– Первое – товарищи из осназа. Задание вы не выполнили: самолёт с пленницей не долетел до места назначения. Более того: он сел на улице города Трубачёвска. Правда ночью, но гул мотора ваши коллеги могли и услышать. А вы ведь доложились, что груз отправлен…
– Второе. Самолёт должен был совершить посадку в городе Орёл – во второй танковой группировке Гудериана и пленница должна была быть передана немцам. Вот такая конечная цель вашей операции… Бойцы ошалели ещё сильнее – переглядываясь друг с другом.
– Третье – передохнув, продолжил я – о этой операции товарищ Берия, я полагаю – не знает. Совсем не знает, а значит она проводится незаконно: с ведома одного из его замов. И Лаврентий Палыч будет очень огорчён, когда о ней узнает. Очень огорчён ! – нажал голосом. Вот тут диверсам стало совсем ай яй яй. Представили себе воочию…
– Так что после проведения незаконной операции вы – нежелательные свидетели, которых нужно убрать. А уж при невыполнении задания – тем более… Так что вы – покойники – товарищи из осназа. И единственный вопрос вам задавать даже как то не хочется: зачем на покойников вешать ещё и ответственность за разглашение секретных сведений ? Хотя это всего лишь сведения о том – кто вас приговорил к смерти за его личные интересы… Так что – поживите ещё: немного до Трубачёвска или подольше – до перехода линии фронта… Повернул голову; мотнул головой. Из-за кустов вышел снайпер с охапкой ремней с кобурами. Подошёл к сидящим впереди диверсантам, оставив между им и сидящими три метра и положил всё это хозяйство на землю…
– Оружие своё возьмёте, пройдя по нашим следам метров через сто… Ну а пистолеты – забирайте сейчас: неуютно военному в лесу без пистолета… - ухмыльнулся я – разбирайте – где чьё… И счастливо оставаться… Диверсанты с трудом поднялись на ноги: всё же они не восточные люди, умеющие долго сидеть в таком положении – подходили; разбирали свои ремни с пистолетами; опоясывались…
– А вопрос, на прощание, задать не хочешь ? – криво улыбнулся командир. Я покачал головой и пожал плечами:
– А зачем ? Я примерно знаю ответ на вопрос, да мне и не к спеху. Придёт время – узнаю… Я не любопытный – я любознательный… - ответил командиру, явно напрашивающемуся на решение возникшей у него и его группы проблемы жизни и смерти. Не буду спешить – ещё не все "актёры" сыграли свои роли… И точно ! "Голем" рванул из расстёгнутой кобуры ТТ и мгновенно вскинув руку, выцеливая меня, крикнул: