Чтение онлайн

Она открыла почту и, чуть увеличив, принялась изучать пункты, но тут в селекторе заговорил Кевин, предупреждая, что к ней пришла Эмили. Джой закатила глаза. Она все ещё не хотела видеть ее после истории с Роуз. Прошла неделя, не омраченная ее дурацкими шуточками.

Но все же она прошла.

Джой открыла дверь, нажав на зелёный огонек.

— Мисс Джет! — Эмили залетела в ее кабинет, как смерч. Она оперлась руками о стол и уставилась на Джой так, словно прямо сейчас в «БМВ» терракт. Джет выжидающе посмотрела на нее. — У меня жизненно важный вопрос. Чертовски важный.

— Ну?

Эмили задрала футболку, оголяя грудь прямо на уровне ее глаз. Джет тупо моргнула, отпрянув назад.

— Что, если я их увеличу? Думаешь, мне пойдет?

— Твою мать, Томпсон, — зарычала на нее Джой, вскакивая со своего кресла. Она рывком опустила футболку Эмили и гневно сдвинула брови. — Тебе нехрен делать или что?!

— Ой, — грустно выкатила нижнюю губу Эмили, — не кричи на меня. Я уже все сделала, уже шесть часов, что мне ещё делать? Пентагон взломать? Второй раз?

— Иди домой, — заскрипела зубами Джет. Она села на место и, чувствуя, что закипает, прикрыла глаза, массируя пальцами виски. Для Эмили это нормально. Джой привыкла, черт возьми, она ведь привыкла. Она не должна срываться на ней. Должна закрыть себе рот и молчать.

То, что случилось у них с Роуз, ее не касается.

— Я не хочу домой, — Эмили, как упрямый ребенок, топнула ногой. — И работу я всю закончила на сегодня. Тебе тоже хватит уже работать.

— Эмили, — ледяные иглы в ее тоне впились в кожу Эмили, но вместо страха вызвали мурашки, бегущие под одеждой, как щекотливые водяные капли. Она наклонила голову со спокойной улыбкой, готовясь выслушать, кто здесь главная. — Что-то я не припомню, чтобы спрашивала у тебя разрешения. А, извините, может, стоит называть вас «мисс Томпсон»? Ещё команды будут?

— Брось, — усмехнулась Эмили и совершенно нахально закрыла крышку ее ноутбука. — Вне рабочего времени вы мне не начальница, мисс Джет. Вне рабочего времени ты моя горячая бывшая. Как насчёт составить мне компанию в баре?

Джой тяжело вздохнула. Ее пальцы крепко сжимались на подлокотниках, пока она представляла, что это вовсе не подлокотники, а горло Эмили Томпсон. Доктор Брукс говорил, что яркие образы в голове способны заменять по ощущениям реальные действия.

Лжец.

— Мы идём в бар, — безапелляционно заявила она. Джой вопросительно повела бровью. — Ну давай, Джо. Тебе надо хорошенько надраться и отпустить весь напряг. Пойдем, моя грозная госпожа, — умоляюще сдвинула брови Эмили. — Как в старые добрые.

— Какие старые добрые, Эмили? Мы никогда не ходили в бар.

— Да?! — в притворном ужасе открыла рот Томпсон. — Значит, это было с кем-то другим. Ну неважно. Идём? — губы Эмили растянулись в лучезарной улыбке. Она обошла стол со стороны Джой и, развернув к себе большое боссовское кресло, потянула Джет за руки. Она поднялась, не в силах сопротивляться ее настойчивости.

Джет устало посмотрела на Эмили сверху вниз. Она была ниже Джо больше, чем на полголовы, но иногда ей казалось, что эта маленькая синеволосая психопатка способна заполнить собой все пространство над ее головой.

— Ладно, — сдалась Джой. — Идем.

— Да, — с широкой улыбкой, — я знаю, что тебе нужно.

— Без рук, — предупредила ее Джой, когда ладонь Эмили потянулась к ее плечу. Джет поплелась к двери. — Я правда хочу надраться, как сука, но если ты думаешь, что после этого мы потрахаемся, то можешь закатать губу обратно прямо сейчас.

— Вау, никогда не слышала, чтобы ты выражалась, как шпана из Комптона! — под впечатлением воскликнула Томпсон. — Ладно, я обещаю. Оставлю твою честь Рыбке.

***

Грэг тяжело вздохнул, подавляя дикое желание закурить.

У кого-то время меняло обстоятельства, друзей, любовников, или заставляло их полюбить фасоль, например. Один его друг из дрыща превратился в громилу, накачавшись синтолом. Две его гетеросексуальные подружки из школы бросили своих мужей и укатили вместе в Грецию снимать порно-ролики. Даже его мать за последние пять лет из ярой католички превратилась в железную протестантку.

Но у Грэга не менялось ни-че-го.

Рейна вносила лепту стабильности в его жизнь.

— У меня н-не получи-илось, — белугой рыдая на пороге его пустующего клуба, заявила она. На ней даже наряды каждый раз походили один на другой: все откровенней и откровенней.

— Что случилось, дорогуша? — покачал головой он и, сняв с себя фиолетовый пиджак, накинул на ее голые плечи. В одиннадцать вечера на улице было уже слишком холодно для того, чтобы расхаживать в таком виде, а в его все ещё неработающем, многострадальном третьем «Олимпе» было отключено отопление. Грэг приходил сюда ностальгировать и мечтать.

Рейна — рыдать.

— Мне так плохо, Грэг, — она уставилась на него своими карими глазами, полными воды и отчаяния. Схватилась за его плечи, едва не повалив на единственный в зале диван за столиком. От нее слегка несло выпивкой. Навскидку: пара шотов текилы. — Я все провалила… Я ужасная… Я…

— Убила кого-то? — невозмутимо поинтересовался он, усадив Рейну рядом. Он благоразумно сделал вид, будто бы совсем не догадывается о причине трагедии — сладость первых слов об этом должна доставаться плачущей.

Она легла ему на грудь, тут же пропитывая его рубашку слезами. Горькими, надрывными, истинными слезами драмы-квин — так, как Рей умеет. Грэг обнял ее одной рукой, успокаивающе поглаживая по плечу, стараясь укутать ее в пиджак поплотнее; здесь и вправду было холодно. Грэг увез почти все оборудование в рабочие два. Помещение было просторным и пустынным, пыльным… Много чего он уже упаковал в синюю клеёнку, нехотя допуская мысль о том, что скоро с этим клубом придется расстаться совсем.