Чтение онлайн

— Спасибо! — заплакала она, уткнувшись ему в плечо. — Спасибо. Спасибо. Ты спас моего сына.

Вслед за женщиной из расступившейся толпы вышли те, кто пришли с ним из последнего похода. Они встали около него, хмуро, осуждающе смотря на людей. Не было лишь Энтони, и вновь в душе кольнуло острыми шипами плохих предчувствий.

Последним вышел Глорил, таща за собой за хвост труп того самого волка, которого Дим забросил в телегу, но о котором в суматохе последних сэтов забыли.

Эта последняя деталь привлекала к себе все взгляды.

— Что это? — спросил Мартан, зло смотря на всех тех, кто вставал рядом с его врагом.

— Взбешенные полчища этих тварей напали на нас в лесу. Их было сотни, и они растерзали бы нас, если бы не Дим.

— Кстати, Мартан, разве не ты рассказывал, как он спас тебя в лесу несколько миноров назад? — звонкий голос заставил всех обернуться.

Дим встретился взглядом с Бренной. Девушка слегка улыбнулась. С разбитыми после их выяснения отношений губами, с поцарапанным лицом она смотрелась не так эффектно, как обычно, но довольно красочно. Теперь и он сам будет выглядеть не лучше в ближайшие три-четыре дня.

— Она с ним заодно, — прохрипел Ждан, с усилием приподнимаясь и садясь на песке. — Разве вы не видите? Она его пособница.

Бренна смерила его уничтожающим взглядом.

— Заодно? — девушка иронично приподняла одну бровь. — В чем же? В желании сделать нашу общую жизнь лучше? В стремлении помочь? Тогда да! Я с ним заодно!

Вот и настал ее сэт. Тот самый, которого она так долго ждала. Теперь она пойдет до конца. Дим был в этом уверен. До смерти. Или ее врага. Или своей.

— Не там вы видите источник своих бед. Не в том ищете врага. Неужели вы, никто из вас, ни разу не задумывался о невероятной везучести вот этого? — она ткнула пальцем в Ждана.

— Потому что я могу все правильно организовывать, потому что я знаю лес, потому что я умею вести людей за собой, — сдавлено произнес тот. Его лицо было перекошено от боли, а рана на ноге все еще кровоточила.

Дим зло стиснул зубы. Вокруг Ждана не было его ауры одаренного, он не работал с энергопотоками, пытаясь помочь себе, и это, несомненно, замедляло регенерацию тканей. Парень понимал это и осознанно пользовался.

Бренна не обратила на слова своего недруга никакого внимания.

— Каждый, я уверена, помнит те дни, когда в поход уходили их близкие, чтобы никогда не вернуться. Вспомните, в те дни что-то обязательно случалось вот с ним, — она опять ткнула пальцем в Ждана. — А потом приходила беда. Конн, вы ведь, наверняка, помните тот день, когда ушел ваш сын?

Лицо старосты исказила гримаса старой муки, а потом застыло. Он ничего не сказал.

— Ночью перед тем как ушел Дим со своими людьми, Ждан поставил в лесу смертельную ловушку.

По толпе пробежался приглушенный ропот.

— Мы с Димом видели это!

— Только вы? — ехидно протянул Ждан. — Может, вы всё это придумали, чтобы оправдать себя? Чтобы очернить меня в глазах друзей и близких. Вы можете ее показать?

— Дим ее уничтожил, — Бренна задрала подбородок, не собираясь сдаваться. — Она была недалеко от защитных линий. Там, где обычно проходит обоз, на самом выходе из леса.

— Подождите-ка! — нахмурился Корин. — Там и в правду что-то было! Когда мы шли, я почувствовал, будто меня что-то кольнуло. Не сильно, но неприятно. К тому времени уже столько всего произошло, я решил, что это мелочи.

— Это было рассчитано на то, чтобы люди, вырвавшиеся из западни с волками, — пояснил Дим, — не ожидая ничего плохого у самого дома, попадали в очередную ловушку. Обожжённые трупы, которые вы находили — последствия этого плетения.

Ждан фыркнул.

— Я обычный одаренный. Мы не учимся в ваших высокородных классах. Может, ты сам расставил эти ловушки? Мы все знаем, на что ты способен. Это больше похоже на твои силы и твои знания.

Димостэнис недобро усмехнулся. Навряд ли этот негодяй знает, на что он способен.

— Ты еще скажи, что я волков на вас натравил.

— Натравил, — подтвердил его слова Дим.

— Тебе не кажется, что в попытках выгородить себя ты зашел слишком далеко? — пренебрежительно скривился Ждан. — Как же я это сделал?

— С помощью вот этого!

В центр круга вышли Энтони и Элени. Дим почувствовал, как камень падает с души и становится легче. При виде его на лице сестры отразилось изумление, которое сменилось негодованием. Она свела брови и стала смотреть на всех, словно пытаясь понять, кто это сделал.

— Что это? — спросил Мартан. Он взял на себя обязанности главного, так как Конн замкнулся в себе и, казалось, больше ни на что не реагирует.

Энтони развязал мешок и достал горсть травы.

— Люди называют ее волчанкой, — ответил он. — Это безобидное растение почти не имеет запаха для людей. Волков же приводит в бешенство, и они перестают себя контролировать.

— У нас росла такая трава, — один мужчина вышел из толпы, подошел к мешку, взял несколько уже пожухших стеблей, — когда я еще жил в своей деревне. Мы постоянно выдирали ее и закапывали глубоко в землю, иначе волки не давали жить. Нападали днем и ночью на людей и скотину. Задирали. Их было не остановить.

— Влажная она еще больше распространяет свой гадский запах, — сказал кто-то еще, — мы в детстве так собак дразнили, они тоже с ума сходят.

— Утренний лес богат росой и влагой, которая пропитывает мешки, — Энтони высыпал всю траву назад в мешок, плотно завязал.

— И что? Я здесь причем? — в голосе Ждана уже слышалась нервозность.

— У него в поселке есть пособник, — произнес Дим, — он посылает тому сигнал, в виде невинного подарка, который передает с одним из тех, кто идет с обозом. И случается беда. Я думаю, Конн, следующий несчастный случай произошел бы с вами.

Воцарилась тишина. Ушла ненависть и злость. Люди были опустошены, подавлены, растеряны, как бывает, когда вышибают опору из-под ног.

— Ваша деревня перестала обеспечивать себя сама. Уже не первый ар. Все что вы имеете, вам дает Милора, не так ли? Снабжает продуктами, даже деньгами, которые вы, якобы, выручаете с продажи зерна, — Дим понял это сразу. Того скудного урожая, который собирали с полей, не могло хватить надолго, а уже тем более на то, чтобы продавать и выручать за это какие-то деньги. — Милора давала вам все, что вы имели в последние ары. Она тянула вас, не давая умереть с голоду.