Чтение онлайн

Макар Петрович был простым человеком с непростой судьбой обычного военного. На пенсию он ушел рано в звании подполковника, но как это часто бывает со служивыми людьми, найти себя на гражданке оказалось непросто. В силу менталитета у мужчины сложился довольно тяжелый характер. Поэтому с ним развелась жена, поделила совместную жилплощадь и выскочила замуж второй раз. Дочь их давно выросла, стала самостоятельной и уехала жить и работать Москву. У них тут своя жизнь, у нее своя. Звонит иногда, но в гости только к матери наведывается. С отцом у них отношения не сложились, но Макар Петрович не жалуется.

Он давно уже не живет в городе. Скромная комната в общежитии, что осталась у него после развода, много лет пустует, потому что сам хозяин на старости лет нашел себе работу по душе и по способностям. Жить в заказнике и за порядком приглядывать дело не хитрое, хоть и опасное. То браконьеры охотятся, то незаконную вырубку леса производят, а иногда и вовсе криминальные вещи случаются. За десятки лет чего только Макар Петрович не повидал.

Территория заказника несколько тысяч гектар. Ее пешком и за неделю не обойти, но за годы службы пожилой мужчина обошел на своем участке каждый сантиметр земли и знает где на машине проехать, где лучше ногами пройти. Случалось ему не только зверей и птиц подкармливать, но и трупы человеческие находить. Не каждый человек работу такую выдержит.

В последний раз Макар Петрович хотел проверить лисьи норы. Посмотреть, сколько детенышей выжило у лисицы. В заказнике тщательно следят за популяциями редких видов и ведут строгий подсчет. Но до нор он так и не дошел, наткнулся на человека. Думал, опять на мертвяка. А он бодрый, живой. Повезло парню. Места тут хоть и не совсем дикие – не тайга северная, но и из такого леса, если забредешь, то не выйдешь.

Парень Алексеем представился и оказался очень странным. Хотя бы потому что домой не рвался и попросился пожить несколько дней, пока нога не заживет. Криминальный, значит.

Старому Егерю это не понравилось. Ясно было, что парень у него решил бурю переждать. Сам-то Макар не против, лишь бы на двор бандиты не пожаловали.

– Нога твоя как? – на пятый день спросил дед у Алексея.

– Нормально. Как на собаке зажило.

– Ну, раз зажило, давай я тебя до города отвезу. Или ты у меня еще прятаться собираешься? Думаешь, ищут тебя?

– Не знаю, — честно ответил Алексей, — Отмашки жду.

Уж, какой такой отмашки он ждал Макар так и не понял. Знал лишь, что пару раз парень брал у него телефон и подолгу с кем-то разговаривал.

– Ну, если так, то поднимайся, пошли.

– Куда? – насторожился Алексей.

– Соль пойдем по лесу раскладывать, зверей подкармливать. Мне одному мешок тяжело тащить. Вдвоем полегче будет.

Алексей с таким удивлением вытаращился на старого егеря, что тот рассмеялся.

– Пойдем-пойдем. Я тебе одежду выдам.

Потертые камуфляжные штаны и легкая куртка-пыльник оказались Богданову коротковаты, а вот старые разношенные берцы в самый раз. В этой несуразной форме Алексей чувствовал себя как-то неловко, но это было все же лучше, чем тащить мешок с солью в белом костюмчике от кутюр.

– Жених, —сострил дед и, хлопнув Богданова по плечу, пошел отвязывать Вольта.

Погода на улице оказалась пасмурная. Утро выдалось на редкость прохладное. На центральную часть России надвинулся антициклон. От нечего делать Богданов смотрел на пару с дедом новости и, разумеется, прогноз погоды.

Пока мужчина рассматривал сизо-серое небо, Макар Петрович успел вытащить из сарая полмешка соли.

– Вот, —кивнул он, — Тебе на плечи закинуть? Подсобить?

– Не надо я сам, — отмахнулся Алексей и, подхватив мешок, ловко закинул на плечо, — Далеко идти?

– К обеду точно вернемся, — произнес пожилой мужчина и подхватил свой дробовик.

Бродить со старым егерем по лесу оказалось на удивление интересно. Мужчина, казалось, знал каждое дерево, каждую травинку, каждый камешек в веденной ему территории. И, разумеется, мог поведать сотни поучительных, веселых и даже грустных историй, что приключились с ним в заповеднике.

– А, давно вы тут работаете? – спросил Алексей на очередном привале, когда егерь, достав фляжку с ягодным морсом, протянул ему освежиться.

– В прошлом году двадцать один год стукнуло.

Богданов чуть не поперхнулся ароматным морсом.

– Сколько? И вам не надоело?

– Нет, — пожал плечами, — Мне тут хорошо, спокойно.

– Вы интроверт?

– А кто это?

– Человек, который испытывает определённый дискомфорт в обществе, социуме, — пояснил Богданов.

– Не знаю, — пожал плечами Макар Петрович, — Может. Я по молодости много с людьми общался, работал, а сейчас вот все со зверьем все больше.

– А ваша семья?

– Разбежались мы с женой, и не стало семьи, — вдохнул егерь, — Никому я на старости лет оказался не нужен.

– Жалеете?

– Что развелся? – переспросил дед, — Нет. У меня характер тяжелый, а жена моя бывшая хоть и дурная баба, но в целом хорошая. Не пара мы с ней, как оказалось.

– И вы это поняли только через много лет брака? – удивился Алексей.

– Представь себе. Жил, не тужил, все по службе мотался годами, а как дома осел, понял, что мы с Любой, как два этих…параллельных мира. Можем существовать, только не пересекаясь.

– Но вы же ее любили когда-то? – возразил Богданов.

– Любил, по молодости. Красивая она была, статная. Вот только любовь прошла быстро, а уважение не появилось. На одной любви далеко не уедешь.

С этими словами егерь свистнул, куда-то запропастившемуся Вольту. Пес прилетел на поляну между сосновыми деревьями со скоростью реактивной ракеты, взметнув в воздух вихрь пожелтевших иголок, и радостно завилял хвостом.

– Пошли? Нам еще надо до ручья добраться.

Ручьем оказалась вполне себе полноценная река, правда, сильно заросшая камышами.

– Ты, Леша, дальше не ходи. Я хатки бобров проверю и вернусь.

С этими словами пожилой мужчина пошел прямо через камыш, надо полагать, к этим самым хаткам.

Богданов от нечего делать, сбросил с плеча порядком уже надоевший мешок и решил вернуться на едва примятую тропинку. Там он присел на корягу и принялся ждать возвращения егеря.

Мысли в голове бродили самые разные и в основном не веселые.

Алексей прекрасно понимал, что там — в городе мама и Серафима уже давно забили тревогу. Вероятно, его ищут, сходят с ума от беспокойства, но он пока не мог, не имел права позвонить и подать весточку.