Чтение онлайн

– Бабушка? Я дома! – крикнула Дина, входя на кухню.

– Ну наконец-то ты пришла! Есть будешь? – спросила Дарья Ивановна.

– Нет, я не голодна, – ответила девушка, выходя из кухни и проходя в свою комнату.

Дина есть не могла, все мысли были о Сергее. А он, оставшись один, не знал, чем заняться. Ночью уснуть не получалось, он вспомнил Дину, перед его глазами пронеслась прошлая ночь.

– Может мне не следовало этого делать? Получается, я у неё первый… и что теперь? Мне здесь столько лет сидеть, я права не имел! Что же я наделал? Господи! – стучало в голове парня.

После полуночи, у него опять поднялась температура. Захотелось пить, губы стали горячими от жара. С трудом поднявшись, он налил себе воды и с жадностью выпил. Жутко кружилась голова, в глазах потемнело и Сергей едва не упал, чувствуя, что может потерять сознание. Он вернулся к кушетке и лёг. Как прошла ночь, он едва соображал, всё время бредил и метался по подушке. Перед глазами вставали родители, плачущая мама, отец со строгим взглядом.

– Всё будет хорошо, сынок. Потерпи немного… ты только выдержи всё… – говорил отец, глядя в глаза сыну.

– Я выдержу, папа, обещаю… – шептали его потрескавшиеся губы.

Вновь Сергея мучила жажда, но подняться не было сил, он лишь желал, чтобы эта ночь быстрее закончилась. Едва рассвело, Дина проснувшись, умылась и собрав немного съестного для Сергея, выскочила из дома. С вечера отварила ему яйца и сосиски, захватила малиновое варенье и маленькую баночку мёда. Свежий хлеб решила попросить на кухне.

– Диночка? Что-то ты рано сегодня? Выходной вроде, отдохнула бы. Ведь в больничке всего один больной, – спросил дежурный офицер, встретив её на КПП, где она показав своё удостоверение, прошла на территорию колонии.

– Здравствуйте, товарищ капитан! Работа ждёт! – на ходу воскликнула Дина и быстро пошла через двор в сторону медпункта.

– Этот один, для меня дороже тысяча таких, как ты, – пробормотала Дина, открывая дверь.

Войдя в кабинет, она сняла куртку, вязанную шапку и сапожки, конец октября выдался в Архангельске холодным. Надев белый халат, Дина зашла в помещение, палатой его назвать было трудно, закуток, отгороженный от процедурного помещения, да и там стояло всего три кушетки, на одной из которых и лежал Сергей.

Дина тихонько подошла к нему и прильнула губами к его лбу. Лоб был в холодном поту, Дина подняла голову и с тревогой посмотрела на парня. Из кухни она принесла горячий чай, пару кусочков хлеба и положила в чай мёд.

– Серёжа? Просыпайся, слышишь? – сказала Дина, трогая парня за плечо.

Сергей тут же открыл глаза и с удивлением посмотрел на девушку.

– Дина? Что ты тут делаешь? Сегодня же воскресенье? – тихо спросил он.

– Я поесть тебе принесла. И вот… попей чай с мёдом, тебе сразу станет легче, – ответила Дина.

Она провела с Сергеем весь день, заботясь о нём. Сделала ему перевязку и два укола. Они долго говорили, узнавая друг о друге всё больше и больше.

– Я утром напишу заявление на имя начальника лагеря, ты тоже должен написать, Серёжа. Мы должны с тобой расписаться, чтобы чаще видеться. Если что, когда выйдешь отсюда, мы можем просто развестись. Это всего лишь формальности, – сказала Дина, сидя с Сергеем на кушетке.

– Диночка? Зачем я тебе? Ты ведь можешь встретить другого парня! Лучше, чем я… ну того, который на свободе. Я тебе не нужен… – ответил Сергей.

– Я люблю тебя, Серёжа! Мне никто другой не нужен, неужели непонятно? – ответила Дина, с отчаянием посмотрев на Сергея.

– Знаешь… мы вот тут с тобой сидим и мне кажется, что на всём белом свете никого нет. Только ты и я… – обнимая девушку и привлекая к себе, нежно целуя её в шею, сказал Сергей.

Ну кто мог удержать этих двоих от соблазна, от такого потрясающего сознания близости друг с другом…

Им вновь было хорошо, хорошо от неумелых ласк, волнующих прикосновений и поцелуев. Потом, вместе поев и после того, как Дина сделала уколы и перевязку, они, обнявшись, крепко уснули.

Но ранним утром Дина встала и одевшись, умылась, зная, что скоро придёт Евгений Николаевич. Так проходили дни, Сергей чувствовал себя хорошо и дней через восемь, Евгений Николаевич его выписал. Дина настояла, чтобы Сергей написал заявление, что сделала и сама. Евгений Николаевич, услышав об этом, пытался уговорить Дину не совершать глупостей, но девушка была непреклонна. Начальник колонии передал, что даёт молодым людям время всё обдумать, но вызвал к себе Евгения Николаевича, чтобы узнать причину такого решения Дины, которую хорошо знал.

– Говорят – любовь, Егор Алексеевич. Я пытался её отговорить, даже с её бабушкой говорил. Ни она, ни я, ничего не можем сделать, она стоит на своём. Даже и не знаю… – ответил Евгений Николаевич.

Егор Алексеевич приказал принести личное дело Сергея Анатольевича Павленко и внимательно его прочёл.

– Сына Мордвинова убил? И Дина Беленькая знает, что у парня такой срок? Что в этом парне такого, что за неделю, Дина приняла такое решение? – спросил Егор Алексеевич.

– Парень красив, этого у него не отнять, он не похож на тех, кто сидит в колонии. Может и правда, это у них любовь, товарищ полковник? – ответил Евгений Николаевич.

– Ладно. Время ещё есть, может она и передумает, – сказал Егор Алексеевич, закрывая дело Сергея.

А Сергей вернулся в барак, стараясь не держаться за бок и не морщиться от боли, правда и боль была едва ощутимой.

– О! Какие люди в Голливуде! – раскрыв руки и подходя вразвалочку к Сергею, произнёс Монгол, поднявшись от шконки Бешеного.

– Усохни, Монгол! Сядь! – громко сказал Бешеный.

– Привет честнОй компании. Как твой котелок, Монгол? – с тревогой озираясь, спросил Сергей.

– Как видишь, Серый, живой я. И ты, вижу, на мази? – спросил Монгол.

– Присаживайся, Серый. Говорят, ты жениться решил? – с иронией спросил Бешеный.

– А твои уши, я гляжу, остры, Бешеный? Арапа гнать не буду. Да, верно говорят, хотя это мой базар и никого это не касается, даже тебя! – сев на скамью, ответил Сергей.