О клинках и крыльях
Шрифт:
На память приходят птицы, убившие Элдриха и чуть не прикончившие всех нас. Они ведь не ждут, что мы убьем одну из них, правда?
— Никогда не следует охотиться поодиночке и недооценивать опасность. Многие из вас уже сталкивались с Крикунами20, защитниками кроны. Вне стен Фезерблейда у вас не будет от них защиты, а снаружи их водится довольно много. В этот раз мы принимаем команды добровольцев, но приготовьтесь к обязательному участию в Оскорелле во время следующего визита нашего славного лидера.
Итак, этих птиц называют Крикунами. Разумно, учитывая, какие ужасающие звуки они издают.
И у меня всего три недели на подготовку, прежде чем я, возможно, снова с ними столкнусь?
Помоги мне Фрейя!
Эрик хлопает в ладоши.
— Будущие кухонные работники, за мной, пожалуйста, — зовет он и идет к дверям позади сервировочных столов. Многие фейри поднимаются и следуют за ним, включая Бранку.
Я тихонько ругаюсь. Я хотела выбрать это направление, но мое желание избегать Бранку такое же сильное, как и в случае с Оргидом и Ингой.
Брунгильда встает из-за стола, ее нежный голос вызывает спокойствие.
— Ожидайте меня около Крыла Волка, если желаете научиться плаванью.
Это для меня не вариант. Я хорошо плаваю, на самом деле, лучше большинства, но без Фрейдис, которая вытащила бы меня, если я потеряю сознание в воде, риск утонуть слишком высок. Остается судоходство.
— Те из вас, кто хочет научиться управлять кораблем, спуститесь вниз по главной лестнице и ждите там.
Я бегу к сервировочному столу, хватаю яблоко и небольшую булочку, и выхожу из Обеденного зала. Оргид, Инга и Нави стоят около входа в Крыло Волка с теми, кто ждет Брунгильду, и я облегченно выдыхаю, когда сворачиваю налево и направляюсь к главной лестнице.
***
Когда я вижу Вальдис, стоящую перед большой лодкой и ждущую нас, я чувствую облегчение. Я восхищаюсь Вальдис, и поэтому чувствую себя неловко рядом с ней, но она не бросает на меня уничтожающие взгляды, как Брунгильда и не вздыхает разочарованно, как Харальд.
Я провела довольно много времени на кораблях, лавирующих между льдинами, но не больших, а скорее крохотных карвах21 для трех-четырех человек. Судно, которое я вижу сейчас, сможет вместить человек двадцать, и паника щекочет мои внутренности при мысли, что мы можем поплыть к водопаду. Я ем яблоко, пытаясь успокоиться.
В группе нас восемь, и здесь Хенрик, красавчик-фейри Двора Земли и Мартом, юный фейри Двора Льда с впечатляющим запасом магии.
— Прежде всего, — говорит Вальдис, стукнув по борту лодки, — проверьте корабль. Заботиться о судне — первая необходимость.
Она рассказывает, как проверить древесину на дыры и пробоины, и показывает, как залатать их густой, пахнущей елью смолой. Мы переходим на корабль, некоторые делают это изящнее других, и точно также проверяем палубные доски и мачты.
Вальдис кидает небольшие отрезки веревки каждому из нас по очереди, и я радуюсь, что ловлю свой.
— Корабль силен настолько, насколько прочны его канаты и узлы, — говорит она, а потом учит нас серии узлов. Все они мне знакомы и мне даже удается держать под контролем желание пойти в галерею и найти более сложные варианты узлов.
Вальдис движется по кораблю, рассказывая нам, какой узел используется для крепления груза, какой — для парусов, и наконец, какие нужны чтобы встать на якорь или садиться на берег.
— Лучшие корабли имеют неглубокий корпус, что позволяет им причаливать к песчаным берегам, — объясняет она, и переходит к информации о парусах и показывает, как вращать ярд — канат, на который крепится парус — чтобы контролировать скорость и направление лодки.
Я уже знаю все это, но все равно слушаю внимательно, потому что корабль очень сильно отличается от тех, на которых мне приходилось плавать. У него сложная, незнакомая мне система парусов в виде заостренного треугольника, по десять мест для гребцов с каждой стороны и место для крепления груза по центру.
Хотя мы все еще находимся около ступеней, Вальдис велит каждому из нас занять место гребца. Тяжелые деревянные весла располагаются на кольцах около бортов, а сидения приподняты, чтобы гребцам было удобно работать с ними.
— Вы можете использовать вашу природную магию, чтобы усилить скорость весел. Так вы сможете грести дольше, — говорит Вальдис, и я хмурюсь. — Попробуйте.
Я сомневаюсь, что у меня получится сделать это, так что особой надежды я не испытываю. И все-таки, я кладу жезл вдоль весла и прижимаю его обеими руками, стараясь поместить в дерево немного магии льда. Мощный, прохладный поток магии прокатывается по веслу, и оно ускоряется куда сильнее, чем я могла себе представить.
Моя магия стала сильнее? Кажется, нет. Я задумываюсь о том, что возможно, я настолько мало задумывалась о ней, что упустила моменты, в которых магия могла и правда мне помочь.
Наконец, мы поднимаем парус. Скольжение судна по воде дарит ощущение свободы.
Все это время Хенрик болтает, флиртуя не только с Вальдис, но и с каждым фейри на борту. Благодаря его веселым подбадриваниям мы быстро находим общий ритм гребли и скользим вниз по изгибам реки. К счастью, мы и близко не подплываем к водопадам, и плотная листва кроны всегда укрывает нас, так что нет никаких шансов, что на нас нападут Крикуны.
На обратном пути Вальдис проверяет, что каждый из нас запомнил из узлов, что она показывала.
— Мадивия, сюда, — зовет она, когда Фезерблейд показывается на горизонте. Я откладываю тяжелое весло, перекинув его через ноги, и встаю.
Живот сводит.
Вот дерьмо.
У меня есть секунда на то, чтобы перенести вес, но ее недостаточно. Тьма застилает взгляд, и сознание покидает меня.
***
Первое, что я понимаю, придя в себя — я не могу нормально дышать. Мои рот и нос заполнены водой.
Второе — я нахожусь в воздухе.
Следующие несколько секунд я задыхаюсь и хватаю воздух, и только потом понимаю, что произошло.
Я выпала за борт лодки в реку и Вальдис вытащила меня.
Ее крылья аккуратно взмахивают, когда она возвращает нас обеих в лодку. Мои волосы прилипли к лицу, одежда прилипла к телу, и я откашливаюсь водой. Тем не менее, мне удается стоять на своих ногах, пока остальные семеро фейри пялятся на меня.
Шестьсот пятьдесят восемь. Я пережила еще один. Мой живот бурлит, так что скорее всего, я наглоталась речной воды.