Чтение онлайн

Мы направились прямиком к кузнице Громма Железнорука.

Дварф, как и в прошлый раз, был поглощен работой, его огромный молот выбивал огненные искры из раскаленного куска металла на наковальне.

Увидев нас, он закончил серию ударов и, воткнув заготовку в чан с водой, повернулся.

— А, это вы, решалы! — его голос был подобен грохоту камнепада, но в нем не было угрозы. На его суровом лице появилось нечто похожее на улыбку. — Ваша мелкая, Шестеренка, уже заходила. Умная девка, черт бы ее побрал! Рассказала, что вы намылились идти против самих Торговых Домов. Храбро. Глупо, но храбро.

— Мы пришли не за храбростью, мастер Громм. Мы пришли за поддержкой, — сказал я, подходя ближе.

— Поддержкой? — он хмыкнул. — Вы сломали монополию «Мясников». Вы вернули в «Наковальню» [Сердцевинную Руду]. Цены упали, работа снова кипит. Вы уже получили нашу поддержку. Любой кузнец в этом квартале нальет вам лучшего пива за свой счет и скинет половину стоимости за работу.

— Нам нужно нечто большее, — вмешался Михаил, и его голос, полный уважения, заставил дварфа прислушаться. — Нам нужно ваше слово, мастер Громм. Слово, которое будет услышано в залах гильдий и дворцах аристократов. Слово Главы Гильдии Кузнецов.

Громм несколько секунд молча смотрел на нас, поглаживая свою заплетенную в косы бороду.

— Так вот оно что. Вы не просто бандитов гоняете. Вы в большую игру полезли. Что ж… — он оскалился в широкой, хищной ухмылке. — Давно пора! Эти торгаши в шелках слишком долго диктовали нам, как ковать металл. Считайте, что мое слово у вас есть. И слово всей моей гильдии. Когда придет время, мы будем там. Любому, кто пойдет против вас, придется сначала пройти через наши горны.

Он протянул нам свою огромную, покрытую шрамами и сажей руку. Мы пожали ее по очереди. Договор, что крепче любой клятвы.

Следующим в нашем списке был Финнеас, гном-инженер.

Его мастерская была полной противоположностью кузнице Громма. Тихая, чистая, наполненная тиканьем часовых механизмов и мягким свечением кристаллов. Сам гном сидел за своим верстаком, склонившись над каким-то сложным устройством, его лицо было скрыто за массивными линзами окуляра-микроскопа.

— Мастер Финнеас? — начал Михаил.

— Пока мастер, но близок к следующему шагу, — отозвался гном, не отрываясь от работы. — А, это вы, друзья нашей дорогой Шестеренки! Она предупреждала, что вы зайдете.

Он выпрямился, сдвигая окуляр на лоб. Его глаза, увеличенные линзами, были полны живого, острого ума.

— Слышал, вы устроили небольшой фейерверк в Золотых Холмах. Великолепно! Я всегда говорил, что проблема «Мясников», это главная проблема Лирия-Порта. Что ж, это замечательно, что теперь она решилась.

Он улыбнулся, и я понял, что с ним нам будет еще проще, чем с Громмом.

— Шестеренка уже рассказала мне суть вашей затеи. Идея не просто смелая, она правильная с точки зрения системной динамики, — он говорил быстро, его слова были точными, как движения часового механизма. — Монополия «Мясников» создавала искусственный дефицит, тормозя развитие всего ремесленного сектора. Это, как засор в шестеренках механизма. Вы его удалили. Теперь же нужно восстановить нормальное движение. Легализация альтернативных каналов поставок, создание конкурентной среды, все это приведет к общему росту производства, снижению цен и, как следствие, к экономическому буму во всем регионе. Конечно, я вас поддержу! И вся Гильдия Инженеров тоже. Нам это выгоднее, чем кому-либо.

Он говорил не о чести или мести. Он говорил на моем языке. На языке эффективности и оптимизации. Но тут он посмотрел на меня с хитрым прищуром.

— Кстати о нашей дорогой Шестеренке. Вы же в курсе, что она сама скоро станет мастером?

Мы с Михаилом переглянулись.

— В смысле? — не выдержал я.

— В прямом, — кивнул Финнеас. — Она уже несколько месяцев выполняет для меня сложнейшие заказы. Ее работа с [Пером Грифона] была почти безупречна. Ей не хватает лишь одного, финального проекта, чтобы подать заявку в Совет. Я ей уже предложил несколько идей, но она, упрямица, говорит, что у нее есть свой, «личный проект». Что-то связанное с ключами и древними запирающими механизмами. Сказала, это будет ее шедевр.

Я стоял, ошеломленный этой новостью. Кира, наша плутовка, наш техник, все это время шла своим собственным путем, о котором мы даже не догадывались. Она не просто помогала нам. Она строила и свою собственную линию.

Мы вышли из мастерской Финнеаса, и в голове у меня гудело. Два из трех голосов были у нас. Две из трех ключевых гильдий «Наковальни» были на нашей стороне. План работал. Даже лучше, чем мы ожидали.

Солнце в Лирии-Порте клонилось к закату, окрашивая белые стены Верхнего Города в теплые, золотистые тона.

Но мы с Михаилом двигались в противоположном направлении, вниз, в Алмазный Проулок — самый тихий и чистый район «Наковальни». Здесь воздух пах не гарью и металлом, а чем-то неуловимо кислым. Запахом реагентов от магических экспериментов. Это была территория ювелиров и зачарователей, место, где наука граничила с магией, а ремесло с исскуством.

Наша цель — Элиас Бронзобород. Третья, недостающая часть нашего репутационного триптиха. И, судя по информации от Торка, самая сложная.

Лавка Элиаса была под стать району. Небольшая, но изысканная. Витрина из зачарованного, кристально чистого стекла демонстрировала не груды колец и амулетов, а лишь несколько одиноких шедевров, каждый на своей бархатной подушечке, подсвеченный отдельным, мягким лучом магического света. Над дверью висела простая, но элегантная вывеска из темного дерева с инкрустированным серебром названием:

«Бронзовая Борода. Ювелирная лавка»

Мы вошли, и тихий звон колокольчика нарушил тишину лавки. Внутри было так же чисто и аскетично. Ничего лишнего. Лишь пара стеклянных прилавков, верстак в глубине помещения и сам хозяин.

Это был старый гном, почти полностью состоявший из бороды. Огромная, седая, заплетенная в десятки сложных кос, украшенных серебряными и золотыми кольцами, она водопадом ниспадала с его подбородка, почти полностью скрывая его кожаный фартук. Лишь острый нос и два маленьких, проницательных, как у ястреба, глаза виднелись из-под густых бровей. Он оторвался от огранки какого-то камня, смерил нас тяжелым, недружелюбным взглядом и снова склонился над своей работой.

— Если за побрякушками для портовых девок, то вам в лавку напротив. У меня дорогие товары, — его голос был сухим и скрипучим, как несмазанный механизм.

Михаил шагнул вперед, его лицо излучало все обаяние, на которое он был способен.

— Мастер Бронзобород! Какая честь! Мы наслышаны о ваших работах! Говорят, сам герцог заказывал у вас диадему для своей супруги!

— Говорят, в Шрамовых землях куры несут золотые яйца, — буркнул гном, не поднимая головы. — Не отвлекайте меня пустой лестью.

Я понял, что стандартные подходы здесь не сработают. Лесть, деньги, угрозы, все это было ему чуждо. Это был человек, замкнувшийся в своем маленьком мирке идеальных граней и безупречных оправ.

— Мы пришли по рекомендации, — сказал я, делая шаг вперед и кладя на прилавок костяную фишку с символом Весов.

Элиас на мгновение замер. Затем он медленно, очень медленно поднял голову. В его глазах я не увидел страха. Лишь глубокую, застарелую ненависть.

— А, — протянул он. — Вот как. Так бы сразу и сказали. Что нужно «теневым господам» от старого гнома? Еще один «долг», который нужно выплатить?