Чтение онлайн

– Вот мои пальчики. Вот мои коленки. А это, вот это – мое ушко! А что здесь, у меня под кофточкой? Никак не подберу подходящее слово!

Роза с Пьеро улыбнулись.

Они увидели неоновую вывеску, как только свернули на ту улицу, где находилась штаб-квартира Джимми Бонавентуры и его людей:

Логово гангстеров располагалось в сером каменном здании, похожем на другие дома квартала. Все их давно построили, и они выглядели внушительно по сравнению с убогими домишками и невзрачными церквами Монреаля.

У входной двери стоял охранник. Он наблюдал за ними, когда Роза и Пьеро поднимались по ступеням крыльца заведения. Они не ожидали, что внутренняя обстановка окажется настолько богатой. Они привыкли к монреальским публичным домам, обычным небольшим двухэтажным домишкам, превращенным в бордели. А это была настоящая гостиница, причем отнюдь не из дешевых. В просторном вестибюле пианист играл на рояле. По обе стороны помещения наверх поднимались отполированные и сверкающие лестницы. Повсюду царила безукоризненная чистота. Хорошо одетые мужчины за столами играли в карты. На стене красовалась картина, изображавшая резвящихся ангелочков. Люстра была потрясающая, с сотнями хрустальных подвесок, время от времени издававших негромкий перезвон.

Обувь Пьеро и Розы тонула в ворсистом ковре с рисунком из голубых и розовых цветов. Они стояли там и смотрели себе на ноги, пытаясь сообразить, продолжат ли ботинки тонуть в ворсе. Этого не произошло.

Все шлюхи были обворожительны. Роза, конечно, слышала разговоры о том, что у Джимми самые красивые потаскухи в городе. Но она понятия не имела, что это означало. Она представить себе не могла, как один тип женщин можно считать более привлекательным, чем другой. Она видела, что все они полногрудые. Задницы у них были большие и красивые, а когда они садились, казалось, что на стулья опускаются гигантские парашюты. Она видела, что эти женщины не только выглядят красивыми, они еще прекрасно ухожены. От них исходил замечательный запах, когда они проходили мимо нее, ей даже хотелось поглубже вдохнуть. Одна девица в белых чулках на мускулистых ногах напомнила Розе единорога.

Откуда ни возьмись возник мужчина с простреленными щеками: на одной был шрам от входа пули, на другой – шрам от ее выхода. Он провел Розу и Пьеро вверх по лестнице и дальше по коридору на встречу с Джимми.

Макмагон и Джимми руководили организованными преступными группировками. В профессиональном плане они были одинаково могущественны. Но перед миром они себя выставляли по-разному. У Макмагона в центре Монреаля была небольшая, довольно скромная контора, чтобы не привлекать особого внимания как к нему самому, так и к его преступной деятельности. Он делал все, чтобы обеспечить безопасность не только себе, но и своим близким: Макмагон полностью отделил жизнь семьи от преступной деятельности. Он собирался со временем порвать отношения с преступным миром и стать законопослушным гражданином.

Джимми не вел двойную жизнь, у него все происходило в гостинице «Ромео». Он обожал показуху. Любил всем совать под нос свое неправедно нажитое богатство. Даже полицейским. Даже если это кончалось для него арестом. Даже если бы это привело его к краху. Он полагал, что не стоит жить, если люди не видят, как он живет, и не поражаются этому. Вся его жизнь походила на пеструю бродвейскую постановку.

Джимми сколотил состояние, когда выпивка была запрещена законом. Это преступление было ненастоящим, всего лишь временным. Теперь, когда сухой закон отменили, он продолжал заниматься самыми разными другими преступными делами, умножая свое богатство.

Но дома у него не было красивой жены, которой бы он изменял, тем самым унижая ее достоинство. У него даже постоянных подружек никогда не водилось. Джимми спал с разными проститутками. Иногда он оставался с одной девушкой несколько недель, но никогда больше, и никогда ни одной не сулил долгих отношений. По мнению некоторых, если оставить в стороне убийства, то образ жизни Джимми был менее аморальным, чем у Макмагона.

Он никогда не делал вид, что является не тем, кем был на самом деле, подготовленный к этому всем своим воспитанием.

Он поощрял развитие преступности. Он делал преступный мир частью повседневной жизни. Он стремился к тому, чтобы городом правили бандиты. Ему хотелось, чтобы люди смотрели на преступников снизу вверх и сами желали пополнить их ряды.

Густая темно-каштановая шевелюра Джимми была постоянно растрепана. Нос слишком выдавался вперед. Еще когда он был малышом, взрослые переживали из-за того, что нос у него вырастет слишком большой. Из-за густых, выгнутых бровей взгляд его казался недоверчивым. Но голубые глаза были фантастически красивыми. Когда он улыбался, в ряд выстраивались прекрасные, крупные зубы, а глаза раскрывались шире, и голубизна их на смуглом лице становилась особенно притягательной.

Выражение лица Джимми соответствовало его непредсказуемому настроению. Нечего было и думать о том, чтобы его убить или ниспровергнуть. Он вымачивал слова в вине и закаливал их в огне. Они были способны повести людей на смерть и на подвиг. Причина его успеха, в отличие от Макмагона, заключалась не в том, что он был расчетливой рабочей лошадкой. Причина его ошеломительного успеха заключалась в том, что рисковал он отчаянно, пути его были неисповедимы, а интуиция почти сверхъестественна.

Так вот, Роза с Пьеро сидели напротив него через стол. Макмагон сказал Джимми, что после передачи героина и завершения выступлений тот мог всадить Розе пулю между глаз и избавить ее от страданий. Предполагалось также, что он прикончит любовь всей ее жизни – Пьеро, который наверняка будет ее сопровождать.

Макмагон предупредил его, что с ней постоянно надо быть начеку, потому что Роза была гораздо отчаяннее ее парня. Он добавил, что, даже если он будет одет как гангстер, Пьеро не способен на насилие. У него замедленная реакция. Даже если он попытается кого-нибудь ударить, ощущение будет такое же, как от удара подушкой.

Пьеро взял цветок из вазочки на столе. Стряхнул со стебля капельку воды и заложил цветок себе за ухо. Черная кошка спрыгнула из форточки на стол и затем устроилась на коленях у Пьеро.

– Утопи эту тварь в ванной, – сказал гангстер. – Господи, спаси.

Пьеро пропустил его слова мимо ушей и продолжал гладить кошку по голове. Кошка была черная, только нижняя половина мордочки ее белела, как будто намазанная кремом для бритья.

– Привет, моя милая, – говорил ей Пьеро. – Мы тут с тобой, конечно же, для того, чтобы рассуждать о приятном в самой неприятной обстановке. Тебе бы надо сделать что-нибудь совсем плохое, чтоб ты не возродилась в человеческом облике. Невелика заслуга ходить на двух ногах. Она очень переоценена.

Бандиты удивленно смотрели на него. Они были уверены, что, если бы он жил в Нью-Йорке, его бы за такие слова тут же прикончили. Всем им хотелось знать, почему канадская смазливая бабенка выбрала себе в партнеры такого придурковатого шута горохового. Но Джимми это понял сразу же. Потому что Пьеро позволил ей быть свободной.

Роза и Джимми сидели, как сидели, и глядели друг другу в глаза. Внезапно до Джимми дошло, почему Макмагон так ее возненавидел. Он тут же понял кое-что про Макмагона, о чем раньше не подозревал. Он знал, что Макмагон человек особого склада. Он относился к тому типу мужчин, которые ненавидели мать Джимми. К тому типу мужчин, которые смотрели на его мать свысока. К тому типу мужчин, чьи мерзкие взгляды заставили мать Джимми выброситься из окна.