Чтение онлайн

Вошла в дом Настенька, к двери прижалась, все прийти в себя не может – чуть Ванечку сегодня не потеряла.

А наутро Микола пришел, сказал, что Марьяны вчера не стало. Плакала она, Дарьюшку жалела, приговаривала, что нет в жизни справедливости. Потом посмотрела пустыми глазами и ушла со двора. Пошел Микола за ней, окликал, но не оборачивалась Марьяна, спешила, будто тянуло что-то ее вперед. К реке направилась. Еле поспевал за ней Микола. Задыхаться от быстрой ходьбы начал, поотстал еще больше. А Марьяна с горы к реке спускаться стала, упала, проехала на спине, поднялась и к полынье прямиком. Микола как раз до спуска добрался, понял, что жена удумала, стал кричать, звать ее по имени, а она обернулась, посмотрела на него испуганно. Но ноги ее не подчинялись воле Марьяны, в воду несли.

Бабы неподалеку воду набирали, всполошились, руками замахали, побежали к ней. А она еще быстрее вперед пошла, пока не сомкнулись над ее головой воды реки.

Не нашли тело Марьяны, не всплыло оно, не отдала река свою добычу.

Не стала рассказывать Настенька Миколе, что случилось давеча. Не сомневалась она, что это мачеха санки нарочно толкнула, да зачем отцу такое знать, любил он жену свою.

Василь в этот день выпил больше обычного – помянул дорогую тещу. Лишнего принял на грудь, язык развязался, стал болтать, что Марьяна ему рассказывала тайну страшную, что на самом деле над Настенькой, заблудившейся в лесу, барчуки поглумились. Охотились они и на нее наткнулись, привезли к себе в поместье и какое только лихо не творили. А потом испугались кары Божьей и откупились от нее дарами богатыми. И слово взяли с нее никому о том не говорить. Но проговорилась ей как-то Настя, похвасталась. А она, Марьяна, Василю, как сыну родному, все рассказала, чтоб знал, с кем живет.

– В который раз, Василь, попрекаешь меня тем, чего не было, - только и сказала Настя да с ребенком играть принялась.

С этого дня странные вещи стали с Ванечкой происходить. В саночках ехал, вдруг начинал смеяться. Остановится Настя, смотрит на сына. А он головку, в платок укутанную повернет в сторону и гулит, будто видит там кого-то. Жутко становилось Насте, шаг ускоряла.

Как-то нашла она в саночках погремушку хрустальную, будто изо льда выточенную. Кто в деревне мог бы такой подарок ее ребенку тайком подложить? Испугалась Настя, что чародей про сына прознал. А заберет вдруг? А сама Настя ему не нужна, потешился и забыл. Жизни не лишил и на том спасибо.

Да и если бы не повстречала, его замерзла бы насмерть, и отец околел бы. Может и к лучшему, что так сложилось. Все равно ее девичьим мечтам о счастье с Василем не суждено было сбыться из-за стараний Марьяны.

А после уже чувства к Василю остыли. Будто пелена с глаз спала. Оставалась только благодарность за то, что отцом ребенку стать решил. Да и та уже на нет сходила.

Все чаще пропадал Василь незнамо где, говорил слова грубые. Кузня простаивала. Хотела Настя снова кружевами заняться, полезла в ларец, чтобы жемчуг на деньги обменять и ниток купить, да вот только каменьев и жемчуга осталось на донышке.

– Не брал я ничего, - отговаривался Василь. Глазами красными от браги на Настю зыркает, за малым с кулаками не бросается. – Как могла удумать такое? Да даже если и брал, неужели для мужа жалко после всего-то?

– Не трожь больше, - отрезала Настя холодно.

– Что еще не трогать? Тебя тоже не трогать? – потянулся он к Насте, отступила она от него, споткнулась о стол и упала, о лавку головой ударилась. Ванечка от грохота проснулся, разревелся.

Василь к жене подскочил, на лавку усадил, сам в ногах сел, голову на колени ей положил, руку целует:

– Прости, - говорит. – Я исправлю все, будем жить лучше прежнего.

=10=

И правда, Василь забыл дорогу в кабак. В горне весело запылал огонь, а молот застучал по наковальне.

В словах Василь сдерживался, к Ванюшке интерес проявлять начал, игрушек из чурочек ему настрогал, коврик ему расстелет на полу и сидят играют вдвоем, ложками деревянными стучат. Настенька смотрит на них, улыбается. Вдруг наладится все, думает.

Ночами шептал ей Василь:

– Никому тебя не отдам, отогрею.

Теперь Настя еще больше бояться начала, что явится Морозко и разрушит жизнь ее. Василю-то не объяснить, что видела она того всего один раз. А Ванечка как назло, все на улицу просится, подползет к дверям и хнычет, пока Настя его не вынесет во двор. А там он ручкой кому-то машет, зовет кого-то, страх на Настю нагоняет.

Не ведала Настенька, что дальше страшнее будет. Как-то затеяла она тесто. Василь работал в кузне. Ванечка на полу с погремушкой хрустальной забавлялся. Вдруг услышала Настя хохот заливистый. Повернулась к дитю, да так и застыла, улыбка с губ сошла.

Сидел Ванечка посреди игрушек своих нехитрых, ручонку протянул перед собой, а над ладошкой огромная снежинка зависла, переливается серебром. Бросилась Настенька к нему, даже руки от муки не отряхнула. А Ванечка протянул ей снежинку, радуется, ждет, что мать его восторг разделит. Взяла Настя холодную снежинку, сама чуть не плачет. Захлопал Ванечка в ладоши – и сверху посыпались на них хлопья снега. Обхватила его Настенька, приговаривает:

– Никогда, никогда больше так не делай!

Да разве полугодовалому несмышленышу объяснишь?

Прознают люди, что с ребенком сделают? Морозко позвать? Да как сына от сердца материнского оторвать!

Домесила Настенька тесто, слезами заливая его. Напекла пирогов, сыночка спать уложила, а сама всю ночь проплакала. Допытывался Василь о причине, но ничего она ему не сказала.

Тревожная стала Настя. Выносит Ванечку на улицу - крепко ручки платком пуховым к телу привязывает, чтоб на людях не случилось чего. С Василем наедине не оставляла, боялась. Раз внутри все оборвалось – хлопотала у печки, а Василь с сыном на лавке сидели, и тут хлопки в ладоши раздались и смех Ванечки. Упустила Настя горшок на пол, как снег побледнела. Повернулась – а муж с сыном в ладушки играют.

– Не надо так, - попросила.

Василь посмотрел на нее как на полоумную и плечами пожал.

Так неделя прошла. Издергалась вся Настя. Ночи плохо спит, днем от усталости чуть не валится. Бывало так, что сидит за кружевом, да и задремает. А потом услышит плач ребенка, вздрагивает и просыпается. Все ей мнится, что ее чадо драгоценное отнять хотят. Но в этот раз проснулась она от холода. Глянула – дверь настежь распахнута. Подбежала к люльке, спит ее Ванечка, посапывает. Вроде Василь был – ложки строгал, да нет его. Заготовка на пол брошена.

Затворила дверь Настенька, дождалась, пока Ванечка проснется, покормила его, укутала, в саночки уложила и пошла с хозяйством управляться. Саночки возле хлева оставила, а сама на сеновал пошла, набрала охапку сена и Зорьке понесла. Положила сено в ясли, по спине кормилицу погладила, словами ласковыми приголубила. Вдруг за спиной дверь скрипнула и захлопнулась. Попыталась Настя ее открыть, не смогла, видать, подперли ее снаружи. Замолотила по двери кулаками. В ответ услышала голос Василя, глухой и нетрезвый.