Чтение онлайн

– Ну, правда, – сказал Ястреб, – все просто. Мы хотим создать футбольную команду и сыграть с 325 корпусом в чемпионате Кореи, а для этого нам нужен нейрохирург. Ты же хочешь, чтобы 4077 МЭШ стал чемпионом Кореи по футболу? Кто знает, может нас пригласят на Роуз Боул note 38 ?!

– Да черт с ним, – сказал Ловец. – Прикинь только, сколько можно заработать на ставках на самих себя!

– Объясните только, – сказал Генри, навострив уши, – а какое отношение к этому имеет нейрохирург?

– Слыхал об Копьеносце Джоне? – сказал Ястреб. – Ну цветной. Игрок профессиональной лиги.

– И что?

– Прямо сейчас он не в лиге, и мы можем получить его.

– Мы? Как?

– Скажи генералу Хаммонду, что тебе позарез нужен нейрохирург, и нужен именно капитан Оливер Вендел Джонс из 72 эвакуцационного.

Потребовалась минута, чтобы до Генри дошло.

– Ты серьезно? – сказал Генри? – Ты не шутишь?

– Видите? – обратился Ястреб к остальным. – Я же говорил вам, Генри верит в свободное предпринимательство.

– Ты чертов свистун, – сказал Генри. – Ты правда думаешь, что нам его удастся заполучить?

– Конечно, – сказал Ястреб. – Никто тут не знает кто он, кроме пары его друзей, которые ничего не скажут.

– Отлично, – сказал Генри и стал мерить пол шагами. – Хорошая мысль. А знаете еще что?

– Что?

– Хаммонд, – сказал Генри, расхаживая, – он воображается себя местной звездой и называет себя тренером 325 госпиталя. Да ведь он застрял где-то в футболе времен Пуджа Хеффелфингера note 39 . Да он, черт возьми, не знает даже основ современной игры!

– Хорошо, – сказал Ловец.

– Он настолько генерал, что вместо футбольных упражнений на тренировках только всех строит, – сказал Генри.

– Тогда мы можем провернуть дельце? – спросил Ястреб.

– Да, – ответил Генри, – но с одним условием.

– Каким?

– Я хочу быть тренером, – сказал Генри.

– Все, что пожелаете, Тренер, – подтвердили они в унисон.

– Хаммонд, ха! – сказал Генри. – С какой стати он решил, что он тренер?

На следующий день Ястреб написал письмо капитану Оливеру Венделу Джонсу и посвятил его в свой план. Он восхвалял условия работы в Двойном-неразбавленном; в ярких красках расписал дружескую атмосферу Болота и пригласил капитана Джонса стать в их тесном кругу четвертым. Затем обратил внимание на выгоды, как финансовые, так и материальные, которые можно извлечь из скромного матча против 325 части. В то же время полковник Генри Блэйк, хихикая про себя, сделал соответствующий запрос генералу Гамильтону Хаммонду. Десять дней спустя в двери Болота оказался капитан Джонс, зслонивший собой весь дверной проем.

– Бог мой! – сказал Ловец. – Полное затмение, темнота в полдень! Вы посмотрите на его габариты!

– Пьет он двойной бурбон и колу, Ловец, – сказал Ястреб, подпрыгивая и пожимая руку капитана Джонса. – Добро пожаловать, Копьеносец!

– Вы уверены, что я по адресу? – сказал капитан Джонс, ухмыляясь.

– Точно по адресу, – сказал Ястреб. – Познакомься с Ловцом. Пожми руку Дюку. А теперь пожми руку двойному бурбону.

Капитан Джонс пожал. Если честно, он подал руки нескольким двойным бурбонам, пока остальные, как обычно, признавались в любви к мартини марки «Ловец». Ястреб и капитан Джонс обменялись парочкой воспоминаний, а затем вмешался Ловец.

– Скажи мне вот что, – обратился он к капитану Джонсу. – откуда такое погоняло: Копьеносец?

– Приходилось и копье метать, – сообщил им Джонс. – Кто-то стал называть меня так, и газетчики решили, что это неплохое прозвище, и оно ко мне прилипло.

– А как вы с Ястребом стали таким друзьями не разлей вода в Тэгу?

– Ну, – сказал Джонс. – Меня туда направили, там совсем не было цветных, и отдельной комнаты для меня не нашлось. Ястреб пошел к командующему и сказал: «Скажите этому верзиле, что может жить со мной, если хочет».

– Мило, – сказал Ловец, – но маловато для ордена Доблестного легиона. note 40

– Да никто и не раздает тут медали, – сказал Копьеносец, – но вокруг столько двуличностей. Самые худшие из них – типы, которые просто из кожи вон лезут чтобы показать, что цвет кожи для них не имеет значения, а вот если бы я не был цветным, они бы меня и не заметили. Они – часть бремени черных.