Река времен
Шрифт:
Путь домой был долог. Уже почти миновав хоннитские земли он получил весточку от царственной Нарамман. «Поторопись, – писала бабушка – Братья твои забыли место свое. Гнев владыки подобен мощи Нургаала*. Молю Богов, чтобы ты был вовремя и с хорошими вестями».
Сердце забилось сильнее. Нужно возвращаться домой как можно скорее, он должен быть рядом с владыкой, должен защитить и поддержать его. К тому же некоторые из вестей, которые удалось добыть, явно обрадуют отца.
***
Карешское царство. Ассуба.
Вот уже почти двадцать дней в большом дворце гостило хоннитское посольство. Почти каждый день мне приходилось бывать в большом дворце и частенько беседовать с батюшкой. Новости не радовали.
Во-первых, мне, как жрице, предстояло играть определенную роль в свадебных обрядах сестры. Никаких подробностей церемонии я не знала, но была слабая надежда, что юная царевна раньше и сама ни в чем подобном участия не принимала. Ежевечерние занятия танцами понемногу приносили плоды, и я чувствовала себя гораздо увереннее на служениях в храме.
Во-вторых, хоннитский правитель дал свое «добро» на то, что его младший сын станет консортом, а карешскими землями будет единолично управлять наследница. Для меня это было наибольшей проблемой. Пока об этом решении знали немногие, проблем можно было избежать, но рано или поздно это станет известно всем, в том числе соседям. Если к тому времени у меня не будет достаточного количества сторонников и военных сил – эти псы просто разорвут Кареш на куски.
Занятий стало гораздо больше. Почти половина из них теперь проходила в большом дворце, и Энмер-ани частенько составлял мне компанию. Узнав молодого царевича ближе, я даже стала забывать, что ему всего восемнадцать. Юноша был умен, хорошо воспитан и совсем не считал, что девушкам пристало только рожать детей. Он с явным удовольствием обучал юную царевну тонкостям ведения переговоров, читал ей стихи и гулял по окрестностям. Это было самым большим плюсом от нахождения в его обществе. Теперь у меня был шанс хорошенько изучить огромный дворцовый сад. Конечно, наедине нас не оставляли, рядом постоянно находилась пара служанок и четверо охранников, но Энмер-ани смиренно принимал любые мои затеи. Мне начинало уже казаться, что молодой человек воспринимает меня как младшую сестру. И это было к лучшему, в качестве будущего мужа его было пока сложно представить.
Его брат как мужчина был гораздо более интересен. Он с легкостью завладел всеми мыслями Шахриру, которая только и грезила замужеством. Хоть Мандару-Кумиш, на мой взгляд, был и не очень красив, но достаточно умен и сдержан. Под маской внимания невозможно было угадать его реальные мысли. У Энмера же все буквально было написано на лице. Особенно после большой охоты. Он словно бы стыдился воздаваемой ему хвалы и почестей. При первой же попытке выяснить, в чем дело, царевич опустил глаза и перевел разговор в другое русло. Ну, прямо как Асмаррах!
От меня не укрылось и то, что четырнадцатилетняя Айетимм, сперва покоренная силой старшего брата, стала все чаще обращать взгляд своих блестящих черных глаз на «моего суженного». Во время наших прогулок она постоянно ухитрялась присоединиться к нам. Вот и сегодня мы гуляли втроем.
Глядя на все это, мне становилось смешно. Если бы сестренка только знала, с какой радостью я бы поменялась с ней местами! Конечно, и ей не светило выйти замуж по своей воле, но призрачный шанс все же оставался.
– Почему ты так грустна сегодня, Юилиммин-даша? – спросил мой нареченный, отрывая меня от нелегких мыслей о женской судьбе.
– Не грустна совсем, – соврала я. – Меня заботит предстоящая свадьба. Нужно совершить еще много приготовлений, а занятия слишком сильно отвлекают меня.
– Мне казалось, что они тебе нравятся, царевна, – удивился Энмер-ани, присаживаясь со мной рядом на берегу реки.
– Сестренке Юилиммин всегда лучше удавались танцы, чем уроки! – ехидно вставила Айетимм, подходя к нам и присаживаясь рядом на корточки. – Вот если бы отец только позволил и мне заниматься…
Девочка явно не представляла себе всей сути учения. Женские науки были обязательными и усваивались девочками довольно рано. Если в доме закончились продукты – пошли раба на рынок и дело с концом!
Я усмехнулась про себя.
– Служение Богам мой долг, сестра. Ты тоже должна быть усердна в этом. Возможно, тебе предстоит заменить меня в храме уже через несколько лет.
– Надеюсь, что на грядущем празднике я смогу увидеть твои танцы, – как бы невзначай перевел тему Энмер-ани. – Все говорят, что тебе нет равных, и что сама Иинат приходит в твое тело.
Ох, напомнил о больном. Для того, чтобы вдохновенно танцевать, мне нужно больше практики и научиться отрешаться от этой действительности. Мой разум сильно мешал, когда надлежало услышать ритм, очистить мысли и предоставить всю работу Юи. С каждым днем это становилось все труднее.
– Я буду участвовать в церемонии, – обнадежила юношу я. – Но не знаю, так ли я хороша. Мне нужно больше практики.
Я посмотрела царевичу прямо в его умные, немного печальные глаза. Только бы он согласился.
– Можешь ли ты отвести меня в сад сегодня вечером? – прошептала я тихо. – Ты я и пара музыкантов. Не хочу лишних глаз.
Юноша сглотнул и спешно кивнул. С ним Иба и Шанхаат, не спрашивая, отпустят меня.
Сестренка, видя, что ее не посвящают в какую-то тайну, немного скисла. Я решила найти занятие и ей.
– Айетимм, – ласково подозвала я ее. – Твоя помощь мне тоже очень нужна. Не можешь ли ты расспросить Шахриру о ее снах за последнюю неделю. Это нужно для тайных обрядов перед свадьбой. Если узнаешь все – будешь допущена в храм. Но помни, сестра не должна ни о чем догадаться! Лучше это сделать сегодня.
Девушка сначала посмотрела на меня недоверчиво, но потом, будто что-то сообразив, радостно кивнула.
– Я справлюсь, – заверила она.
Дальше прогулка была довольно скучной, все мои мысли были лишь о том, удастся ли мне сегодня вечером заставить Юи танцевать.
***
Ассуба Царевич Энмер.
Страшно было даже поверить в то, что отец отпустил его вместе с братом. А уж поверить тому, что столь прекрасная девушка может стать твоей – не реально! И, тем не менее, он здесь и ему позволено быть рядом.
Ранее Энмер мало интересовался противоположным полом. Понимая, что почти все в его жизни предопределено, он старался стать полезным и нужным. Эти занятия не раз позволяли получить от обожаемого брата похвалы. Не те, которыми Мандару подбадривал его на тренировках, а настоящие, с примесью гордости и восхищения! Да он из кожи вон вылезет, только бы старший брат им гордился! А девушки? Да что там, отец подберет достойную партию и все дела. Продолжение рода – дело не хитрое, если верить тому, что говорят солдаты. И вот теперь, когда он увидел ее, все изменилось!