Чтение онлайн

Юноша хотел уже накинуться на опекуна, но Безумная Красавица, словно б не услышав вообще последнее высказывание, спокойно рассудила:

— Я поговорю с ней. Девушка на вид серьёзная. Как раз приспособится лучше к жизни среди вольных.

Ланакэн заметил угрюмого Соула, стоявшего у входа в обширный подземный зал, где обычно проходят тренировки и обучение вновь прибывших бойцов. Скучное помещение в форме вытянутого треугольника с достаточной высотой практически гладких потолков с первых же дней обитания здесь показалось для жилья уж больно неуютным, однако идеально позволило использование даже самых длинных вариантов оружия благодаря просторности. Врачеватель хмурится, нервничает, но старается не выдавать своего присутствия. Уловив движение рядом, торопливо прижал палец к губам. Осилзский одними глазами попытался задать вопрос, но друг опередил и жестом указал смотреть внутрь. В пограничное с рассветом время тут обычно никого нет. Но кто-то стремительно пересекает пространство, делая выпад за выпадом, уходя от представляемого врага. Хрупкая фигурка напоминает молнию, обретшую человеческий облик.

— М… и давно она тут? Разве ей можно так себя перетруждать, если носит ребёнка? — тихонько уточнил бывший пахарь.

— Пока можно. Однако… Ничего в её движениях не заметил нового? Того, чего прежде не было в бою? Присмотрись! — Нгдаси не отрывается от наблюдаемого зрелища. Словно б пытается запомнить каждый поворот, уловку. Явное изучение возможного противника. Притом такого, что победить кажется отнюдь не элементарным делом. И вот тут предводитель Убежища разобрался. Окружающие давно прозвали это «техникой ленивого боя». По иллюзорно ленивым концовкам и началам связок. Манера, как-то сама собой появившаяся ещё при обучении Шамулом.

— Она имитирует твою манеру фехтования. И… не обижайся, но у неё отлично выходят некоторые сугубо твои приёмы. Что это значит? — лекарь недовольно покосился на соратника.

— Это? Только то, что воин не должен останавливаться на достигнутом. Ей показались удобными некоторые стойки, — усмехнулся наследник Аюту. Почему-то открытие даже польстило. Ведь девушка — урождённая наследница Руали! За свои недолгие годы узнала очень многое, о чём человек и не слышал. И вот… нашла интересной манеру сражаться своего малообразованного возлюбленного.

— Вот уж не думал, будто скажу такое… И всё же… покажи мне — как ты это делаешь, Ланакэн. Я не хотел бы оказаться слабее неё… Хоть она и отвратительно слабо держит меч! — бывший сосед мрачно обернулся, ловя в полумраке взгляд собеседника.

— Какой из меня учитель! Я сам не так уж давно был твоим учеником! Что ты!

— Попробуйте, господин Ланакэн! Это непростая техника, но крайне эффективная и сберегающая энергоресурсы бойца, то есть повышающая длительность его работоспособности в бою, — раздался высокий голос Силион, заставив вздрогнуть. Рядом смиренно стоит юное существо, вроде бы и мухе вреда не причинит. Соул вздрогнул.

— Ты… знала?!

— Что наблюдаете? Да. Конечно. Вам нужен учитель. Вы в поиске. Это заметно.

— Кто б говорил! Сама научись оружие держать нормально! — огрызнулся ветеран Сопротивления и зашагал прочь. Малышка снисходительно улыбнулась.

— Почему ты так сказала ему?

— Потому что Ваш друг хороший воин, но ему не хватает движения к совершенству. На этой дороге стоять нельзя. А он стремится двигаться далее, но путается в целях, — робко заметила кровная кандидатка.

— Ты к чему-то готовишься?

— Нет. Но вскоре не смогу тренироваться в полную силу. Я должна максимальное время оставаться в полезном состоянии, — даже при зыбком свете трепетного факела заметно, как по молодому лицу скользнула тень. Тонкая ладошка быстро коснулась лба, словно б стряхивая упавшую прядь. Ещё мгновение, и на губах уже появилась усмешка над собственной слабостью. Слов утешения не нашёл, ведь и сам не ведает, чем утешиться. Буквально сбегая, поспешил следом за тем, кто некогда привёл сюда, а теперь просил наставления.

— Твоя женщина иногда совершенно невыносима! — Нгдаси сел за импровизированный стол и выжидательно уставился на гостя. Он пошёл в Сопротивление ещё тогда, когда оно являлось лишь полулегендой, устно передаваемой от одной деревни к другой с кочевниками. Тогда созревшие философские мысли парня мало у кого находили отзыв. Большинство считало его одарённым безумцем. Однако вскоре у Аюту нашлось место, и желторотый фантазёр достиг довольно неплохих высот в своём деле. Возможно, помогало ещё и знание внутреннего устройства человека и григстанина. Но ныне высокий и крепкий мужчина осознал, насколько нуждается в чём-то большем.

— Я не могу стать твоим учителем. Всё-таки, ты научил меня очень многому из того, что я знаю. Но, если хочешь, поделюсь тем, к чему пришёл за время тренировок у Аюту. Ну, какой учитель из меня?! Сам подумай! Ещё пахать, может быть… Или там стол сварганить… Научу. А в этом… Тут всё как-то само выходит. Шамул направлял как-то, но как… Повторить не смогу. К тому же… Сам не в лучшей форме со своей травмой, — неловко замялся говорящий.

— Идёт. Может, что и выйдет. Хотя и… странно, Ланакэн… У нас с тобой был один наставник, а вот итог вышел совсем разным.

Когда Осилзский вернулся, Силион уже ушла. Он с некоторым сомнением взял лежавший тут для обучения новичков деревянный меч. Попробовал вспомнить азы и повторить движения левой рукой. Получалось неуверенно, но для начала неплохо. Сделал несколько самых незамысловатых связок, но запутался и остановился, стараясь в уме создать зеркальное отражение обычных действий.

— Хм… Не всё так просто!.. Нельзя просто переносить на эту сторону, на самом-то деле… Реальный соперник, скорее всего, окажется правшой, — внезапно раздалось нерешительно совсем рядом. Ланакэн удивлённо обернулся. У сложенных тренировочных клинков стоял не слишком хорошо знакомый ему человек лет сорока в обыкновенном полотняном одеянии крестьянина, однако без рукавов, как делают многие мечники для удобства. Невысокий и слегка сутулый, он вызывает ощущение робости, да и в мимике читается неловкость, хоть и сражается под руководством Аюту уже многие годы.

— Меня зовут Раст Флет… Возможно, вы меня и замечали: я не слишком хороший боец, а потому пересекались мы редко… Но я владею обеими руками! Это… может быть, выручит Вас… Можно потренироваться вместе! Я могу для начала изобразить действительно зеркального соперника, а потом попробуем по-другому… Кажется, так Вам проще…

— Вот теперь вспомнил! Точно! Как-то раз в схватке приметил: движения какие-то странные, но не вник, что именно меня в них смущает! — всплыло, наконец, где раньше видел его. Собеседник довольно улыбнулся. Совершенно не ожидал, что могут узнать. И они попробовали. Фехтовальщик и впрямь из Раста весьма посредственный. Во многом, по причине изначально лучшего владения левой конечностью, к которому учитель не одолел приспособиться. Пришлось осваивать, будто был правшой — до конца не удалось. Переучился сам, но без нормальной поддержки пошло не очень хорошо, хотя пока выжить и получалось. К тому же внешность у него сильно обманчивая: от природы действительно крайне легко тушующийся, вовсе не пуглив. Наоборот — привык сталкиваться со сложностями с детства, и упорно пробиваться пусть из последних сил, но до конца.

Такой партнёр оказался удивительно кстати: дело пошло куда лучше, когда результат того или иного действия стал очевиден. Пришло восприятие, как именно надо перемещаться. Кажется, теперь попробовать направить Соула получится легче, чем показалось вначале, (ведь давал согласие, беспомощно посматривая на зафиксированную кость).

Силион, справившись с утренними делами, неспешно направилась туда, где разбирался с фермерскими освобождёнными Шоу. Отыскав его, остановилась чуть в стороне, рассматривая новых жильцов Убежища и ожидая, когда Риул заметит приход григстанки. Наконец, их взгляды пересеклись. Он без слов понял, что прилюдно не следует подходить к посетительнице. Только поспешно осмотрел окружающий народ и отыскал нужную фигуру в тёмном углу неподалёку. Кивнув в сторону Сунату, отвернулся, продолжая общаться с подобранными кандидатами в агитаторы. Сегодня может уже смело представлять подобранную группу руководителю Сопротивления. А некоторых порекомендовать знакомым для обучения каким-либо боевым искусствам — таких обнаружилось немало. Забитые существа вовсе не настолько уж и слабы морально, как представлялось вначале. И их души постепенно оттаивают от психологической заморозки неволи. Кто скорее, кто медленнее приходит к собственным устремлениям.