Чтение онлайн

Десятки голых тел совершают непристойные движения. Движения, со стриптизом ничего общего не имеющие. Искаженные лица, выпученные глаза... Развесистые слюни... Еще через пару минут начинается массовое совокупление. И что самое чудовищное, все это происходит при полнейшей тишине! Ни звука, ни крика, ни стона. Я трясу башкой, пытаясь стряхнуть с глаз эту фантасмагорию. Не тут-то было! Мало того, чувствую, что и мои руки совершенно самостоятельно тянутся к замку на джинсах. Этого еще не хватало! Пытаюсь сопротивляться - бесполезно.

И тут мой начинающий дергаться левый глаз замечает одну примечательную деталь. Оказывается, не все завсегдатаи "Китайского подвальчика" ударились в стриптиз и траханье. Несколько человек ведут себя совершенно нормально и естественно. Те, что по причине опьянения не могут встать на ноги и ползают на карачках. Одетые ползают, черт побери! И тут меня ударяет: "Газ! Какая-то сволочь пускает неизвестный науке газ! Без запаха и цвета..."

Скорее инстинктивно, чем разумом, принимаю верное решение. Падаю на колени. Почти сразу же успокаиваются руки и дерганье глаза. Ну что же, теперь это объясняется просто. Или газ очень легкий и поднимается вверх, или неизвестный отравитель еще не все свои запасы использовал. По натуре я человек любопытный, но в данной ситуации мне что-то не хочется выяснять, какое из двух предположений верно. Для пущей безопасности ложусь на пол и со всевозможной скоростью ползу к выходу.

Разнополое стадо стриптизников затрудняет мою тренировку в ползанье по-пластунски. Мне наступают на различные части тела. Топчут и давят. Периодически фарватер перекрывают кучи совокуплистов. Приходится разгребать их руками. Ползу и думаю: "Странно! Они ведь на полу лежат, газ на них не должен действовать... Иначе и я бы сейчас шуровал способностью направо и налево. Видимо, достаточно несколько раз капитально вдохнуть этой дряни, после чего в организме начинается необратимая реакция. Я же, судя по всему, до критической точки не дошел..."

Наконец подползаю к выходу. Из-под двери несет свежим воздухом. На всякий случай припадаю губами к щели и усиленно вентилирую легкие. Пока занимаюсь этой оздоровительной процедурой, в действиях "театра пантомимы" происходит перемена. Один за другим артисты падают на пол и выключаются. Те, кто уже лежал на полу, проделывают то же самое. Нутром чувствую, что самые интересные события впереди, поэтому остаюсь лежать. И точно! Финал этой гениальной постановки великолепен! Открывается дверь подсобки и оттуда вываливаются сотрудники КГБ. В серых плащах, но без противогазов.

"Ага!
– думаю.
– Значит, действие газа уже кончилось".

Безопасники, тем временем, начинают энергично шастать среди бывших актеров "театра пантомимы".

Ищут кого-то, - мелькает в голове и тут же доходит. Кого-то?.. Меня они ищут. Больше некого. Ну что же, как сказал бы один мой бывший клиент: Не уходи, пока не упали кегли!

Я встаю и голосом, полным искренней радости от встречи, ору:

– Ку-ку, хлопцы! Вы что-то потеряли? Не меня, случаем? Так вот я, нашелся!

Ответная реакция кэгэбистов была мне известна. На диво синхронным движением они выхватывают свои пушки и прут на меня. Первым летит здоровенный амбал с глазами, горящими яростным огнем. Плащ его развевается, словно крылья. Орел! Сокол-сапсан! Мы таких орлов...

Выжидаю до последнего момента и, когда амбал уже протягивает в мою сторону граблеподобные ручищи, пинком отрываю дверь. Сам отхожу в сторону. Дверь под действием мощнейшей пружины, душераздирающе скрипя, возвращается назад и бьет набежавшего амбала. Кэгэбист хрюкает и аморфной массой растекается по полу. Не теряя набранного темпа, я пробегаю в противоположный конец зала и занимаю позицию у стойки бара. Срываю с ближайшего стола скатерть и на манер тореадора выставляю ее перед собой.

– Следующий! Прошу!

Нападающий под номером два великолепным броском пытается достать меня, но я делаю элегантный шаг в сторону. Подставляю под бросок кэгэбешника ножку... Тот с грохотом въезжает в стойку. Два-ноль! Я тем временем занимаю место бармена. Быстро выставляю на стойку пару дюжин бутылок и кричу:

– Дети! Объявляется конкурс на звание "Верная рука, зоркий глаз"! Победителя ждет приз. Начали!

Четверка оставшихся придурков начинает беспорядочно палить по импровизированным мишеням. Один из двух стволов сразу.

– Не жалейте патронов, дети! Наши арсеналы полны! подбадриваю я кэгэбешников, а сам направляюсь к выходу. Стрелки меня не волнуют. Они теперь будут палить, пока не перебьют все бутылки в баре.

Но выйти из "подвальчика" мне не удается. С криками и хохотом внутрь вваливается еще одна порция мелкотравчатых уголовничков. Некоторое время они с интересом разглядывают пол, усеянный обнаженными подругами и собратьями по ремеслу. Затем кто-то из вновьприбывших орет: "Ха! Они тут неплохо устроились!" И начинается второй акт спектакля. Без всякого газа, руководствуясь лишь корпоративным инстинктом, участники второго акта начинают раздеваться. Неожиданно из весело гогочущей толпы вылетает невысокая девица и с криком: "Наконец-то я тебя нашла!" бросается мне на грудь. Ее руки молниеносно проникают за пояс моих джинсов, ноги плотоядным кольцом обхватывают шею, а губы с пиявочной силой засасывают мой рот. Острый язычок девицы перебирает все зубы и устремляется в пищевод.

Интересно, дойдет ли он до заднего прохода и на какую длину высунется?
– мелькает в голове. Шаловливые ручонки девицы, мертвой хваткой вцепившиеся в мою способность, наводят на еще одну мысль: "Где-то со мной такое уже было. Знакомое ощущение!"

Напрягаю мозги и вспоминаю.

– Ну, конечно же! Карликовая секс-бомба! Любительница траханья среди супов и бифштексов... Видать, опять на би-би кататься потянуло...

Но времени на автомобильные прогулки у меня нет, поэтому не очень вежливо делаю двумя пальцами этой сексуальной пиявке под бочки. Девица верещит и отваливается от меня.

– Крошка, - говорю ей, - би-би сломалась, так что извини.

Эта маленькая стерва, размазывая слезы и сопли по щекам, заявляет:

– Ты все вре-е-ешь!
– И, показывая рукой в район замка на джинсах, добавляет: - Це-е-елая твоя би-би! Еще как можно кататься...

– Детка, - усмехаюсь я, - во-первых, это не би-би, а жеребец, во-вторых, конных скачек я тебе ни при первой встрече, ни сейчас не обещал. Не доросла ты еще. За конями уход нужен, ласка и забота!

Пинком ноги распахиваю дверь и окончательно покидаю "Китайский подвальчик".

19

Мы снова на берегу водохранилища.

– Надеюсь, ты сытно пообедал?
– Голос Машины полон волнения и заботы.

– До отвала!
– отвечаю я и, веселясь от души, пересказываю содержание спектакля.

Выражая восторг, Машина бренчит какой-то железякой. Набренчавшись вволю, она вдруг выдает:

– Переходи на подножный корм, шеф. На траву и корни.

– Спасибо за совет, - отвечаю и не оста/сь в долгу.
– Я на зелень, ты - на ослиную мочу вместо бензина!

Хохочем вместе пару минут. Потом в голосе Машины появляются озабоченные нотки.