Твоя на одну ночь
Шрифт:
Говорю это – и внутренне холодею. Моя честность когда-нибудь меня погубит. Возможно, даже сегодня. Получается, сама только что призналась господскому сынку, что он пустил в дом неизвестно кого. Бродяжку без гроша за душой, и формально даже не существующую на свете.
Сжала пальцы в кулаки, чувствую, как ногти больно впиваются в ладонь. Уставилась упрямо куда-то в район кружевного жабо, и стала ждать решения своей участи. Вот сейчас передумает и прогонит… Мою макушку сверлит тяжёлый взгляд.
В оглушительной тишине Эми вдруг громко всхлипывает. А потом ещё раз. Закрывает ладошками лицо.
Я кидаюсь на колени рядом. Пытаюсь убрать её ладошки.
– Эми, ты чего?..
– Я… мы… мы Пирата забы-ы-ыли…
Сестрёнку словно прорывает. Она ревёт навзрыд, худенькие плечи трясутся. У меня сердце сжимается.
– Не плачь, я обязательно схожу и заберу!
– Тебе нельзя-а-а-а… он тебя побьёт! – ещё хлеще ревёт Эми. А я уже сама на грани разреветься, потому что сколько же можно держаться!
– Что ещё за Пират? – интересуется Сириус.
– Наш кот, - устало поясняю ему, пока глажу Эми по спине. – Мы его на улице когда-то подобрали. Он был членом нашей семьи.
Вот как объяснить моей малышке, что нас самих-то пригрели из жалости? И уж, конечно, хозяйка не потерпит в доме ещё и блохастых котов. Мы сами для неё вряд ли сильно лучше. В наёмных углах тоже с питомцами вряд ли берут. Так что скорее всего, кота мы больше никогда не увидим.
А потом случается странное.
Сириус вдруг присаживается рядом, почти касаясь пола коленом, обтянутым дорогой бархатной тканью.
– Эй! У меня тоже есть сестра. Когда она была мелкая, вот как ты, и ревела, знаешь, что помогало поднять ей настроение? Эми убирает руки от лица. Явно очень удивлённая.
– Что?
– Пирожные, - вдруг улыбается Сириус, и его лицо совершенно меняется. Добрые морщинки появляются у глаз. – Будешь?
– А у тебя есть? – загораются глаза сестры.
– Полно. Давай мы сделаем так! Ты сейчас берёшь свою упрямую сестру, и вы идёте спать. Я служанкам скажу, вам принесут ужин. Персонально для тебя – столько пирожных, что ты съесть не сможешь за один раз. А ты обещаешь не реветь. За кота не переживай – заберёте как-нибудь потом.
Эми хмурится.
– А если они его будут обижать? Он смотрит на нее скептически.
– У твоего кота когти есть?
– Во-от такенные! – Эми растопыривает пальцы.
– Ну вот. И чего ты тогда трясёшься? Он, значит, сам кому хочешь рожу располосует. Она улыбается, представив. Эта мысль ей явно нравится.
– Так что. Сделка? – Сириус протягивает руку. С ужасно серьёзным выражением лица. И очень осторожно пожимает в большой ладони крохотную ручку моей сестры.
– Сделка! – кивает она с таким же серьёзным.
Я не могу сдержать улыбки. Ох уж эти Джои! Саманта при первой встрече тоже мне показалась высокомерной выскочкой. А они, судя по всему, показывают истинное лицо очень и очень не многим. Кого допустят в свой внутренний круг. Нас, кажется, почему-то пустили.
Поднимаясь на ноги, Сириус коротко мазнул взглядом по моим губам. Я ужасно смутилась и перестала улыбаться. Стало отчего-то ужасно неловко. Сердце перепуганно забилось.
– Вот сюда, - он толкнул одну из бесконечных дверей по правую сторону коридора. Кивнул. – Располагайтесь.
– Спасибо!! – воскликнула Эми. Она уже совсем успокоилась и казалась повеселевшей, хоть ее лицо еще было опухшее от слёз.
– Мы вам очень… благодарны… - выдавила я из себя, не решаясь поднимать глаз. Сириус равнодушно пожал плечами и пошёл прочь.
Глава 13
Всё случилось так, как и обещал хозяйский сын.
Очень скоро к нам постучала вышколенная горничная, на безэмоциональном лице которой не отражалось ни капли удивления, что она подает чай с пирожными каким-то оборванкам. Которым к тому же зачем-то выделили целую комнату для гостей.
У меня сердце сжималось, когда я видела ошарашенное лицо Эми. От всего – от мягкости и размеров кровати, у которой даже имелся аж целый балдахин, от роскоши обстановки, от вкуса сладостей, которых она никогда в жизни не пробовала.
Я смотрела, как сестра жадно ест пирожное, и думала о том, что мы попали в сказку. Как долго она продлится?
Гнев на отчима отхлынул, как волна в шторм, оставив за собой иссохшее дно мёртвого океана. За последние дни меня раздирало на части такими сильными эмоциями, что теперь навалилось какое-то отупение.
– А… нам надолго здесь можно остаться? – осторожно спросила сестра. Я вздохнула.
Откуда же мне знать?
Я достаточно повидала работодателей, чтобы знать, что настроение у таких людей иногда меняется быстрее, чем направление ветра. И чем больше денег, тем больше капризов обычно. Это я ещё не знаю пока, чем обернётся вот эта внезапная
«милость» Сириуса. Как-то мне было не по себе от его оценивающих взглядов.
Но это всё потом.
До утра можно расслабиться и ни о чём не думать. Ну… почти ни о чём.
Что это было?!
Откинувшись лопатками на стену, я сидела на кровати, обняв колени. Уютная тишина, большой дом погружён в темноту. Рядом на широком матрасе сопит Эми. По привычке, сжимается вся и старается лежать так, чтобы занимать как можно меньше места, хотя здесь его было с избытком. Как это горько, на самом деле. Сможем ли мы когда-нибудь позволить себе собственную постель хотя бы вполовину такую же шикарную? Или я так и буду вечно приживалкой в чужих домах?