Чтение онлайн

— Все наши планы катятся к чертовой матери, — заявил Ленар и запил свои прогнозы водой, — Мы слишком долго возились с трубопроводом и теперь не успеваем полностью заправиться, собраться и долететь до точки рандеву к сроку.

— Вылет откладывать точно нельзя, — сказала Вильма ртом, набитым сухариками с земляничным повидлом.

— Значит, заправим не полный бак, — добавил Радэк, покривив лицом, — Наверное, это не критично.

— Нет, это критично. Мы обязательно должны заправить полные баки и забыть навсегда про проблемы с водой. На этот раз я хочу перестраховаться.

— И что делать? — спросил Эмиль, — Ты ведь сам только что сказал, что на все времени не хватит.

— Мы пожертвуем трубопроводом, — сказал он, и на него выпучились три пары глаз.

— Что?! — воскликнул Радэк, слишком резко отпив воду из стакана, и приступ кашля схватил его за глотку.

— Осторожнее с такими заявлениями, — Эмиль несколько раз ударил Радэка по спине, забив приступ кашля до смерти. Радэк ответил ему чем-то отдаленно похожим на благодарную улыбку. — У нас, если ты не заметил, каждый техник на вес золота.

— Заметил, но делать нечего. Демонтажные работы отменяются, и… — растерянно развел Ленар руки, — Честно говоря, я рассчитывал на другую реакцию. Я ведь только что официально освободил вас от еще нескольких часов тяжелого труда.

— Но мы же бросаем материальное имущество! — прохрипел Радэк, — Просто берем и выбрасываем в никуда.

— Только не надо драматизировать, — отмахнулся Ленар, — Эти трубы прокатывают на комбинате Нервы из алюминия, выплавленного из местного реголита, который добывают на соседнем спутнике. Они продаются за гроши и легко впишутся в статью вынужденных расходов.

— Допустим. Но как же магнетрон?

— Магнетрон… — повторил Ленар, пробуя на вкус это слово, и в его голове появилось неприятное жжение, — Как я уже сказал, алюминиевые трубы очень дешевые и легко впишутся в статью вынужденных расходов.

— Радэк прав, — встряла Вильма, разделавшись с сухариками, — Магнетрон мы никак не впишем в статью вынуж…

— Хватит! — перебил ее Ленар надорвавшимся воскликом, — Все, нет никакого магнетрона и никогда не было! Мы все это время были без магнетрона, и нас за него уже оштрафовали, так что самое страшное позади! Под нами сейчас тоже нет никакого магнетрона, а корабль нагревает воду при помощи… не знаю, при помощи веры в корабельный естественный отбор! Кто не способен заправиться без магнетрона, тот вымирает, ясно? Не напоминайте мне больше про магнетрон, у меня от этой мысли голова болит!

— Ладно-ладно, успокойся. Давай тогда сменим тему. Есть что-то еще на повестке дня?

Ленар устало потер лоб и словил на себе выжидающие взгляды.

— Нет, — отрезал он, сделав вид, что не заметил веющее от них любопытство, — На этом все, собрание окончено, все свободны.

Наступила мертвая тишина, и никто не решился шелохнуться. Четыре неподвижных фигуры обменивались друг с другом беглыми недоверчивыми взглядами, словно сидели за покерным столом и старались разглядеть отражение карт в глянце хмурящихся лбов.

— Ребята, вы свободны, — ударила Вильма по невидимым струнам, натянутым в воздух, и три пары глаз взяли ее под прицел.

— Да, мы знаем, — ответил Эмиль, и расслабленно облокотился на столешницу, — И мы решили воспользоваться своей свободой по своему усмотрению. Так ведь, Радэк?

— Да, все верно, — он с громким звуком почесал свою щетинистую щеку и расслабленно опустил плечи, — Если не возражаете, мы с Эмилем посидим здесь и немного отдохнем. Если, конечно же, у вас нет причин выгонять нас. У вас ведь нет причин, Вильма?

— Вы что, теперь преследовать нас с Ленаром будете?

— Преследовать не будем, если вы не будете убегать, прятаться и секретничать без нашего участия. Мне стоит напомнить, что мы все еще в одной команде, и ваше с Ленаром поведение не совсем способствует командному духу?

— Радэк, это уже переходит границы…

— Какие границы? — Радэк саркастично оглянулся, — Я думал, у нас нет границ. Признавайтесь, что с Ирмой?

— А ты с ней еще не беседовал? — спросил Ленар и смирился с тем, что головная боль в ближайшее время будет его естественным состоянием.

— Беседовал, и она ушла от ответа. Почти как ты. Что происходит? Почему она не работает с нами? Почему ее сейчас здесь нет?

— Это я предложила, — задрала Вильма свой нос, — Ей будет полезно отдохнуть до отлета.

— Вы уже начали отделять ее от экипажа? — обвиняющее вопросил Эмиль, — Все еще уверены, что ей не место среди нас?

— Ей и так не место среди нас. Она сломалась, понятно?

— Так давайте ее склеим!

— Я серьезно! — ее ладонь ударила по столешнице, и оставшаяся вода в стаканах покрылась рябью.

Ленар поднял руку в жесте, приказывающем Вильме успокоиться, и она начала растирать кожу на лице, переводя дыхание.

— После того, как ее выбросило с Коли репульсионным полем, — начал объяснять Ленар, сложа руки домиком, — она заработала что-то вроде посттравматического расстройства. Теперь ей все время кажется, что скафандр ее душит. Надо ли вам объяснять, что таким людям не место в космосе?

— И все? — спросил Радэк, натянув брови себе на затылок, — Она не является корпоративной шпионкой, террористкой, носительницей редкой заразной болезни? У нее посттравматическое расстройство, и вы не захотели с нами этим делиться?

— Вот теперь поделились. Тебе легче стало от этого?

— Не очень.

— Ладно, — выдохнул Эмиль, переварив новости, — Давайте на секунду забудем о том, что Ирма, как вы говорите, «сломалась». Мы ведь с вами на одном корабле работаем, хоть и в противоположных его концах. Мы имеем право знать о состоянии каждого из нас. Делить нас всех на классы по палубному признаку — это вредительское разобщение, которое не способствует рабочей обстановке. У нас здесь совсем не военное судно и…

— Эмиль, прости, — заткнула Вильма ему рот, — Я решила, что вы с Радэком кинетесь ее защищать, и хотела избежать излишних дискуссий.

— Эти дискуссии не лишние. Пока вы здесь плетете интриги, кто-то должен вспомнить, что она все еще наша коллега, и мы должны помогать ей.

— Она все еще наша коллега, — задумчиво согласился Радэк, — И наш долг помочь ей в пределах наших возможностей. А можем мы далеко не все. Вы все еще хотите исключить ее из нашего экипажа?

— Хотим ли? — переспросил Ленар с издевкой в голосе, — Это не какая-то прихоть, Радэк. Это уже необходимость.

Радэк упер в Эмиля свой вопросительный взгляд, словно спрашивая у него мнения. Эмилю впервые за долгое время было нечего сказать, но эти двое так долго проработали вместе, что уже практически научились читать мысли друг друга. Эмиль лишь издал короткий кивок подкисленной гримасы, и на этом их молчаливое совещание окончилось единогласным решением: