Убийственный чемпионат
Шрифт:
Снимаю кроссовки. Легкомысленным бантиком связываю шнурки и вешаю свою довольно грязную обувку на председателевский перст.
– Помыть и почистить!
– И вторично хлопаю по ковру. Садись, мол, рядком, поговорим ладком.
Но председатель никак не хочет на деле показать свою приверженность демократическому стилю правления и желание идти на тесный контакт с массами. Мне остается одно. Дергаю этого царедворца за ноги. Белоперстый болван валится на ковер. Так-то лучше!
Быстро закатываю его в ковер. Устанавливаю этот кокон в вертикальное положение. Прикидываю местонахождение председательских буркал и в этом месте прорезаю дырку. Затем обрываю все телефоны и сажусь в кресло. Вот теперь можно и поговорить.
– Здравствуй, дружок!
– приветливо здороваюсь я и изображаю на лице радостную улыбку.
– Как поживаешь?
– Прекратите это безобразие! Иначе я вызову милицию!
Ха! Этот придурок продолжает считать, что контролирует ситуацию. Придется разрушить эту иллюзию. Показать, кто тут атаман.
– Ну, зачем же милицию? Мы и сами, я думаю, разберемся.
Вплотную подхожу к кокону и становлюсь напротив дырки.
– Граждане отдыхающие! Вашему вниманию предлагается игра "Угадайка"! Есть желающие? Вы желающий?
– строго смотрю на председателя.
– Начинайте!
Председатель лупится на меня во все глаза. Не узнает, паразит!
– Задаю наводящие вопросы, - прихожу я на помощь.
– Кого вот уже почти неделю безуспешно пытаются поставить к стенке? На кого потрачен годовой запас пороха и пуль? Кто встал поперек горла двум "уважаемым" председателям? Ответ готов?
– Делаю рукой широкий жест.
– Уважаемые зрители! Судя по радостному блеску в глазах товарища, у него есть ответы на все мои вопросы. Выслушаем?
С поражающей воображение быстротой лицо председателя из багрового становится пепельно-серым. "Узнал, узнал!" - в душе ликую я и продолжаю роль массовика-затейника.
– А сейчас мы зададим самый сложный вопрос нашей викторины...
– Не надо больше вопросов...
– треснувшим голосом перебивает меня председатель.
– Я сам все расскажу. Мне теперь терять нечего...
– Ну что же!
– приветствую я такую щедрость.
– Этим вы в значительной мере облегчите свое дальнейшее существование. Я слушаю!
Председатель делает покаянное лицо.
– Сначала заявление для прессы. На меня в этом деле была возложена роль скромного исполнителя. Ко всем мерзостям и пакостям, творимым председателем КГБ, я не имею никакого отношения. Я лишь выполнял поручения. Роль мозгового центра играл он. Прошу учесть мою десятилетнюю беспорочную службу на благо народа! А также мою верность и преданность руководящей роли и принципам!
Я молча выслушиваю весь этот бред. Что поделаешь, если мозги у них так устроены, у наших руководителей!
Председатель продолжает.
– Двадцать дней назад мне позвонил этот мерзкий тип, председатель КГБ, и предложил провернуть одну аферу. Я купился лишь по причине того, что все это было подано под соусом любви к нашему Городу и нажиму на патриотические струны. Подлый тип сообщил мне, что в Городе начинается чемпионат мира по ГТО. Что имеется возможность вывести в победители спортсмена из нашего Города. Далее эта гнусная личность предлагает встретиться и обсудить кандидатуру. Движимый чувством сыновней любви к Городу я соглашаюсь. Происходит встреча с этим скользким существом. Кандидатуру мы отбираем без осложнений. Передовик, стахановец, хороший семьянин...
– Фамилия?
– перебиваю я председателя.
– Суеглазов!
– отвечает председатель.
"Отсутствующий жилец из номера 562!
– мелькает в моей голове.
– Тот, что на первой же тренировке заполучил гранатой по голове. Интересно!"
Председатель, тем временем, продолжает.
– Все остальное взял на себя этот отвратительный выродок.
– Остальное, это что?
– любопытствую я.
– Сообщить в нужное место номер спортсмена-победителя. И проследить, чтобы не получилось прокола. Вот, собственно, и все, что я знаю.
По моим губам скользит ироническая улыбка.
– Мой юный друг! Жюри конкурса-викторины не удовлетворено твоим ответом. Ты кое-что оставил за кадром, не так ли?
С этими словами встаю и вырезаю еще одну дыру в коконе. На сей раз в районе председательского зада. У меня есть хо-ороший способ разговорить этого мерзавца!
– Товарищу назначаются штрафные баллы!
– продолжаю играть роль ведущего.
– Зашивание заднего прохода!
Председатель орет благим матом.
– Не-е-е-ет! Только не это!! Я все скажу!!!
– И заливается слезами.
– В связи с вновь открывшимися обстоятельствами, - благоденствую я, - жюри отменяет свое решение. Но временно!
Председатель, давясь слезой и соплями, сообщает оставшуюся за кадром информацию.
– Этот гнуснопрославленный кэгэбист рассчитал все до мелочей. И, поначалу, наш план осуществлялся без сбоев. Но потом произошло событие, вероятность которого эта сволочь не учла. На тренировке я случайно увидел другого спортсмена. Какой мужчи-ина!
– Председатель пускает блудливую слюну.
– Я полюбил его! Я не мог устоять!
– Фамилия?
– Я кое-что начинаю понимать.
– Распопов! Викочка!
– страстно вздыхая, говорит председатель.
Мои догадки верны! Распопов - жилец номера 435. Это он трахал председателя в тот момент, когда я ввалился в его номер.
Из кокона продолжают лететь слова, полные страсти и вожделения:
– Как он меня любил! как любил!
Председатель делает паузу, заполненную подозрительным хрюканьем.
"Кончает он там, что ли?" - мелькает в голове.
Хрюканье заканчивается. На смену ему приходит слезливый вой.
– И я не смог устоять! Я самочинно решил поменять номер фаворита. Но у меня было оправдание - я сделал это из высокой и чистой любви! Я посчитал, что самый лучший подарок моему любимому - первое место на чемпионате. И стал действовать по собственной инициативе.
– Жюри просит остановиться подробнее на этом момента, перебиваю я.
Председателя уже не надо упрашивать. Информация так и прет из него.
– Из разговоров с изменником кэгэбэшником я понял, что номер фаворита будет зашифрован на одном из специально изготовленных для этого дела порнографических календарей. Мне также стало известно место их изготовления - фотосалон "Птичка". И самое главное: кэгэбэшник случайно проговорился, что главному судье они будут переданы в газетном киоске N 24. Пароль при передаче - "Наши вашим, ваши нашим!" Собрав все имеющиеся в тот момент под рукой силы охраны, - продолжает председатель, - я, не теряя ни секунды, помчался в фотографию. Там меня ждала первая неожиданность. Фотограф заявил, что еще вчера приходил какой-то мужчина и забрал календари. Пароль этот мужик знал. Что мне оставалось? Только одно. Несмотря на то, что до срока передачи календарей судье было еще десять дней, я все же решил проверить газетный киоск...
– Дальше можете не продолжать, - останавливаю я председателя.
– Что было дальше - мне известно. Имели удовольствие созерцать и вас, и обделанный Золотарем киоск. Кстати, за какую сумму вы его наняли? Если не секрет?
– Я этой суме переметной из областного бюджета двадцать тысяч отстегнул!
– брызжа слюной, орет председатель.
– Дела-то было всего-ничего: изъять календари! А эта скотина, мало того, что засрал весь киоск, так еще и шантажировать меня стал. Меня!!! Представляете?
– Председатель задыхается от гнева.
– Я сижу в кабинете, жду этого засранца, вдруг звонит: "Приезжайте скорее. Возникли затруднения". Еду и вместо Золотаря с календарями нахожу кучу дерьма и записку: "Выкладывай еще пятьдесят тысяч!"