Чтение онлайн

– Какой калибр?

– Большой. Морские орудия. Сняты с крейсеров. Или с береговых батарей.

– Воздух! Немцы!

– Замаскироваться всем! Огонь только по команде!
– проорал я.

Верно я предположил - пара хищно-тощих силуэтов стремительно прорезала высоту на восток - штурмовики догоняли. С земли им видно подсказали, что наши штурмовики работали без прикрытия. На нас они не отвлекались, я тоже решил их внимания не привлекать. Фениксы могли достать, но на пределе высоты, т.е. эффективность почти ноль, а вот "худые" наведут на нас батареи немцев.

Проводили глазами самолёты с крестами, споро стали сворачиваться.

Только соединившись, полк опять распадался. Боевую часть полка я повёл на север, тылы Гинзбург повёл на восток.

До намеченного места добрались почти без происшествий, так - вспугнули две разведгруппы врага. Уничтожить не получилось - очень резво они ретируются, боя не принимают.

Вышли на намеченные позиции раньше противника, чего я, честно говоря, опасался. Не успеть, в смысле. Закрепившегося немца наскоком не возьмешь. Как и нас. И отходить нам было бы уже больно.

По обеим дорогам сплошной рекой текла людская масса, обтекая огромные бомбовые воронки, остовы техники и трупы людей и животных.

– Комиссар! Вот и для тебя нашлась работа! Не всё же штаны марать в тылах! Всех дезертиров остановить, организовать из них пополнение нашей мотопехоты! А это твоя работа! "Как?" Раком, тля!

Наметили позиции, батареи и пехота стали зарываться в землю. Разведчики разлетелись во все стороны - враг не обязательно подойдёт с запада.

Испытание людей.

В состоянии аффекта.

Когда намечал сектора обстрелов в линии огня полка, вернулся Кадет. Летел на своём Кирасире, как на самолёте.

– Немцы?
– запросил по радио.

– Нет, пока, но кое-что занятное.

Занятным оказался белобрысый мальчуган с подбитым глазом и облупившимся носом.

– Здесь, в селе, стоят сухими до десятка танков, - докладывал Кадет, показывая на карте.

– Вот почему развилка оказалась свободна, - кивнул я, и обратился к мальчугану, - Точно без топлива?

Тот закивал:

– Они последнее сливали, чтобы в несколько танков залить.

– И где эти танки, заправленные?

– Обратно ушли.

Ушли ли? Боевое охранение, засада? Видно, Кадет о том же подумал:

– Такой шанс!

– А чем немец занят?

– Пьют! Девок наших насильничают. И мамку-у-у...
– парень вдруг разревелся, - Убили-и-и...

Я услышал скрип своих зубов, нет, не только своих.

– Кадет!

– Я!

– Шанс небывалый. А не попадём ли мы впросак? Выяснить! Чтоб ясно было, как в полдень!

– Так точно!

– Мельник! Собирай ударную группу! Сам возглавлю. Батарея Единорогов, Куцые, Егеря, Кирасиры, Сталкер. Огнесмеси побольше. Сжечь! Быстро! На сборы пять минут! Выдвигаемся с переезда.

Спустя пять минут ударный мобильный отряд стартанул с переезда на северо-запад по пыльной грунтовке, уже опустевшей от беженцев. О том, что поток был, свидетельствовали трупы и тысячи следов.

Немцы были в семи километрах. Это если по карте. В реале дольше, конечно. Летели на всех газах. Куцые и Егеря сразу вырвались вперёд, Забитые, как автобусы в час пик, пехотой, Единороги и Кирасиры, отстали, глотая пыль.

– Есть контакт!
– доложил Кадет, - Вижу собаку с метлой и косой. Меня не унюхала.

– Понял тебя, погляди, что за огородами.

– Сделаю.

– Медведь - Куцым, Егерям, нахрапом ломим! Не останавливаться! Блох скидывать на ходу! Крутись, как уж, но не останавливайся! Врываемся и жжём! Я прикрою!

Немцев врасплох застать не удалось. Ещё бы - такой столб пыли и рев десятков движков. А для танкистов источник рёва - это не секрет и не загадка. Поэтому первый же Т-70, взлетевший на гребень высоты, споткнулся и развернулся на сбитой гусенице. Экипаж не покинул машину - стали разворачивать башню.

– Сорок седьмой - покинуть машину!
– заорал я в радио. Поздно - танк запылал. Уже не вылезут.

Остальные танки перевалили за гребень и скрылись от меня, с Егерей посыпались разведчики, бегом сопровождая свои машины.

Вот и мои Единороги добрались до верха и я, наконец, увидел развернувшийся бой.

Т-70 и Егеря уже мелькали меж домов, наша пехота в рукопашной дралась с немцами. Две пушки и пулемётные точки уже были раздавлены, но горели ещё два танка.

– Батарея, огонь по готовности!

И мы с холма накрыли немцев частым и метким огнём. Немцы сразу побежали на север.

– Отставить преследование! Зачистить поляну! Жечь! Всем жукам - приготовиться к встрече гостей.

Пехота занялась зачистками, сапёры подрывали брошенную технику противника. А наши танки и БМП выкатывались на окраины села, давя и расстреливая всё на своём пути.

– Командир, восток! Я под огнём! А-а-а!

Это взорвался один из Егерей. Тут же ещё и Т-70 с Кирасиром.

– Укрыться за хатами!
– крикнул я в шлемофон и тут же своему мехводу - Вперёд! Обойдём их.

– Единорогам! Подавить противника!

Три Единорога стали частыми залпами рвать заросли на восточной окраине села, а я на Пухе летел зайти им во фланг. Сколько их? Ну, 1-2. Порву.

– Командир! Запад!
– доложил Кадет.
– Крупная группа. Долго не удержу!

Твою дивизию! Попали! Раздавят!

– Единорогам! Встретить врага!

А потом подумал и приказал:

– Всем откат! Повторяю - Откат! Белый Шум!

Связь пропала. По это команде наш штатный глухарь врубает свою бандуру и помехи забивают эфир.

Эх, не вовремя я решился на ход конём! Громозека пнул меня, подбородком показывая на заросли орешника слева. Всего в полутора сотен метров от нас.

– Осколочный! Два снаряда! Лево, пятьдесят! Огонь!

Взрывы разметали кусты, обнажив самоходку Штуг со сбитой гусеницей.

– Бронебойный, в корму! Пли! Есть пробитие! Пли! Горит! Ещё! Громозека!

Пулемёт Громозеки коротко три раза рявкнул.

– Право, осколочный! В ходовую! Давай!

За горевшим Штугом показался ещё один. Он сдавал назад, чтобы развернуться на нас, но взрыв снаряда разорвал ему гусеницу и разбил траки. Штуг пытался довернуть на одной, но мой наводчик всадил ему один бронебойный в щель мехвода, сразу прекратив поползновения, второй снаряд, правда, срикошетил в небо от маски орудия, но третий, попавший прямо в уже пробитую дыру первого (не думал, что так бывает!) довершил начатое - самоход запылал. Громозека ждал немцев, но люки не открылись.