Чтение онлайн

– Как же его рана? – пронеслось в голове Дины, но сдерживаться сил не было…

Полина почти месяц собиралась, чтобы поехать на свидание с Сергеем. Она никогда не сталкивалась с такой проблемой, женщина была растеряна. Сердобольная соседка пришла на помощь.

– Ты, Полина, бери самое нужное. У меня брата сын, два года в колонии сидит. И не плачь всё время! Главное, парень жив! Жив, понимаешь? Дай Бог, вернётся. Брат сказал, что к октябрьским праздникам уже амнистию объявили, значит и твой тоже под неё попадает. Он ведь в первый раз попался? То есть… ну это… в первый раз его осудили? – говорила Надежда, жившая на одной площадке с Полиной и Дмитрием.

– В первый раз, да. Но как подумаю о том, как он там… Господи! За что же это? Так что самое нужное-то, Надя? – перестав плакать, спросила Полина.

– Чёрный чай, можно самый дешёвый, не обязательно индийский, они там его густо заваривают и пьют, чефир называется. Правда, не знаю, зачем это нужно. Ещё сигареты, а можно и махорку. Зима в Архангельске суровая, тёплые носки, нижнее бельё, чёрного цвета, ну… кальсоны раньше называли… тоже лучше чёрные. Ну и консервы, если там примут. Племянник в колонии общего режима сидит, так брат ему возит, да. Только перед тем, как пропустить его к сыну, открывают банки. Лучше в открытом виде всё везти, да… сала побольше бы, сытость оно держит, сладости тоже надо, ну там… конфеты и печенье, пряники и вафли можно. Дальше, сама смотри. Пойду я, мой с работы должен прийти, кормить его надо будет. Если что, заходи, – говорила словоохотливая соседка, проходя к выходу.

Дмитрий тоже хотел поехать с Полиной к сыну, но на работе аврал, нужно было отчёты сдавать, в общем, отпуск ему не дали. Чтобы сэкономить время, ведь и Полина работала, она решила лететь на самолёте, а дальше, до колонии автобусом или на такси доехать.

– Ты сама-то всё не тащи, проси мужчин, чтобы помогали нести тяжёлые сумки. Жаль, я не могу с тобой поехать… Обними сына, не знаю, что и сказать. Ведь меня никто и слушать не хочет… – с виноватым видом говорил Дмитрий, накануне отъезда жены.

– Я всё ему объясню, Дима. Ты сделал всё, что мог. Не твоя в том вина. Дай Бог и на Мордвинова управа найдётся. Хотя, он и так получил за свои деяния. Что может быть хуже, чем детей своих хоронить? Сама испытала эту боль, врагу не пожелаю… – произнесла Полина, опять всплакнув.

А утром, сложив сумки в багажник своей машины, Дмитрий отвёз жену в аэропорт и проводил до Архангельска.

Сергей старался сдерживать себя, он медленно гладил нежную, гладкую кожу Дины, от чего она дрожала всем телом. Вдруг Сергей резко убрал руки и приподнялся.

– Прошу тебя, уходи! Не нужно этого делать. Минутная слабость может обернуться для тебя испытанием на всю жизнь. Кто я? Что у меня впереди? Я и просвета не вижу. Может быть и выйду когда-нибудь отсюда, если не убьют меня. А ты… ты молодая, красивая… да, я очень этого хочу, но не нужно. Уйди! Не искушай меня! – резко встав с кровати, сказал Сергей.

Но вдруг побледнел, схватился за бок и застонав, вновь присел.

Дина судорожно надела на себя халат и подбежав к шкафчику, набрала обезболивающие, анальгин с димедролом и подошла к Сергею. Раздеться парень не успел, Дина приспустила его штаны и вколола укол.

– Серёжа? Ты весь такой правильный, совестливый… а я распутная, да? Да пойми же ты наконец! Мне кроме тебя никто не нужен! Я тебя люблю, понимаешь? А когда любишь… ведь ради любимого готов на всё. Что потом будет? Будь, что будет, милый! Ладно, отдыхай… я ужин принесу, тебе поесть надо. И чай принесу горячий, – сказала Дина, повесив свои вещи на спинку стула, так как надела только халат.

Она вышла, оставив Сергея одного. Возбуждение прошло, резкая боль ещё не зарубцевавшейся раны, охладила его пыл. И потом, он не мог так поступить с Диной, понимая, что может этим сломать ей жизнь. Девушка вернулась с чашкой горячего чая и с тарелкой гречки с мелкими кусочками мяса.

– Поешь, пока горячее. На вот, с пирожком, – сказала она, ставя всё на стол.

Ел Сергей молча, здесь, в тишине, он забывал о том, где находится. И Дина рядом, с запахом лекарств и духов. Она сидела очень близко от него, он чувствовал аромат её длинных волос, они касались его шеи и плеча, это волновало его.

– Утром скажи доктору, пусть выписывает меня. Иначе, нам ошибки не избежать… – стараясь сдерживать себя, сказал Сергей.

– У тебя ещё рана не зажила, Евгений Николаевич тебя не выпишет. Он сказал, что на две недели здесь останешься. Рана может воспалиться. Серёжа… ты не волнуйся, я лягу в его кабинете, если я настолько тебе неприятна, – вставая со стула, сказала Дина.

Она была обижена, видимо подумав, что совсем ему не нравится. Сергей схватил её за руку.

– Вот уже несколько дней, дороже тебя, у меня никого нет, Дина… но я не могу тебя обидеть…пойми. Кто я и кто ты? Я очень этого хочу… но после этого, я возненавижу себя за проявленную слабость. Ведь, неизвестно, что меня ждёт завтра, а тебе жить, замуж нужно выйти, детей рожать… не хочу, чтобы из-за меня ты потом мучилась… – не смея смотреть ей в глаза, говорил Сергей.

– Глупый… я же люблю тебя и если и ты любишь… – положив руки ему на плечи, начала говорить Дина.

Сергей тут же поднял голову.

– Если люблю? Да я не знаю, как жить без тебя буду, когда уйду отсюда! – взволнованно ответил Сергей.

Дина молча расстегнула пуговицы халата и тут же сняла с Сергея майку.

– Просто люби меня, милый… сейчас я хочу только этого… а что будет завтра… Бог покажет, – прошептала она, целуя Сергея в шею.

Он расстегнул ей бюстгалтер, прижавшись губами к упругой груди и крепко обняв, положил на кровать.

Дальше, всё происходило словно в тумане. Дина была первая, кого так ласкал Сергей, сначала неумело, осторожно, потом смелее и нежнее. Сергей был первым мужчиной у Дины и она ни минуты не сомневаясь ни в чём, просто отдавалась своему чувству, охватившему её юное, девственное тело. В тишине были слышны стоны и тяжёлое дыхание обоих влюблённых. Не сдержавшись, Дина вскрикнула от резкой боли внизу живота. Сергей, остановившись, ошалело посмотрел на неё, не понимая, как он мог причинить ей боль. Дина улыбнулась и стыдливо уткнулась лицом в его крепкую грудь.

– Тебе больно? Прости… я не хотел… я… – тяжело дыша, бормотал Сергей.

– Глупый… ты ничего не понял? Милый мой, ты у меня первый мужчина. Так должно быть… уже прошло… – Дина сгорала от стыда, не понимая, как такой взрослый человек, не знает таких простых вещей.

– Ничего не понимаю… кровь… что я сделал? – оторопело глядя на простыню, произнёс Сергей.

Полина воспитала его скромным и добрым мальчиком, даже в школе, о таких вещах, как девственность и что при этом бывает, не говорили. Учёба и тренировки, чтение книг, любимые записи известных певцом и исполнителей и занимали досуг Сергея. Он рос, не думая о таких вещах, да и не тянуло его к девушкам, тогда как многие в его классе, успели побывать в близости с женщинами.