Чтение онлайн

– Все это хорошо, шеф. Но что мы будем делать дальше?

Я поражен до самых глубин, до самых темных уголков души. Вот это да! Обладательница гениальнейших мозгов на свете в растерянности? Спрашивает совета у меня? Значит, логика в этом деле нам не помощник.

– Помнишь, ты как-то сказала: раз уж это дело началось бардачно, то пусть так же и продолжается?
– отвечаю я.

– ?..

– Было, было такое! Так вот, я предлагаю сделать сейчас самый нелепейший, самый идиотский шаг с точки зрения логики и здравого смысла.

Сам не могу понять, как эта мысль пришла мне в голову. Скорее всего, опять интуитивно. А интуиция в последнее время меня не подводит. Машина крякает, что-то недовольно ворчит, но соглашается.

– Ты проанализируй нашу деятельность за последнее время, - продолжаю я.
– Ведь что получается? Как только мы начинаем действовать согласно логическим выкладкам, тут же случается какое-нибудь неприятное событие. И это вполне объяснимо. Противник элементарно предугадывает все наши действия. А почему предугадывает? Потому что рассуждает логически! Но как только мы принимаемся бардачить, нам удается выйти из казалось бы безнадежных ситуаций. Согласна?

– Милый, - вздыхает Машина, - ты скоро побьешь меня по всем статьям. Это конгениально!

– Не время для комплиментов, - отмахиваюсь я.
– Сейчас и твои мозги потребуются.

– Слушаюсь и повинуюсь!
– орет Машина.
– Чего прикажете?

– Прекрати! Нашла время ерничать...
– образно затыкаю ей рот.
– Ты лучше подумай...

– А чего тут думать!
– Теперь уже затычку вставляют мне.
– Отправляйся на рандеву с иностранцем-бомбистом. Нелепее шага не придумаешь! Если, конечно, он тебя еще ждет.

А что? Это идея! Такого действия от меня явно никто не ожидает. Ни КГБ, ни уголовка. И тем более, этот забугорный террорист.

– Отель "Националь"!
– командую я.

Машина, коротко хохотнув, включает двигатель.

20

Отель "Националь" напоминает растревоженный муравейник. Несметные толпы девиц легкого поведения с криками и воплями носятся перед вертящимися дверями. В паре десятков окон маячат их более удачливые товарки, чудом проникшие в отель сквозь милицейский кордон. Девицы горестно стенают и протягивают руки к небу.

– Что тут у них, конференция трудового коллектива? недоумевающе спрашивает Машина.

– Судя по представительству, скорее, собрание, - отвечаю я и с любопытством наблюдаю за этой потехой.

Милицейский кордон являет собой жалкое зрелище. Судя по сбитым на землю фуражкам и длиннобахромистой форме, осаду они выдерживают никак не менее двух часов. Лица у некоторых представителей охраны порядка носят следы явного рукоприкладства. Командующий обороной отеля, кавказского вида сержант, потрясает воображение отсутствием правой половины усов.

– Похоже, "Националь" хотят оккупировать под бордель, резюмирует свои выводы Машина.
– Но им не дают... И как же ты собираешься проникнуть туда?
– спрашивает она меня.

– Проще пареной репы, - отвечаю и покидаю салон.

– Смотри, шеф, стопчут!
– несется мне вслед зловещее предупреждение.

– Мозоли натрут, - успокаиваю я Машину и решительно направляюсь в самую гущу оккупанток.

Машина права. Бока мне намяли изрядно. Мало того, пока я пробирался к милицейскому кордону, неоднократно предпринимались попытки снять с меня скальп. Ну, а когда в задницу мне воткнулось несколько шпилек, я понял, что пора переходить к решительным действиям.

Из криков, воплей и стонов, исходящих из этого скопища разносортных шлюх, я делаю вывод, что они что-то или кого-то потеряли. Набираю полные легкие воздуха и, стараясь перекрыть невообразимый гвалт, ору:

– Мадамы и сеньориты! Чувихи и герлы! То, что вы потеряли, находится за соседним углом! Поторопитесь, там уже очередь...

Честно признаться, я не ожидал, что мои слова вызовут какую-нибудь реакцию. Но то, что произошло...

Как по команде, оборвались вопли и крики. Секунду стояла потрясенная тишина. Проститутки непонимающе таращились на меня. Потом, видимо, до них дошло. Воздух взорвался от единого мощного вскрика:

– Где?!!!

– Там!
– отвечаю и указываю рукой на ближайший угол.

– Даешь!!!
– заревели проститутки и бешеным стадом поскакали за общей мечтой. Вход в отель был свободен. Что касается кордона, то он для меня пустое место. В крайнем случае, его можно элементарно перепрыгнуть.

Прыгать не пришлось. Как только я приблизился к жалкой цепочке растерзанных милиционеров, произошло не совсем рядовое событие.

– Друг! Спасибо тебе! Выручил!
– кричит сержант и с рыданиями падает мне на грудь.
– Восемь детей у меня! Я думал, что больше уж не увижу их...

Сержант давится соплями и мочит мне куртку искренней детской слезой. Кордонные фараоны понимающе-сочувственно пяляться на него. Я глажу обильнодетного сержанта по спине.

– Все нормально, друг! Спи спокойно. Родина не забудет твой подвиг!

Сержант совсем раскисает.

– Да я... Да для тебя... Я тебе...

– Сержант, - перебиваю его, - я сделал это исключительно из любви к нашей доблестной милиции. Не надо благодарности. Единственное, о чем я могу позволить себе попросить, так это пройти в отель.

Сержант утирает слезы и просветленным голосом командует:

– Пропустить моего лучшего друга!

Я крепко жму его мужественную руку и желаю всего наилучшего. Мои пожелания, ох, как скоро ему пригодятся. Ведь эти давалки в ближайшее время обнаружат обман и вернутся. И вот тогда, сержант, я не отвечаю за сохранность твоей левой половины усов. Да и девятого ребенка тебе уже вряд ли удастся состряпать.

Холл отеля являет собой жалкую картину. Разбитые зеркала, перевернутая мебель. Мраморный пол усыпан землей и битыми цветочными горшками. Кондратно колотится бармен. Белая, как полотно, администратор злющим взглядом сверлит какую-то зареванную проститутку.

Так, думаю, где же мне его искать?

И тут вспоминаю трехдневной давности разговор с ним.

Что он мне тогда сказал? Ответил на вопрос, как его найти? Вспомнил! "Спросите Боба Смита. Любая из многочисленных герлз покажет вам мои аппартаменты..." Вот его почти дословный ответ!

Оглядываюсь по сторонам. Многочисленных герлз не наблюдается (и слава Богу!), но вот у этой слезливой макаки, пожалуй, можно попытать счастья. В этот момент проститутка в очередной раз с воем пробегает мимо меня. Ловлю ее за тощий зад и индеферентно шепчу в ухо: