Чтение онлайн

Хотелось успеть вернуться в Пригорье, пока полная луна дает мне силы для бега.

Для превращения я не стал выходить за пределы деревни. Здесь не было нужды скрывать свои способности, и это было весьма приятно — я почувствовал себя дома, среди своих.

Я поднял лицо к небу и глубоко вдохнул, словно втягивая в себя свет луны. Ядро вспыхнуло в нетерпении. Я мысленно потрепал его за ухом и скомандовал превращение в четвертую форму. Как же легко все происходило в полнолуние!

Красная вспышка очертила контуры огромного волка, и я припал к земле уже на четырех лапах. Обостренный слух донес до меня восхищенные возгласы общины. Моих братьев и сестер. «Сводных сестер», — поправил себя я. Мало ли, не дай Бог инцест!

Я подхватил зубами шинель и поскакал в Пригорье.

Свиридов стоял среди солдат на стене над воротами и вглядывался во мглу между деревьев.

Проклятая ночь полнолуния все никак не кончалась. Самая длинная ночь в его жизни, не иначе. Самой короткой, была, пожалуй, первая брачная ночь. Вот бы поменять их местами, но нет же, радости в жизни кот наплакал, зато дерьма — как из рога изобилия.

Только все улеглось с Лютиковым, как приперся Небольсин с новым известием: господа, к вам движется волколак, какого еще не видали глаза человека!

Свиридов никогда не понимал, почему в давние времена гонцам, пришедших с дурной вестью, рубили голову. В этом же нет логики! Теперь понял.

После пятой кружки кофе глаза вылезали из орбит, но постоянная нервотрепка давала о себе знать. Надо отдохнуть и набраться сил.

— Я буду в караульной, — сказал Свиридов капитану стражи. — Если он появится — сначала стреляйте, а потом уже зовите меня.

— Есть! — ответил стражник.

На подходе к городу я остановился. Ядро недовольно заворчало, желая бежать ночь напролет, искать новых врагов и пробовать их на зуб!

Еще больше недовольства вызвала команда превратиться в первую форму, то есть в человеческое обличье, однако это было необходимо — я не хотел пугать горожан.

С третьей попытки мне удалось повернуть Ядро вспять. Ярость хлынула другими путями, мое тело скомкалось, сжалось и приняло человеческие очертания.

Сразу стало темно, холодно и как-то пусто. Я накинул шинель, застегнул пуговицы и усмехнулся — прикид впору для эксгибициониста, бродящего в ночном парке!

Остаток пути я преодолел пешком и вышел к воротам города.

Чиркнули тетивы арбалетов. Я едва успел отпрыгнуть — в землю вонзились болты.

— Охренели?! — крикнул я стражникам наверху.

Они переглянулись и стали переговариваться.

— Это ты чудовище? — спросили сверху.

— Хуёвище! Открывай ворота!

После продолжительного молчания донесся неуверенный голос:

— Из Красных Родников сюда идет волколак! Откуда ты, путник?

— Волколак отменяется. Я убил его.

Над воротами показалась знакомая фигура в голубом сюртуке, в свете луны блеснули золотые волосы.

— Лютиков! — воскликнул Свиридов. — Ты чего там делаешь?!

— Мимо проходил! Думаю, дай зайду, соскучились, наверное.

Стражник принялся что-то ему объяснять.

— Говорят, ты Рыкова убил, — сказал Свиридов.

— Ваше сиятельство, да что вы меня все время обвиняете? То Тиноватова я убил, то Рыкова. Кстати, Тиноватов тоже мне ворота не открывал, так и познакомились.

— Ты пьян, что ли?

— Простите за бочку вина, если вы об этом.

Свиридов раздраженно отмахнулся и приказал открыть ворота.

Едва я вошел, за спиной снова упала решетка, ворота закрыли. Свиридов спустился ко мне.

— Я проверял, в полном ли ты сознании, — сказал он.

— Убедился?

— Твое обычное состояние, знаешь ли, тоже не радует. — Он понизил голос: — Рыкова правда больше нет?..

— На этот счет не беспокойся, он мертв. Я только что оттуда.

Свиридов перевел дух.

— Поехали ко мне. Все расскажешь.

Я отметил тот факт, что он не отпустил усиленную охрану со стены. Не полагается на мое слово, зараза! Но я понимал его осторожность: а вдруг волколаки сговорились? Так и живем.

Поехали мы не в гостиницу, а сразу к Свиридову.

Оказывается, после моего освобождения он решил вернуть семью в дом. Угроза в моем лице пропала, весь город ждал прихода Рыкова, и особняк снова стал наиболее безопасным местом — достаточно вспомнить снеговика-хранителя.

Вскоре мы расположились в личном кабинете Свиридова. Мои вещи были здесь, и я переоделся в уже ставшей привычной военную форму.

Свиридов извлек из бара бутылку коньяка, служанка принесла поднос с чашками кофе. Свиридов нацедил в свою чашку чайную ложку коньяка, а потом махнул рукой и налил в фужер. Сразу сделал большой глоток.

— Гребаная ночь, — сказал он.

Когда я покончил с кратким пересказом событий гребаной ночи, дверь приоткрылась, в проеме показалась девичье личико, обрамленное золотыми кудряшками.

— А ну-ка спать! — воскликнул Свиридов. — Катёнок, ночь ведь!

— Утро уже, — сказала девочка и вошла в комнату.

Увидев меня, она остолбенела и вытаращила глаза.

— Где твои манеры, Марьяна? Ты аристократка или где? Раз уж зашла, поздоровайся с дядей капитаном. Его зовут Лютиков Георгий… — Свиридов повернулся ко мне и щелкнул пальцами. — Как тебя по батюшке?

— Владимирович.

— Лютиков Георгий Владимирович, — продолжил он. — А это — Свиридова Марьяна Гурьевна, моя младшая дочь.

— Дядя Волк, — сказала Марьяна.

Повисла пауза.

— Точно, — пробормотал Свиридов. — Вы ведь, можно сказать, знакомы. Ты напугал мою дочь, Лютиков.

— А я не испугалась, — заявила Марьяна, продолжая таращиться на меня.

Я встал, поклонился и сказал:

— Приятно познакомиться.

Марьяна взялась за подол платьица и исполнила реверанс.

— Чудесно, умница, — сказал Свиридов. — А теперь спать, я сказал.

— Утро же!

— Значит, завтракать. У нас с дядей капитаном серьезный разговор.

— До свидания, — пискнула Марьяна и убежала.

Помолчали.

— Если бы ты причинил ей вред, я бы тебя убил, — сказал Свиридов.

— Само собой, — кивнул я. — На твоем месте я бы сделал то же.

Мы чокнулись фужерами и допили последние капли коньяка.

Я со стуком выложил на стол звено цепи, которой был скован Рыков.