Чтение онлайн

— Прямого контакта не будет, — твердо сказал Корнев. — Есть идея, как помочь дистанционно. Но мне нужно ваше разрешение.

Снова пауза. Корнев слышал, как на том конце кто-то тяжело дышит. Полковник знал, на что идет. Если план провалится, вся ответственность ляжет на него.

— Мертвые легионеры нам тоже ни к чему, — наконец произнес Алексеев. — А живые еще пригодятся для будущей геополитики. Добро даю. Но, Барон, — в голосе комбрига появились стальные нотки, — Не светись перед ушастыми! Действуй, но крайне осторожно. Конец связи.

— Есть! — Корнев с облегчением выдохнул и повернулся к своим офицерам, которые с напряжением ждали решения. — Смолин! Твой звездный час настал, лейтенант.

Молодой командир взвода БПЛА, до этого скромно стоявший в стороне, тут же подобрался. Его глаза, обычно сонные, загорелись азартным, хищным огоньком.

— Задача ясна, товарищ капитан, — он даже не стал дослушивать. — Уработать ушастых.

— Именно, — кивнул Корнев. — Сними мне всех троих магов и вон того хмыря в золоченом шлеме, который орет громче всех. Похоже, это местный командир. Сделаешь тихо, чтобы никто даже не понял, откуда прилетело.

— Будет сделано, — Смолин коротко козырнул и бросился к своей машине, на ходу выкрикивая фамилии операторов.

Из «Спартаков», где размещался взвод БПЛА, с пронзительным жужжанием выпорхнули четыре небольших, похожих на хищных насекомых, FPV-дрона. К каждому из них снизу, синей изолентой, ведь это надежно, были намертво примотаны гранаты от РПГ с термобарической боевой частью. Не самое изящное инженерное решение, но в полевых условиях работало безотказно.

«Птички» не стали набирать большую высоту. Они пошли под кронами, огибая стволы деревьев и проскальзывая под мощными ветками. Операторы, сидевшие в машинах, надели очки и теперь видели мир глазами своих дронов. Пальцы порхали над пультами управления, ведя смертоносные аппараты к цели.

Корнев и остальные офицеры продолжали следить за ситуацией через основной разведывательный дрон, который неподвижно висел на высоте двухсот метров. Картина внизу становилась все более плачевной. Римский строй окончательно смешался. Легионеры дрались уже не в составе когорт, а небольшими, разрозненными группами, спина к спине, отбиваясь от наседающих со всех сторон малоранов.

Как раз в этот момент ушастые маги, видимо, решив закончить бой одним мощным ударом, вышли на открытое место. Троица встала треугольником и начали творить какое-то совместное, судя по бешеной концентрации магии в воздухе, глобальное заклинание. Земля под их ногами начала светиться багровым, а воздух вокруг них пошел волнами, как над раскаленной печью.

— Смолин, они готовят какую-то хрень! — рявкнул в рацию Корнев. — Время!

— Вижу, командир! — донеслось в ответ. — Цели распределены. Парни, готовность ноль. Работаем!

Четыре маленькие точки на экране основного дрона, резко взмыли вверх, выходя на боевой курс. А затем, спикировали с неба, как четыре гребаных ястреба с взрывчаткой в когтях.

Для участников средневекового побоища на поляне их появление было полной неожиданностью. Никто не смотрел в небо, все до единого были поглощены боем. Первым что-то неладное заметил один из телохранителей командира ушастых. Он услышал тонкий, нарастающий свист, инстинктивно поднял голову и увидел несущуюся на него с неба точку. Но успел только открыть рот, чтобы закричать.

Карусель ударов из четырех дронов-камикадзе оказался для всех участников этого средневекового косплея абсолютным, шокирующим сюрпризом. Поляну сотрясли четыре оглушительных, следующих один за другим, взрыва. Три мага, творившие свое глобальное заклинание, и разодетый в золото командир ушастых просто испарились в ослепительных вспышках термобарических зарядов. На их месте остались лишь выжженные, дымящиеся воронки и разбросанные по округе ошметки плоти и оплавленных доспехов. Ударная волна разметала в стороны их личную охрану, контузив и переломав кости десятку элитных бойцов малоранов.

Все, кто находился на поляне, на мгновение замерли, бой остановился. Римляне, оглохшие и ослепленные, опустили щиты, непонимающе глядя в небо, откуда пришла эта внезапная, божественная кара. Воины не поняли, что произошло. Для них это выглядело так, словно их боги, Марс или Юпитер, сжалились над своими сыновьями и лично испепелили вражеских колдунов огнем с небес.

Но вот римский командир, выживший центурион, несмотря на контузию, оказался мужиком с железными яйцами и трезвой головой. Он первым пришел в себя. Оценив расклад, вражеские маги мертвы, командование обезглавлено, пехота в замешательстве, он не стал тратить время на благодарственные молитвы.

— В атаку! За Рим! — заорал он, поднимая над головой свой гладиус. — Сомните их!

Легионеры, услышав знакомый приказ, встрепенулись. Вековая дисциплина взяла верх над шоком. С яростным ревом, который копился в них весь этот проигранный бой, они бросились в последнюю, отчаянную контратаку.

Потеряв магический зонтик и руководство, резервы ушастых, которые как раз выбегали на поляну из леса, чтобы добить римлян, резко дали по тормозам. Вид разорванных в клочья магов и паника в рядах своих товарищей охладили их пыл. Ушастые не стали испытывать судьбу. Развернувшись, они живенько, толкая друг друга, бросились обратно в лес, бросая проклиная этот день. Бой, который еще минуту назад грозил превратиться в безоговорочную бойню для римлян, фактически закончился. Теперь это была рутинная зачистка убегающего, деморализованного противника.

— Чистая работа, Смолин, — с удовлетворением сказал Корнев, наблюдая, как последние малораны скрываются в чаще. — Уводи «птичек», не хватало нам еще, чтобы римляне какой-нибудь лишний обломок нашли.

— Понял, командир, — отозвался лейтенант.

Разведывательный коптер, висевший над поляной, уже начал набирать высоту, когда Смолин вдруг нахмурился.

— Командир, посмотри.

Он снова ткнул пальцем в экран планшета, увеличивая изображение. Там, внизу, среди тел и дымящихся воронок, стоял уставший римский маг. Опираясь на свой почерневший от копоти посох, он поднял голову и смотрел точно в том направлении, где в небе висел дрон. Конечно, с земли он не мог его видеть, но, судя по всему, как опытный чародей, он наверняка почувствовал чужое присутствие. И тут он сделал нечто странное. Маг поднял руку и пустил из пальцев короткую, яркую искру, которая фейерверком рассыпалась в воздухе. Это был не боевой заряд. Это был сигнал, которыми римлянин привлекал внимание.

— Снижайся, — тихо скомандовал Корнев.

Дрон послушно пошел вниз, зависнув метрах в сорока над землей. Теперь на экране можно было в деталях рассмотреть лица римлян. К магу уже подошел центурион. Измазанный в чужой крови и собственной грязи, с рассеченной щекой, он тоже поднял голову, всматриваясь в небо. Проследив за взглядом мага, офицер тоже увидел аппарат, зависший над ними. И его лицо, до этого суровое и уставшее, изменилось. На нем промелькнуло удивление, смешанное с пониманием и уважением.

Римский командир медленно, с достоинством, поднял свой окровавленный гладиус, отсалютовав невидимому спасителю. Он не знал, кто им помог. Боги, духи или таинственные воины из-за Врат. Но он благодарил их.

— Уводи, — приказал Корнев.

Этот молчаливый жест признательности от закаленного в боях врага стоил больше, чем любые медали. Рота, не сделав ни единого выстрела в прямом контакте, только что обрела парочку влиятельных должников. И этот долг, рано или поздно, придется вернуть.