Чтение онлайн

Было отдано распоряжение капелланам ряда полков исполнять свои обязанности, но ввиду разбросанности полков по различным частям Англии сочли невозможным до истечения великого дня найти этих капелланов или по крайней мере что-либо разузнать о них.

Большая часть знаменитых врачей, судя по их поведению, казались неверующими, но в то же самое время они, где только можно, распространяли слух, что комета может вызвать в воздухе тлетворное зловоние, единственным средством против которого являются соответствующие и вовремя принятые лекарства. Однако эти предостережения мало на кого произвели впечатление, ибо с приближением страшного часа христианское смирение в народе возрастало и многие больше тревожились о душе своей, чем о теле (что никогда не замечалось прежде).

Если в сравнении с другими людьми достопочтенное духовенство проявило больше беспокойства, я великодушно объясняю этот факт свойственным им великим попечением о душах, и что окончательно утвердило меня в этом мнении, так это то, что степень страха и ужаса была у них большей или меньшей, соответственно их сану и степени в церковной иерархии.

Нечто подобное можно было наблюдать среди всех других священнослужителей, хотя и не принадлежавших к англиканской церкви: чем выше был их сан, тем больше испытывали они страха.

Я не говорю о дворе, дабы мои слова не были сочтены за оскорбление, и я воздерживаюсь называть имена отдельных лиц, дабы избежать обвинения в клевете, и поэтому я жду от читателя, что он отнесется снисходительно к неполноте этого повествования и воспримет его скорее как набросок, нежели как обстоятельно и по всем правилам изложенную историю.

Насколько мне известно, ни один человек не выказал ни малейшей радости, за исключением трех злодеев, которых в следующий понедельник должны были казнить, и одного старика, усердного прихожанина, который, будучи при смерти, выразил известное удовлетворение, услышав эту весть.

В четверг утром на бирже почти не совершалось сделок. Продающих было множество, но покупающих – так мало, что трудно утверждать, что акции вообще имели какую-нибудь ценность, разве что у иудеев, которые в этот день получили изрядный доход от своего неверия. Было также немало таких, которые именуют себя христианами, а, однако, предлагали покупать на время, но, так как все это люди с высоким положением, я предпочитаю не называть их, потому что поистине это означало бы обвинить их как в алчности, так и в неверии.

Наплыв в банк вкладчиков слишком хорошо известен, чтобы нуждаться в подробном описании, ибо никогда нельзя забыть, что в тот день никто (кроме самих директоров и кое-кого из ближайших их друзей и компаньонов) не мог обратить чек в наличные, потому что все банковские чиновники были заняты обслуживанием начальства.

В разных церквах города и пригородов семь тысяч двести сорок пять человек публично и торжественно объявили перед молящимися, что берут в жены своих содержанок, каковое оглашение было признано законным браком, потому что священники не располагали временем совершить брачную церемонию по форме.

В церкви Сент-Брайд на Флит-стрит мистер Уолстон (ранее писавший против чудес Спасителя) в крайних муках совести публично отрекся от своих писаний. Доктор Мэндевиль (о котором ранее неосновательно уже сообщалось то же) теперь на самом деле и с полной убежденностью совершил отречение у Сент-Джеймсских ворот; то же сделали в церкви Темпля несколько джентльменов, часто посещавших кофейни, расположенные около суда. И столь велики были их вера и их страх, что двое из них тут же упали замертво; но я не буду сообщать их имена, дабы не подумали, что из злобных побуждений стремлюсь набросить тень на их семьи и потомство.

Большинство актеров, у которых прежде было мало веры в бога, воспылали теперь желанием обрести ее сколь возможно больше и поэтому бросились в объятия римско-католической церкви; то же наблюдалось среди своден и веселых девиц.

Один ирландский джентльмен навестил меня из чисто дружеского расположения и посоветовал нанять лодку на предстоящий день. По его словам, он опасался, что если я серьезным образом не позабочусь немедленно достать лодку, то, возможно, будет поздно; ибо его соотечественники зафрахтовали уже почти все лодки на реке, полагая, что, когда возгорится всеобщий пламень, река будет самым безопасным местом.

Два члена палаты лордов и трое из палаты общин, из угрызений совести, поспешно отказались от своих пенсий, очевидно решив, что пенсии есть не что иное, как ежегодная постоянная взятка. К счастью, все остальные крупные пенсионеры, как говорят, обратились к кое-кому из видных священников и позволили успокоить свою щепетильную совесть.

Весьма примечательно, что несколько самых богатых купцов нашего города из чистого милосердия раздавали шиллинги и шестипенсовики нищим, толпившимся у церковных дверей. А в одной городской церкви некий весьма состоятельный церковный староста собственными руками роздал пятьдесят двенадцатипенсовых хлебов бедным, воздавая им за множество обильных и дорогих блюд, которые он съел за их счет.

Три знатные дамы, один лакей, два лорда, один таможенный чиновник, пять отставных капитанов и один баронет (все известные игроки) всенародно явились в Вестминстерскую церковь и вручили священнику значительную сумму денег: тех, кого они обыграли, либо уже не было в городе, либо их невозможно было найти. Но столь велика закоснелость в грехах среди членов этого братства, что мне так и не довелось слышать, чтобы другие игроки, из дворян или из простых (хотя ремесло это весьма распространенное), совершили такие же возмещения. В то же время, в противоположность им, должен отметить как примечательное явление, что по всему городу грабители, взломщики и карманные воришки являлись с повинной и приносили покаяния.

Директора наших акционерных обществ пребывали в ужасном страхе – можно было подумать, что предстоит парламентский запрос; все же они не утратили присутствия духа и в четверг все утро занимались тайным перемещением ценностей из одних рук в другие, что, по мнению их недоброжелателей, имело целью скрыть последствия их прежней деятельности.

Воздержусь от упоминания о сокровенных признаниях некоторых жен своим мужьям, ибо, поскольку дети их были рождены в браке и, следовательно, являются законными, объявить их незаконнорожденными было бы крайне неблаговидным поступком, особенно после того, как их мужья столь милосердно их простили.

Вечером и ночью по всему городу совершались богослужения в церквах и домах; храмы в этот день были так переполнены знатью и дворянством, что тысячи простого народа молились на улицах. Словом, можно было подумать, что весь город истинно и глубоко религиозен. Но вот что примечательно: все люди одного вероисповедания упорно держались особняком от последователей другого, так как каждый был убежден, что все инаковерующие будут преданы проклятию, и потому никто не хотел молиться с людьми иной веры.