Чтение онлайн

Бойцы переглянулись, а потом криво и злобно заулыбались, всё поняв. Это был единственный способ дать танку ответку. Единственный способ не стать застигнутой в расплох жертвой, а победить. Командир не сдавался. Он был в своём стиле: нарушал, пренебрегал, но бился!

Танк пeр прямо на них. Пушка, успевшая перезарядится, поймала единственный оставшийся расчет в прицел, но почему-то не стреляла. То ли берегли боезапас, то ли хотели покуражится и раскатать не задачливых миномётчиков траками.

Парни Кадета быстро приподняли опорную плиту и вытолкнули вперёд двуногу-лафет, придав стволу возвышение всего лишь около 30 градусов.

— Дай, — крикнул Кадет заряжающему и приняв в руки гладкий оперенный снаряд, сам встал возле дульного среза.

Минометчики напряжённо глядели на приближающийся мрачный профиль. Всё понимали, что бежать теперь поздно, а делать больше нечего. Орудие они подготовили, навели и теперь судьба выстрела и их судьба были в руках их командира. А тот чётко видел в пространстве воображаемую пологую дугу траектории и, прикидывая скорость танка, ждал нужного момента.

— Огонь, — наконец шепнул себе под нос Кадет и с силой послал мину в трубу ствола. Видимо в последний момент командир танка разглядел, что за возню устроили у орудия странные эти безбашенные миномётчики. Увиденное не понравилось ему настолько, что он решил выстрелить и не играться с судьбой. Пушка изрыгнула пламя. В тот же миг игла казенной части миномета уже наколола каплюсь и вспыхнув, вышибной заряд вытолкнул мину навстречу стальному гиганту. Снаряд и мина покинули стволы одновременно. Пролетев по нарисованной Кадетом дуге около 400 метров, стальная капля ударила прямо под башню и рванула всеми 3,43 килограммами взрывчатого вещества.

Перебитый ствол безвольно согнулся вниз в амбразуре башни, подбашенный бронелист корпуса вмяло внутрь, размозжив голову механика водителя. Верхний погон шариковой опоры вдавило в донный лист башни и её заклинило. Проехав по инерции ещё метров 10 боевая машина встала.

Кадет, лёжа на спине, всё силился поднять голову, что бы увидеть результат своего попадания, но не мог. Чьe то тело перекрывало обзор. Он не мог двинуться, потому что взрывом ему разворотило всю нижнюю половину тела, но он смог повернуть голову набок и увидеть мёртвый бойцов расчёта, раскиданных вокруг места, где только что стоял любимый его 120-миллиметровый миномёт. В центре дымящейся воронки лежала одна опорная плита. Кадет заплакал. Боли он не чувствовал, но чувствовал горькое раскаяние и досаду за то, что ничего уже не изменить, ведь жизни осталось минуты на полторы, не больше.

………………………………………………………………………………………………………………………….

— Щас рванёт, — закричал Клим, — глядя в камеру.

Установленный на внешней стороне стены заряд взрывчатки сработал, туго встряхнув всё северное крыло.

Сильнейшая волна прокатилась по коридорам. Стена словно зазвенела он удара, однако осталась целой.

Бойцы матерясь потирали уши, пытаясь уменьшить эффект от звукового удара.

Чингиз пытался рассмотреть в монитор участок, где танк Баркаса закусился с миномётом, но дрон не давал резкости, и угадываемая через поднимающиеся клубы дыма картинка рябила.

— Чингиз, — крикнул снизу Клим, — ну что там наша «коробочка»? На подходе? А то, думаю ещё пара таких подрывов и дыру нам тут точно проковыряют.

Наконец ротный увидел замерший танк с неживым орудием и выматерился. Машину Баркаса он потерял.

— Филин! Филин, как дела у тебя!?

— Ведём бой, Чингиз! Бодаются парни в окопе! Как успехи не знаю! Минуты три назад выходили на связь, сейчас только стрелкотня там!

Голос Филина прерывался грохотом танковых выстрелов и очередями крупнокалиберных пушек БМП.

— Танк Тулы с тремя БМП бьётся! Одну сжёг, красавчик! Но ближе к центру подойти не может! Эти суки юркие и из ПТУРов бортовых огрызаются.

— Филин, ты давай там, собирай ударную группу и с боем выходите к нам, в северное крыло! Нам нужно VIPа выводить! А нас снаружи заблокировали! Человек 20! И Туле надо помочь! У твоих же и РПГ и ПТУРы есть! Бейте этим БМП во фланг и в тыл! Пересидеть в обороне не вариант! Надо двигаться! Нам тут стену взрывчаткой вскрывают!

— Принял, сейчас человек 10 подготовлю!

— Какой на хер, 10 человек, Филин! Два взвода, третий и четвёртый от первой роты, давай сюда быстро!

— А кем мне первую линию держать!? У меня же там пусто будет!

— Филин! Никто уже не пойдет на первую линию! Они сделали проход в нашей обороне, что бы пройти малыми группами к особняку! Я уверен, все штурмовики, что у них были, теперь у меня, тут за стеной! Миномётку мы их раскатали! Так что не бзди и давай сюда людей! Пусть пройдут до конца первой линии, в северную часть и тогда смогут выйти в тыл их БМП и той группе, что тебе во вторую линию спустилась! Выполняй!

Чингиз, на самом деле, не был уверен в том, какими силами располагает враг. У него могла быть и ещё одна миномётная батарея и какие-нибудь бронемашины и штурмовые группы и ещё черт знает что. Однако по характеру нападения он видел, что ставку делали на внезапность и скорость. Значит, вероятнее всего, сил и средств мало и времени мало и хотят успеть всё до прихода подмоги, до артподдержки, до того как оборона организует контр атаки. И сильнее всего хотят, видимо не выкосить защиту, а достать губера.

— Чингиз, повтори! Правильно тебя понял? Снимаю остаток первой роты с первой линии и направляю к Северному крылу разблокировать группу личной охраны! Верно!?

— Верно, Филин, верно! Давай поскорее только!

Снизу снова заорал Клин:

— Сейчас рванeт!

Взрыв сотряс стены и на этот раз к гулу добавились новые звуки. Словно хрусткая трещина перечеркнула бетонные плоскости здания. В кабинете с мониторами Чингиз не видел этого, но почти явственно ощущал. План подрывников был прост. Несколько последовательных подрывов накладных кумулятивных зарядов С-4 в одном месте и брешь будет готова. Что они потом закинут в эту брешь, одному Богу известно. У парней явно имеются домашние заготовки. Поэтому минут за пять они управятся. Если взводы, отправленные Филином, не успеют им помешать — дело труба.

Неожиданно в комнату зашел губернатор. Боец управляющий дроном медленно привстал, выражая почтение, а Чингиз, не скрывая раздражения посмотрел на вошедшего, предчувствуя новый накат управленца с требованиями тут же сделать всё возможное для его спасения.

Однако Семен Федорович не проявлял никаких нервов или агрессии. Он подошёл в плотную к Чингизу и его глаза оказались на против глаз командира роты.

Чингиз снова ощутил внезапный холод, словно он шагнул с жаркой летней тропинки в сумрачную пещеру. Взгляд тёмных бесстрастных взгляд не встретив серьёзного сопротивления воли проник внутрь, в само сознание и прежде чем Чингиз успел понять это, в его голове зазвучал голос. Изумленно он пытался осознать, как это может быть и собраться с силами сделать что-нибудь и остановить шефа. Голос тем временем звучал уверенно и убедительно, словно его собственные мысли.