Чтение онлайн

И Малфой выбрал свою подругу, что бы ни сказали ему на это окружающие.

Когда Рональд полез спасать Чжоу Чанг, неосмотрительно оправившуюся искать оставшегося в лабиринте Седрика, он знал, что друзья справятся сами. Он знал, что обойдутся без него, как обходились до сих пор. Не потому, что Рон лишний, не потому, что он слишком слаб на фоне других — потому, что с Гарри и Драко, как с ним самим, нянчится не надо.

И Рон выбрал ту, кого действительно следовало защищать, что бы ни думали по этому поводу друзья.

Потом можно будет сколько угодно переливать из пустого в порожнее, обсуждать, рассевшись по темным уголкам и тыкать пальцем. Взвешивать чужой выбор на собственных весах и гордо вещать, что они-де поступили бы иначе. Они-де, выбрали бы спасение всех, а не одного, не важно, какой ценой. И пока кто-то геройствовал, жертвуя жизнью, они-де не стали бы мелочно спасаться сами.

А дело и всего-то, что в масштабе. И если посмотреть правильно, посмотреть изнутри, оттуда, где каждый хранит собственную правду, все прояснится. И одна-единственная Блэйз Забини может оказаться равной паре сотен учеников — все дело в том, с чьей стороны смотреть.

Все дело в том, что мир не идеален, и пора бы уже признать правду.

Все дело в том, что жизни не равноценны — сколько бы люди не стремились к объективному Абсолюту, идеала не достигнуть.

Все дело в том, что спасают обычно тех, кто рядом, кто дорог лично. Даже несмотря на то, что десятками иногда выгоднее пожертвовать ради сотен и тысяч.

Все дело в эгоизме.

А время выбора для Гарри еще не пришло. И потому он ждал.

Потому что те, кого он хотел защищать, благодаря редкой мудрости Дамблдора и проблеску разумности со стороны товарищей, остались в замке. И хвала Мерлину, что его матери и Гермионы не было на бывшем квиддичном поле. В стенах Хогвартса они в безопасности — защита наверняка уже сработала, запечатала все входы и выходы, перекрыла доступ захватчикам. И даже если Пэтти Уилсон и ее люди встанут осадой под стенами замка, им ничего не светит. Снаружи защита монолитна, замок неприступен. Осаждать его можно целую вечность.

Если только не найдется тот, кто откроет ход изнутри.

Поэтому Гарри Поттер не беспокоился — если не для кого будет искать лазейки в защите, то и возможный предатель останется ни с чем.

Поэтому Поттер ждал, не скрываясь, посреди пустого пространства на площадке судейской трибуны.

Силы оставалось ровно на то, чтобы дождаться и ударить.

* * *

Змея зашевелилась, выпадая из медитации-спячки, и повела в воздухе мордой. А затем повернулась в сторону мягко отсвечивающих в пыли и дыме защитных куполов и лениво поползла следом за несущимся во весь опор Джереми и явно не поспевающим за ним Корнелиусом Фаджем.

Похоже, что до сих пор оживленная Пожирателями змея-лабиринт каким-то образом не могла засечь основное скопление магов — она постоянно била мимо, как бы не старались направить ее хозяева. Наверняка постарался кто-то из преподавателей, не сумев накрыть учеников рассеивающими внимание противников чарами, но хотя бы защитив ненадолго от гигантской змеи.

И именно эти заклятия Пожиратели, управлявшие змеей, до сих пор не могли обойти. Теперь же, заставив голема следовать строго за Джереми Поттером, они придумали, как можно единым махом сломить оставшееся сопротивление.

Рона, с веселым энтузиазмом разрывающего ямы аккурат на пути «травяного» голема уберегло чудо, заставившее отползти в сторону — за обгоревшим куском дерева, палочкой Чжоу Чанг.

А ямы никуда деться не могли, и гигантское тело из плотно переплетенных кустов свело все старания трудолюбивого Уизли на нет.

Рона, пребывавшего в уверенности, что Чжоу просто каким-то образом оказалась под землей — прямо под тем местом, где чернел взрыв — и ему всего-навсего нужно ее откопать, это ужасно возмутило. Он даже атаковал заклинаниями толстый змеиный хвост, но голема это никак не впечатлило. И даже не заставило обернуть и посмотреть, что там не так с хвостом, и почему это он все-таки загорелся, хотя на стены лабиринта плюс ко всему накладывались особые чары, чтобы Чемпионы слишком просто не прожгли себе насквозь путь к цели.

Змея, угрожающе нависая над Джереми, ползла к окруженным со всех сторон «силам сопротивления», к которым уже успел присоединиться и сделавший по-максимуму все, что в его силах, Дамблдор. Вместе с МакГонагалл, Бабблинг, старшекурсниками с других факультетов и теми, кто мог еще не только держаться на ногах и поддерживать на себе защиту, но и сражаться.

Об стены щитов чуть ли не собственной головой бился Фадж — его не пускали внутрь, потому что для этого нужно было снять целый каскад защитных чар. А это означало, что их возьмут прямо на месте «тепленькими».

Оставалось только мужественно сражаться с Пожирателями, а сражаться Министр не хотел. Ему впечатлений на сегодня хватило с избытком.

Окружающие этого почему-то не понимали.

Как не понимали и авроры под предводительством Пэтти Уилсон, охранявшие «точки схода» щитового купола над полем — завидев Министра, они приободрились. И, решив, что хватит уже в стороне простаивать, направились прямо к остаткам «сил сопротивления».

Особого оптимизма воссоединение атакующих — Пожирателей с остатками авроров и новоявленного подкрепления — не внушало. Причем, похоже, не только забаррикадировавшимся под щитами ученикам с преподавателями, но и тоненькой кромке еще способных сражаться и выдерживающих на безопасном расстоянии противника снаружи щитов. А помимо них, оказывается, и Джеку Сандерсу со всей честной слизеринской компанией, которые до скучковавшихся под защитой каких-то своих хитрых чар умертванцев так и не добрались.

То ли Мари подговорила Энни, и они вдвоем занудили Сандерса до полной отключки здравого смысла. То ли личная совесть проснулась. То ли дал знать о себе стресс и мертвенно-печальная тушка — как Гарри, пытаясь держаться бодрячком, сам про себя назвал то-что-лежало-в-дальнем-углу — не давала покоя вкупе с фактом нарушения Беллой ее мифического обещания.

Одним словом, какой-то из факторов, а то и все вместе, сыграли свою роль, и с нерадостным, но очень воинственным гиканьем, слизеринцы гурьбой вывалились из-под обломков трибуны — прямо под волшебные палочки своих отцов-братьев-матерей и просто близких родственников, игравших в образовавшейся из финала Турнира Трех Волшебников трагикомедии с кровавым уклоном роль «главных злодеев».

На этой почве среди оставшихся в живых Пожирателей и авроров назрел раскол. Собственными же руками убивать своих детей желающих не нашлось. Да и руками товарищей — тоже. Выяснять, кто прав, кто виноват, а кому теперь со всем разбираться решили традиционным способом — на палочках.

Чем, естественно, очень обрадовали «силы объединенной обороны» — противник отвлекся, худо-бедно выровнявшийся строй и единство — распались, боевой дух улетел мантикоре под хвост… И шанс для контратаки — вот он, хватай и беги.

Схватили. Побежали — кто как в темноте да во всполохах заклинаний углядел.

Воинственно настроенные слизеринцы, тем временем, решив, что с них геройств уже хватит — смута в ряды противника внесена, долг родине исполнен — снова скрылись в неизвестном направлении (наверняка еще и ускоренные путем раздачи мотивирующих пинков лично Снейпом).

Когда Уилсон наконец удалось более или менее организовать свой отряд, выяснилось, что часть Пожирателей Смерти под благовидным предлогом «а вот и не заставите своих детей убивать!» самоустранилась куда-то в дымную мглу. Вероятно — тоже под щиты, сидеть и ждать, чем все кончится. А, при возможности, еще и вышеуказанных детей (которые о себе уже и сами прекрасно позаботились, но родительская нерва удержи не знает) перетащить к себе, в безопасное место, и отшлепать за то, что повели себя по-идиотски, так подставившись.