Чтение онлайн

– Ну хватит болтовни. – Тристан не собирался стоять в сторонке, пока Сэйдж шепчется с легендарным чудовищем. Злодей он или кто? – Нам нужна бутылочка звёздной пыли. Нам нужно найти потерю. Человека, который поможет воплотить в жизнь «Сказ о Реннедоне».

Гигант удивлённо посмотрел на него своими огромными глазами.

– Ты хочешь воплотить «Сказ о Реннедоне», Тристан Маверин?

Сердце ушло в пятки, когда Злодей услышал собственное имя из уст этого существа.

Не успел Тристан понять, как гигант узнал, кто он такой, тот усмехнулся, блеснув мраморными зубами, и произнёс нечто такое, что потрясло Злодея до глубины его кривой души.

– Долго же ты шёл.

Эви переводила взгляд с босса на нового, очень большого друга.

– Вы что, знаете друг друга?

– Да, два раза в месяц пьём чай, по четвергам, – невозмутимо отозвался босс.

– Правда? – озадаченно спросила Эви.

Босс стиснул переносицу.

– Нет, Сэйдж.

Сбить её с толку не получилось: она перекатилась с носка на пятку, сцепила руки за спиной.

– Откуда вы знаете имя босса?

Гигант пошевелился, и в воздух снова взлетели одуванчики. Пушинки танцевали в воздухе и щекотали нос.

– Я знаю все имена. Я знаю всё, как знает природа.

Не подумав, она выпалила:

– А маму мою знаете? Нуру Сэйдж? Где она?

Вопрос был опасен по многим причинам. Во-первых, Эви сама не была до конца уверена, готова ли встретиться с женщиной, которая бросила её в похожем на это месте. На лугу мечтаний. На лугу забытых надежд. Во-вторых, гигант мог раздавить её за нахальство… А в-третьих, у Эви до сих пор не получалось трезво мыслить: голову туманила страсть, от которой она пыталась избавиться последние несколько минут.

«Именно так», – сказал он.

Нельзя же ждать трезвости разума, когда от его голоса у неё мурашки по всему телу. Никогда ещё она не выводила кого-нибудь из себя с таким чувством, с таким желанием, таким…

Надо бы остановиться, иначе в замке она прижмёт его к столу и сделает что-нибудь, о чём они пожалеют. Ну… что-нибудь, о чём, наверное, пожалеет он. У неё не хватало ни воли, ни самоконтроля, когда дело доходило до вещей, которых она хотела, которые любила.

Потому что она любила его. Настолько, что совсем не соображала и вот теперь задавала вопросы, на которые не очень-то хотела получить ответы.

Впрочем, это всё равно оказалось бесполезно. Гигант нахмурился, с сочувствием посмотрел на неё.

– Прости, Эванджелина Сэйдж. Мне нельзя вмешиваться в людские дела. – Он фыркнул, провёл ладонью по короне из облаков, но та мгновенно вернула себе форму. – Мне запрещено, даже если это необходимо.

Эви приуныла, поймала взгляд Злодея. Тот посмотрел на гиганта и сердито сказал:

– Дерьмо единорожье!

Создание пожало плечами.

– Тут я с тобой согласен, но как бы мне ни хотелось, я не могу рисковать иссякающим волшебством. Эта пещера – не мираж, а кусочек земли и неба, который я похитил и оставил себе. Остальные творцы ушли рисовать иной мир, но я остался здесь.

– Иссякающее волшебство – ты его и здесь ощущаешь? – нахмурился босс.

Гигант сник.

– Перемена уже началась. Тристан Маверин, у тебя великая сила, ты уже должен был это почувствовать. Твой дар ускользает, так ведь? Уходит? Не слушается? С Реннедоном что-то творится. Как и было предсказано давным-давно, люди стали жадными, принялись использовать волшебство, будто это просто инструмент, а не друг.

Он показал на трещину в небе своего убежища: казалось, что там не хватает большого куска, на месте которого зияла тёмная бездна.

– Кошмар! Что случилось? – спросила Эви, которую затошнило при одном взгляде на эту бездну.

– Жадность. Люди жаждут получать и редко готовы отдавать. Волшебство этого мира знает об этом и начинает прятаться, чтобы спастись. Книга была написана, чтобы спасти магию, когда придёт время.

Эви перевела взгляд на руки босса, зная, что его дар живёт в них. Но магия уже не таилась – не от неё. Почему же?

Злодей прочёл её мысли и поморщился, спрятав руки в карманы. Вновь обратился к гиганту:

– Ты мог бы уйти с остальными богами, так зачем остался?

Над головами закачались облака, стянулись к хозяину, окружили его, будто понимая, о чём речь.

– Я не могу покинуть свой уголок мира, свой кусочек неба. Свою звёздную пещеру во мраке ночи. Я не могу оставить её в руках тех, кто навредит ей и уничтожит. Нужно беречь то, что ценишь.

Эви знала это лучше всех.

– Понимаю.

Гигант посмотрел прямо на неё. Глаза у него были большие и круглые, переливчато-сиреневые, что придавало ему почти невинный вид.

– Я знаю, Эванджелина Сэйдж. – Он достал из воздуха бутылочку, наполненную чем-то блестящим, бросил её на землю перед ними. – За доброту, которую так редко встретишь среди людей. Редкий дар, собранный с самих звёзд.

Эви подобрала бутылочку – внутри оказалась сверкающая пыльца. При взгляде на неё у Сэйдж защемило в груди.

– Звёздная пыль направит к той, кого вы ищете. Звёздная пыль для дочери звёзд, которым шепчут желания.

Сэйдж округлила глаза.

– Дочери…

Гигант ничего не стал объяснять, просто подозвал сверху облачко а затем дунул, будто послал воздушный поцелуй. У Эви душа ушла в пятки, а потом каблуки коснулись удивительно твёрдой поверхности облака.

– Удачи, Эви Сэйдж. Ночью в этой пещере чудесные звёзды. Надеюсь, ты вернёшься и полюбуешься ими.

Эви крепко сжала бутылочку вспотевшей рукой, а другой схватилась за босса, который удивлённо спросил:

– Почему в детском стишке про тебя говорится как про плотоядное чудовище, ведь ты просто защищаешь свою пещеру? Почему ты допускаешь, чтобы легенды рисовали тебя в таком свете?

Облачко начало подниматься, пока не добралось до лица гиганта. Тот уже начал сливаться с небом, кожа растворялась в голубизне.

– Ты знаешь не хуже меня, Тристан Маверин, что люди демонизируют то, чего не понимают. Не наше дело – учить их, остаётся лишь жить как полагается, зная, что чудовищная слава ещё не делает тебя чудовищем.

Злодей кивнул, шмыгнул носом. Эви поняла, что боссу не хотелось бы, чтобы это кто-нибудь заметил.

– Как бы то ни было… Я не считаю тебя чудовищем.