Чтение онлайн

К вечеру, когда лаборатория опустела, она осталась одна. Достала из потайного кармана сумки листок, который хранила как зеницу ока — свои записи о браслете, сделанные в том мире. Сравнила с тем, что нашла в закрытой секции.

Совпадение было почти полным. Но в её записях была одна деталь, которой не было в каталоге: руна на внутренней стороне браслета, которую можно было увидеть, только если снять его. Руна, которую она заметила в последний миг своей жизни.

Renasci — «возрождаться».

Она переписала её на отдельный листок, сложила и спрятала вместе с письмом принца.

«Завтра, — подумала она. — Завтра я узнаю, связан ли этот браслет с тем. И если да, то что он сделает со мной, когда я коснусь его».

Она не боялась. В конце концов, она уже умирала. И знала, что после смерти — есть что-то ещё.

– --

На следующее утро она пришла в лабораторию рано. Хотела закончить с текущими расчётами, чтобы ничто не отвлекало перед встречей.

Но планы нарушил неожиданный визит.

— Мадемуазель Сольвейг?

Она подняла голову. В дверях стоял Северин Валенкур. В этом мире он выглядел так же, как в том — красивый, элегантный, с холодными зелёными глазами. Но в его взгляде не было той хищной настороженности, которую она помнила.

— Могу я поговорить с вами? — спросил он, входя.

— Конечно, — Ария отложила перо. — Чем обязана?

Северин прошёлся по лаборатории, разглядывая чертежи. Его пальцы скользнули по краю стола, остановились на её расчётах.

— Говорят, вы получили доступ к королевской сокровищнице, — сказал он, не глядя на неё. — Благодаря принцу.

— Это правда, — осторожно ответила Ария.

— Вы знаете, что это значит?

— Просветите меня.

Северин повернулся. На его лице была лёгкая улыбка, не достигающая глаз.

— Принц Кассиан редко интересуется девушками. И никогда — учёными. Его внимание — это… риск.

— Риск чего?

— Риск оказаться в центре дворцовых интриг. Моя сестра, например, уже начала интересоваться, почему наследник престола вдруг уделяет столько времени дочери небогатых артефакторов.

Ария посмотрела на него спокойно.

— Я всего лишь исследователь, месье Валенкур. Мой интерес — артефакт, а не принц.

Северин усмехнулся.

— Вы так думаете. Но во дворце никто не делает различий между научным интересом и личным. Будьте осторожны, мадемуазель Сольвейг. У некоторых людей здесь длинные руки. И длинная память.

Он кивнул и вышел, оставив после себя запах дорогого одеколона и неприятный осадок.

Ария смотрела ему вслед. В этом мире Северин не был врагом. Но он не был и другом. Он был предупреждением. Или угрозой.

Она достала письмо принца, перечитала. «Наденьте что-нибудь тёплое». Она улыбнулась, несмотря на тревогу.

— Что ж, — сказала она тихо. — Посмотрим, что ждёт меня в этой реальности.

Она сложила чертежи, убрала записи о браслете в самое надёжное место и вышла из лаборатории.

Впереди был день, который мог изменить всё.

Глава 4. Загадки и разгадки

Королевская сокровищница находилась в самом сердце дворца, за тремя дверями, которые открывались только по очереди: сначала магия, потом ключ, потом кровь. Ария стояла перед последней, чувствуя, как холодный металл прикасается к её пальцу, и думала о том, что в её мире такие технологии защиты использовали только для барьеров, сдерживающих тварей.

— Не бойтесь, — сказал Кассиан, стоящий рядом. — Кровь нужна только для идентификации. Она не остаётся в замке.

— Я не боюсь, — ответила Ария. И это была правда. Она боялась того, что ждало её за дверью.

Дверь открылась.

Сокровищница оказалась не огромным залом с сундуками золота, как она ожидала. Это была длинная галерея с высокими потолками, где вдоль стен, в стеклянных витринах с магической защитой, покоились артефакты. Свет лился сверху, отражённый системой зеркал, и каждый экспонат казался живым, дышащим собственной силой.

— Невероятно, — выдохнул Мартин, который вместе с Арией и ещё двумя исследователями получил доступ. — Сколько же здесь всего…

— Семь веков собирали, — сказал хранитель сокровищницы, сухой старик в мантии, расшитой рунами. — Многие артефакты до сих пор не изучены. Некоторые — не идентифицированы. Ваш проект, мадемуазель Сольвейг, — это первая за долгое время попытка систематического исследования.

Ария кивнула, но её взгляд уже блуждал по витринам. Она искала один артефакт. Тот самый.

Они прошли мимо корон, скипетров, зеркал, пронзённых молниями застывшей магии. Мимо амулетов, которые мерцали в такт её сердцебиению. Мимо мечей, чьи лезвия всё ещё помнили битвы тысячелетней давности.

И наконец — она увидела его.

В центре галереи, на отдельном постаменте под стеклянным куполом, лежал браслет Валторских.

Он был именно таким, как она помнила: тусклое серебро, сложная вязь рун, камень в центре — сейчас тёмный, безжизненный. Но даже в таком состоянии он притягивал взгляд, заставлял забыть обо всём остальном.

— А, артефакт Валторских, — сказал хранитель, заметив её взгляд. — Родовая реликвия. Говорят, первый король получил его от самих Первых Магов. Но, увы, никто не знает, как он работает. Веками пытались активировать — безрезультатно.

— Можно его рассмотреть ближе? — спросила Ария, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Разумеется. Ваш допуск позволяет.

Хранитель снял купол. Ария шагнула вперёд, чувствуя, как остальные — Мартин, Кассиан, коллеги — замерли за её спиной.

Она протянула руку. Пальцы дрожали, но она заставила их успокоиться. Коснулась браслета.

Металл был холодным. Мёртвым. Никакой вспышки, никакого света, никакого переноса. Просто кусок древнего серебра, который лежал в её ладони и молчал.

Ария сжала его сильнее, вложив в прикосновение всю надежду. Ничего.

— Красивая вещь, — сказал Мартин, подходя ближе. — Но, судя по всему, бесполезная. Как думаете, Ария, может, в нём есть что-то, что поможет нашему проекту?

— Возможно, — ответила она, опуская браслет обратно на постамент. — Нужно изучить руны. Они похожи на те, что мы используем в стабилизаторах.