Чтение онлайн

— Можешь мне поверить, там везде будет одно и тоже имя, — заверил его староста. Бывший староста.

— Зачем все это?

— Ты же сам сказал, люди выберут того, кто молод, удачлив, бесстрашен, кому хотят верить.

— Верить? — язвительно усмехнулся Дим. — Мне? Вы забыли? Я — Димостэнис Иланди! И-лан-ди. Высокородный мерзавец, каратель и гонитель. Творящий беззаконие и втершийся к вам в доверие, чтобы притащить на плаху. Я ничего не забыл?

С каждым словом выплескивалась обида. Он и сам не мог представить, что ее так много. Как за эти несчастные несколько миноров он сумел настолько привязаться к этим людям? Сейчас, когда высказался, вроде чуть полегчало.

Со своего места поднялся Мартан. Подошел к Диму, остановился в нескольких шагах. Поднял руку, демонстрируя сильный ожог на запястье.

— Я обжег о тебя руку, — обвинительно произнес тот.

Несколько мгновений они смотрели друг на друга. Обжег руку! Дим начал смеяться. Ар назад если бы смертный посмел поднять на него эту самую руку, то ожог был бы манной небесной. В лучшем случае он остался бы без руки. Да, о чем он думает? Ар назад он даже представить не мог, что кто-то вообще посмеет поднять на него руку. Тем более обычный смертный.

О, Боги! До чего он докатился?

О, Боги! Ему это нравится!

Нравится жить той жизнью, которую он сам выбрал. Которую ему никто не навязывает. Быть свободным. Быть самим собой. Назло тем, кто сомневается в этом его праве.

Мартан положил руку ему на плечо.

— Мы обидели тебя. Я прошу прощения за всех и в первую очередь за себя. Ты пойми, все случилось слишком быстро. Мы столько аров барахтались в этом болоте. Мы разучились жить. Только пережить поводень, только не загнуться с голода, опять посевы, опять поливы, нет просвета. Ты пришел и за два минора сделал то, чего еще никто не делал. Ты нас изменил. Ты показал, что даже здесь можно жить по-другому. И все же мы привыкли бояться. Этого леса, того, что за лесом, людей, окружающих нас. Привыкли ненавидеть тех, кто загнал нас в это болото. Слишком много перемен, слишком все стремительно.

Здоровяк тяжело вздохнул, досадливо отвернулся, пошел на свое место.

Дим проводил его взглядом.

— Я такой же изгнанник, как и вы. Я даже не могу жить под своим именем. Я потерял все, что было мне дорого когда-то и составляло мою жизнь. Поэтому я и пришел сюда, в надежде отдышаться и понять, что мне делать дальше. Поэтому я и не могу взять на себя ответственность за ваши жизни, потому что еще не знаю, что мне делать со своей.

— Если ты уйдешь, мы никогда не сможем себе этого простить.

Дим прикусил губу, сдерживая эмоции.

— Мы неплохо поработали, — произнес он, — вы легко переживете эти миноры поводня. За это время я сумею разобраться в себе и своей жизни. И обещаю, с приходом нового ара я вернусь.

Димостэнис вышел из дома, дошел до непривычно пустой площади. Запустил в воздух несильный импульс, подзывая Хоруна.

— Дим! — Элени подбежала, бросилась ему на шею. — Не уходи!

— Это ненадолго.

— Я боюсь, что ты не вернешься.

— Присмотри за Серебряным. По-моему, ты ему понравилась.

Димостэнис хлопнул ярха по шее и он, с силой оттолкнувшись от земли, стал подниматься ввысь.

Более тридцати аров он жил, как ему было положено. Делал, что ему было положено, общался, с кем ему было положено, не задавал ненужных вопросов, как ему было положено. И стоило сделать всего лишь шаг в сторону от положенного пути, вакуум, в котором он находился, лопнул как мыльный пузырь. И то, что он так долго искал, хотел понять и познать: себя и свой необычный дар, стало само приходить в его жизнь.

Теперь, когда у него открыты глаза, когда он познал себя и то, чем его одарил мир, познал свою сущность и свое предназначение, теперь он точно знает, что ему надо делать, с чего начинать строить свою новую жизнь.

Этот план созревал в его голове постепенно. Жизнь в этой деревне — не выход из создавшейся ситуации. О чем он на самом деле думал? Что сможет жить в этом замкнутом пространстве? А Элени и Энтони? Молодые, талантливые, горящие. Сможет этот маленький мирок удержать их, пусть даже он обещает им защиту? Временное пристанище. Все эти люди, сколько они еще смогут продержаться? Девушки, для которых не было избранников, молодые люди, тоскующие по девичьим улыбкам. Бренна, Лари, Корил, желающие перемен. Тридцать аров назад их отцы и матери, бежавшие от неминуемого наказания, нашли это место и спрятались здесь от жизненных невзгод. Их дети, желающие видеть краски жизни, не знающие реальной опасности, будут стремиться улететь из клетки. Как мотыльки на пламя. Либо останутся здесь и начнут поедать друг друга, что тоже неизбежно. И случай с Жданом лишь печальное доказательство этому.

Заново вспаханными полями и огневиками тут не помочь.

Правитель Фельсевера считает себя обязанным ему. Настало проверить насколько длинная память у князя Аввара. Государство за Скалистым морем может принять беглецов и дать им шанс на новую жизнь. Земли Фельсевера пустуют, а людям необходимая новая кровь. Дим был уверен, что жители страны с радостью примут даже имперцев.

Только вот все подходы к морю строго контролировались правящим домом Мюрджена. Вряд ли княжна Эйлин настроена помогать ему. Значит, нужно ее обойти, как досадное препятствие и найти другой путь. Ему был нужен кто-нибудь из самого Фельсевера, чтобы передать весточку Аввару, а еще лучше Рамиру. А еще лучше найти самого Рамира. Молодой человек говорил ему, что в поводень они с сестрой обычно гостят в долине. Значит, у него есть все шансы исполнить задуманное.

Поэтому Дим и ушел из деревни, чтобы найти тех, кто ему нужен, чтобы понять, может ли он все еще рассчитывать на их помощь. Когда он разберется с этим, он вернется и предложит всем, кто захочет, кто поверит — пойти с ним.

Однако он должен сделать еще кое-что. Прежде чем навсегда уйти из Астрэйелля, начать по-настоящему новую жизнь, он должен разорвать нити, все еще державшие его.

Давно уже пора сделать это. С возвращением Хоруна задача упростилась, и он мог бы выполнить задуманное уже давно.

Мог, но так и не набрался решимости. Каждый день, придумывая себе новую отговорку.

Последние дни были тяжелыми, выматывающими, слишком много потрясений и эмоций, больше не было сил держать в себе еще и это. Эта ночь должна стать решающей.

Там на берегу зеркальных озер он все же сделает это — разорвет связь, которая до сих пор держала крепко и не давала чувствовать себя свободным.

— Ты где? — Алла легонько толкнула мужчину в бок.

Они шли по набережной вдоль моря. Как всегда, в последнее время моросил дождь.

— С тобой.

— Нет.

— Я просто очень быстро подумал об одном деле, — шутливо оправдался он. — Все я уже вернулся.

— Ты бы лучше обо мне думал.

— Лала, — Дима остановился, взял ее за руку. — Я думаю о тебе весь день пока не вижу. Сейчас же, когда ты рядом, дай мне хоть немного расслабиться и подумать о другом.

Она легонько дернула его за ухо.