Чтение онлайн

Чем ближе наша колонна подходила к арке Врат, тем сильнее натягивались нервы. Бирюзовый свет, исходящий из портала, казался почти осязаемым. Он отбрасывал на мокрую броню машин неестественные, мертвенные блики.

Бойцы вокруг притихли, даже Казанова перестал травить свои бесконечные байки про баб. Все напряженно всматривались в эту светящуюся пелену. По утренним сводкам на той стороне сейчас было абсолютно тихо. Римляне сидели в своих лагерях, ушастые не отсвечивали. Но инстинкты, вбитые в подкорку годами службы, плевать хотели на бумажные сводки. Они орали дурниной об опасности при каждом обороте колеса.

— Командир, — тихо позвал Леший, сидевший рядом. Он нервно поглаживал цевье автомата. — Как думаешь, нас там не ждут с оркестром? А то как-то слишком гладко всё идёт.

— Если ждут, мы им барабаны на уши натянем, — ответил капитан, стараясь, чтобы голос звучал ровно. У самого же внутри всё скрутило в тугой узел.

Разведчики подъехали вплотную к арке. Черный камень монолита возвышался над ними, подавляя своим масштабом.

— Внимание, — Корнев нажал тангенту рации. — Приготовиться к переходу. Дистанция между машинами двадцать метров. Никаких резких движений на выходе.

Мехвод БТРа дал по газам, и коробочка, дернувшись, влетела в бирюзовое марево.

Переход всегда бьет по мозгам. На долю секунды ты слепнешь, глохнешь, а желудок пытается совершить сальто. Звук работающего двигателя пропадает, заменяясь абсолютной пустотой. А потом мир резко включается обратно.

Удар по глазам. Резкий переход от серого сибирского дождя к яркому, почти слепящему солнечному свету другого мира. В легкие ворвался совершенно иной воздух, сухой, с привкусом пыли и незнакомых трав.

Корнев моргнул, восстанавливая фокус. Машина вывалилась на огромную, раскатанную гусеницами просеку. Никаких засад, никаких огненных шаров. Только наши танки, разъезжающиеся по секторам, и суета разворачивающегося лагеря. Мы прошли, Рубикон остался позади. Теперь мы официально стали жителями параллельной реальности, где каждый новый день нужно будет выгрызать зубами. Корнев спрыгнул с брони, ботинки глухо ударились о чужую землю. Ну здравствуй, старый новый дом. Посмотрим, насколько ты гостеприимен в этот раз…

Картина, что предстала перед разведчиками сразу после перехода через Врата, вызывала в душе каждого весьма противоречивые, почти шизофренические чувства. С одной стороны, воздух здесь, пропитанный незнакомыми ароматами трав, казался тревожным. Он давил на лёгкие, заставляя инстинктивно сжимать в руках оружие. Но с другой стороны, после промозглой сибирской осени с её бесконечным дождём и свинцовым небом, яркий, почти ослепляющий свет местного солнца, отражающийся от двух лун, всё ещё висевших над горизонтом, вызывал какой-то дикий, почти щенячий оптимизм.

Батальон вывалился не в грязные, наспех вырытые окопы и не на поляну, усеянную трупами, как в прошлый раз. Бойцы оказались на территории грандиозной, раскинувшейся на многие гектары стройки. Тяжёлые инженерные машины, переброшенные сюда первыми, уже успели срыть пару холмов, выровнять площадку и проложить широкие, укатанные гравием дороги. В воздухе стоял гул работающих дизельных генераторов, визг циркулярных пил и сухой треск сварочных аппаратов. Это прозрачно, без всяких экивоков намекало, что армия вгрызлась в этот чужой мир всерьёз и, судя по масштабам, навсегда.

Перспектива жить в сырых, холодных землянках ближайшие полгода никому особо не улыбалась, так что ровные ряды новеньких, ещё пахнущих свежей краской сборных домиков смотрелись настоящим шиком. Пока колонна медленно ползла к отведённому для батальона сектору, в кузовах и на броне тут же началось бурное обсуждение открывшихся перспектив. Первичный шок от перехода сменился обычной солдатской болтовнёй, лучшим средством от нервного напряжения.

— Глянь, мужики, — толкнул своего соседа локтем один из бойцов, кивая на почти готовый ряд казарм. — Окна пластиковые, крыша мягкой черепицей крыта. Не иначе, как пятизвёздочный отель «Всё закопано» для нас отгрохали.

— Ага, с трёхразовым питанием сухпайком и вечерней анимацией в виде марш-броска, — хмыкнул его товарищ, перекидывая автомат с плеча на плечо. — Но хоть не в палатке зимовать, и на том спасибо.

Наивные души из пополнения уже начали лелеять робкие мечты об увольнительных на большой земле. Мол, раз портал стабилен, то в субботу можно будет сгонять домой, в баньку сходить, пивка выпить, а в понедельник обратно, на службу. Ветераны, слышавшие эти разговоры, лишь криво усмехались, но переубеждать молодёжь не спешили. Жизнь сама всех научит.

— Какая, к чёрту, Земля, — пробасил Гвоздь, спрыгивая с брони БТРа, когда колонна наконец остановилась. — Увольнительные здесь будут давать в местный лес. За грибами и разрывными стрелами в задницу.

Казанова, спрыгнувший следом, картинно отряхнул штаны и огляделся с видом заправского туриста.

— Ну не скажи, друг мой ситный. Лес, это, конечно, хорошо, но не эстетично. Я слышал, тут где-то неподалёку римляне тусуются. У них, поди, и города есть, и таверны с вином. И, смею надеяться, женщины, которые не покрыты густой шерстью и не пытаются откусить тебе голову после соития.

— Ты бы, Казанова, сначала с медведицами местными разобрался, — заржал кто-то из толпы. — Они, говорят, тут крупные, как раз на твой вкус.

— Медведицы, это для гурманов и ценителей экстрима, — не смутился связист. — А я человек тонкой душевной организации. Мне подавай античных красавиц, тоги, амфоры с вином…

Корнев, молча наблюдавший за этим балаганом, прислонившись к холодной броне, покачал головой. Расслабились. И хорошо, и плохо одновременно. Хорошо, потому что нервное напряжение спадает, люди приходят в себя. Плохо, потому что это обманчивое чувство безопасности. Враг никуда не делся. Он просто затаился в этих густых, тёмных лесах, что стеной стояли в нескольких километрах от разворачивающегося лагеря, и внимательно наблюдал. И капитан был уверен, что ушастые уже прикидывают, куда лучше направить свой первый удар.

Подошёл Леший, в его руках был планшет с картой лагеря.

— Командир, нам выделили сектор на западном фланге. Вон те три казармы и ангар под технику. Место неплохое, на отшибе, никто под ногами мешаться не будет. Но есть нюанс.

— Какой ещё нюанс? — Корнев оторвался от созерцания своих развеселившихся бойцов.

— Мы на самом краю, прямо за нами периметр. Колючка, датчики движения и минное поле. А еще чуть дальше лес. То есть, если кто и полезет, то первыми встречать гостей будем мы.